Книга Кремлевские подряды. Последнее дело Генпрокурора, страница 147. Автор книги Юрий Скуратов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Кремлевские подряды. Последнее дело Генпрокурора»

Cтраница 147

Так оно, собственно, и произошло. Восемь лет президентства Путина не дали ожидаемых результатов, принеся стране лишь поверхностную стабилизацию. Сопровождалась она массой кризисных ситуаций и вспышками терроризма.

По сути, как это ни печально, прежняя либерально-олигархическая экономика, сложившаяся при Ельцине, таковой и осталась при Путине. Но если при Ельцине были хоть какие-то политические свободы, с Путиным они начались сжиматься как шагреневая кожа. Наверное, российский народ вытерпит в очередной раз и эти политические ограничения, тем более, что прежние свободы ему мало что давали. Сопровождались они страшными перекосами в экономической сфере, обогатившими одну часть общества и обнищавшими другую. Реально этих свобод не хватило ни на то, чтобы повлиять на политические решения властей, ни на то, чтобы реально провести процессы приватизации…

Народ потерпел бы, увидев реальные сдвиги в экономике и перемены в социальной жизни.

Но происходит нечто противоположное: политические свободы с каждым годом становятся все урезаннее, а перемены в сфере экономики все туманнее, а тут еще полномасштабный финансовый и экономический кризис…


Надежда умирает последней, поэтому несколько слов об упущенных, с моей точки зрения, возможностях. Не пересматривая итогов приватизации, но используя механизм судебной власти, самые одиозные приватизационные решения прошлых лет надо было поломать при помощи суда. Взять под контроль олигархов и механизм перераспределения прибыли. Мы благодарны Путину, что платим подоходный налог в 13 %, но почему столько же платит Абрамович? Он должен платить 60 %, если не больше, как это делается в цивилизованном мире. И не надо было восстанавливать против себя весь мир, сажая за решетку нефтяного магната Михаила Ходорковского; лучше было бы занять по отношению ко всем олигархам одинаковую позицию через ограничение их экономического влияния, через систему перераспределения их сверхдоходов, через взимание природной ренты. Взять под национальный контроль нефть, газ, заставить работать эти сверхприбыли в интересах народа. И не жалкие подачки в 100–200 рублей своему народу давать, а поднять зарплату до не унижающего достоинство человека уровня…

Убежден: мой спор с верховной исполнительной властью, начатый еще в октябре 1998 года, с момента возбуждения дела «Мабетекса», продолжается и сейчас. С моей стороны это была борьба за закон. Со стороны представителей власти — что-то иное, скорее — попытка удержать свои посты, должности, обеспечить себе спокойную жизнь.

Я был для них белой вороной, человеком, который не играл по их правилам, был им непонятен. По их законам рекомендованный на должность остаток жизни должен быть за это благодарен, причем если приходится выбирать между благодарностью, с одной стороны, и законом, — с другой, первая всегда берет верх. Таким был выбор Путина по отношению к Собчаку. Вместо того чтобы соблюсти закон, дать прокуратуре довести расследование до конца, а суду определить кто прав, а кто виноват, будущий президент, юрист по образованию, опираясь на не вполне законные способы, помог проштрафившемуся мэру Санкт-Петербурга избегнуть наказания…

Свой выбор я сделал в пользу закона. Я был благодарен Ельцину, но, остановившись перед дилеммой: выгородить Ельцина или продолжить расследованная предпочел второе.

Момент выбора

Эта глава для меня очень важна, потому что хотелось бы понять, как повлияло противостояние Генерального прокурора и Кремля на отечественную юстицию? Есть ли тот критерий, который поможет определить, чего больше — пользы или вреда — принесла моя схватка с «семьей»?

Об этом мои раздумья.

* * *

Грустно говорить, но правоохранительная система и судебная власть, да и общество в целом, «проглотили» все то беззаконие, которое было связано с «делом Скуратова». Мужественные и честные решения судей Мосгорсуда Нины Маркиной и Галины Пашниной, а также позиция надзирающего прокурора, генерал-майора Главной военной прокуратуры Юрия Баграева не смогли остановить произвол. Ресурс прочности российского правосудия и запас совести представлявших его людей оказались явно не великими. При этом не стоит забывать, что речь шла о Генеральном прокуроре страны — заметной фигуре в правоохранительной системе, имевшей к тому же превосходных адвокатов. Легко себе представить, с какой сокрушающей силой действовала бы эта система, если бы в ее жернова попал простой обычный гражданин.

Противостояние Генерального прокурора и Кремля взбудоражило всю страну. Знакомясь в газетах с делом «Мабетекса», россияне увидели: уголовная юстиция, если она независима в тех справедливых требованиях, которые предъявляет к ней Закон, способна активно влиять на судьбу страны. Но они также поняли, что сегодня юстиция лишь молчаливо и безропотно выполняет все команды Кремля, а сами они — лишь пешки в руках у тех, для кого «закон не писан».

Находясь у власти, «семья» взяла под свой контроль и правоохранительные органы, и уголовную юстицию. На все ключевые посты были поставлены «проверенные» люди. Судьба дела «Мабетекса», а также участь других важных коррупционных дел была предрешена. Все то, что нарабатывалось в Генпрокуратуре несколько лет, ради чего я жертвовал своей служебной карьерой, было спущено в песок в течение нескольких последующих месяцев после моего отстранения от должности.

Полагаю, очень важным результатом нашего расследования стало осознание россиянами того, насколько нашей стране необходима эффективная и независимая прокуратура, как нужна отвечающая лишь перед Законом уголовная юстиция. Россия уже вполне созрела для этого.


Это был важный урок и в профессиональном плане. Урок и пример для десятков тысяч работников прокуратуры и следствия. Ведь почему меня народ поддерживал? Кто-то верил в подлинность видеопленки, кто-то — нет, но меня поддерживали, потому что я действовал. Действовал, несмотря на огромное давление со всех сторон — возбудил уголовные дела по «Мабетексу», Березовскому и многие другие. Даже на Западе стали говорить, что и в России есть люди, способные иметь свою точку зрения, что не все у нас уж так беспросветно.

Полагаю, моя борьба стала хорошим примером для многих следователей и прокуроров по всей стране, в особенности в глубинке. Ведь у простого работника районного звена можно насчитать не менее 50 всевозможных начальников: на него давят и местная, и городская администрации, и областные руководители. Поэтому так часто дела ведутся и прекращаются под давлением со стороны — так проще, проблем меньше.

Мой же пример показал, что если не мириться с окриками и давлением сверху, то с тем правовым беспределом, который царит сегодня в России, справиться вполне можно.

Главное условие — скрупулезно следовать букве Закона, и тогда никто и ничего с вами сделать не сможет.

Сейчас, увы, разве что по мановению волшебной палочки большинство тех дел, о которых я упоминаю в этой книге, вдруг вновь начнут реально расследоваться: это и дело «Мабетекса», и дело по операциям физических лиц на рынке ГКО, и дела по первой волне российской коррупции, в частности, дело по сделкам с продовольствием в обмен на нефть. Только по одному этому делу, согласно решению Стокгольмского арбитражного суда, 900 миллионов наших, российских долларов оказались замороженными на счетах в зарубежных банках.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация