Книга Дракон восточного моря. Книга 1: Волк в ночи , страница 6. Автор книги Елизавета Дворецкая

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дракон восточного моря. Книга 1: Волк в ночи »

Cтраница 6

Рядом с ней оказалась Дельбхаэм, выскользнувшая из темноты. Она тоже склонилась к сыну, а один из фьяллей вдруг схватил ее за руку.

– Ой, смотри, Фроди, что это у нее? – Фьялль воззрился на перстень Дельбхаэм. Женщина дернула руку к себе, но он не пустил. – Да это никак золото! Вот не ожидал! Да тут богатый хозяин, раз у него рабы с золотыми кольцами! Ведь хозяйка вроде не эта?

– Золото? Не может быть! – Фроди Рысий Глаз наклонился к перстню, который его друг Скъяльг по прозвищу Ветер уже стянул с пальца Дельбхаэм. – Нет, правда золото! Повезло тебе!

– Тут еще какие-то знаки! – Скъяльг повернул перстень, чтобы получше рассмотреть при свете факела. – Э, да тут пахнет колдовством!

– Ну не оставлять же! – рассудительно заметил Фроди. – Знаешь что, отдай-ка конунгу. Ему чужое колдовство не повредит, а он, когда будет добычу делить, тебе даст что-нибудь равноценное.

– И то правда! – Скъяльг сунул пока перстень в кошель, и оба фьялля вышли.

– Принеси воды, йомфру, – охая и постанывая, взмолился Кетиль Клин. Он был ранен в бедро и теперь сидел, привалившись к перегородке стойла. – Принеси, именем Фригг прошу тебя, нас ведь не выпустят! Я вам скажу, запрут нас тут на всю ночь, а к утру мы все околеем!

– Ну, не реви, Кетиль, с лошадьми мы не замерзнем! – утешил его Орм Сосна. – Но вот дадут ли нам воды и еды – это едва ли! Тролли бы их взяли, не дали нам поужинать!

– Теперь на рабском рынке будешь ужинать! – прервали бодряка несколько голосов. – Скажи спасибо, что жив пока!

– А лошади с нами недолго останутся! Фьялли их съедят! Они же дикий народ!

Йора вышла и побежала в сени, чтобы взять там ведро и набрать воды из бочки.

– Куда пошла! – Уже на пороге ее перехватил еще какой-то фьялль из тех, что сновали по всей усадьбе. – Иди-ка в гридницу и угощай гостей, красавица.

– Но там раненые…

– Об этом мы сами позаботимся. Иди, иди! – Фьялль выхватил у нее из рук ведро и невежливо подтолкнул ладонью под зад в сторону гридницы.

Там тоже было полно фьяллей. Места за столами на всех не хватало, они сидели на полу, так что пройти было негде. Испуганные служанки резали хлеб, передавая куски по рукам, и караваи, испеченные для близкого праздника только позавчера, таяли быстрее снега на солнце. Йора остановилась в растерянности, не зная, что же ей делать. Кто-то толкнул ее в спину, в руку сунули рукоять ковша. Рядом с собой она обнаружила открытую бочку пива: тоже варили к празднику. Хорошенький получился праздник! К ней со всех сторон тянулись чаши и кубки, почти все знакомые, начиная от золоченого отцовского и заканчивая простой чашкой из березового гриба, но только держали их совсем чужие руки.

Наливая пиво, Йора бросила взгляд поверх голов и вдруг увидела вожака всей этой разбойничьей шайки. Она сразу догадалась, что это и есть Торвард конунг – кто еще мог так нагло расположиться на сиденье хозяина между священных родовых столбов? Было дико, непривычно видеть на этом священном для всех домочадцев месте чужого человека, но и сам облик Торварда Рваной Щеки показался ей диким и непривычным. Об этом человеке она много слышала, особенно в последний год, когда о нем ходило такое множество противоречивых слухов. Она даже думала порой, что хорошо бы посмотреть на него – вполне понимая, что это невозможно, потому что ему нечего здесь делать, а сама она никогда не выезжала из дома дальше чем на тинг или на какой-нибудь праздник к соседям.

И вот – дождалась! Даже не верилось, что эта ходячая сага явилась прямо к ним в дом! Но если раньше Йора отдала бы несколько лучших бусин за то, чтобы мельком увидеть конунга фьяллей где-нибудь на тинге и потом долго рассказывать об этом подругам, то теперь, когда он был так пугающе близко, она отдала бы все ожерелье, лишь бы он снова оказался у себя во Фьялленланде или где-нибудь столь же далеко. Выглядел Торвард конунг лет на тридцать, хотя Йора знала, что он появился на свет только в третий год Квиттингской войны, а значит, должен быть на три-четыре года моложе. В их округе не встречалось таких высоких, мощных людей, и перепуганной Йоре он казался кем-то вроде великана. Она слышала рассказы о том, что его мать-ведьма когда-то была женой великана, и многие подозревали, что этот-то великан и был его настоящим отцом. Глядя на него, в это легко было поверить. Смуглая кожа, черные волосы длиной ниже плеч, заплетенные в две косы, и такая же черная многодневная щетина, еще не ставшая бородой, резко выделяли Торварда среди светловолосых фьяллей.

Йора дрожала, так что пиво плескалось мимо кубков и проливалось кому-то на колени, но фьялли только смеялись, довольные, что этой суровой зимней ночью у них есть крыша над головой, огонь в очаге и мясо на вертеле. Во время недавней бури они порядком натерпелись и теперь были рады возможности согреться и отдохнуть. Над костром во дворе жарился бычок, предназначенный для йоля, а здесь, в гриднице, над очагами крутился на вертелах разрубленный на несколько частей баран. Оголодавшие фьялли едва могли дождаться, пока мясо поджарится, в нетерпении обрезали верхние зарумянившиеся куски и жадно глотали, обжигаясь и запивая хозяйским пивом.

– Отдай, Одо, уже один выжрал! – Русобородый Халльмунд выхватил у кого-то из рук золоченый хозяйский кубок и протянул его Йоре. – Налей еще и отнеси конунгу.

Йора налила, надеясь, что отнесет он все-таки сам, но Халльмунд выхватил у нее из рук ковшик и всунул взамен полный кубок.

– А ну дай девушке пройти! – заорал он на своих людей, тесно сидящих на полу. – Расселись, как вши на… хм, извини, йомфру.

Сжимая кубок дрожащими руками, Йора пошла по образовавшемуся проходу, невольно задевая сидящих. Чьи-то руки тянулись поймать ее за подол, но она старалась их не замечать; голова кружилась от испуга и потрясения, ей не верилось, что это и есть ее родной дом, и все происходящее казалось дурным сном. И она уже очень устала от этого сна.

Впереди слышался низкий звучный голос, уверенно перекрывающий все прочие голоса; конунг фьяллей весело обсуждал с товарищами какой-то случай в море во время бури. Неведомый доморощенный скальд уже пытался складывать стих про то, как «все сто шестнадцать воду черпали», товарищи полупьяным смехом встречали эти неуклюжие попытки – а битву за Камберг они словно и не считали чем-то особенным. На другом конце стола трое уже пели, обняв друг друга за плечи и раскачиваясь:

Славна ярлова дружина:
В поле доблестна, а после
Медовуху хлещет лихо,
Насмехаясь над врагами!

И сам их конунг смеялся громче всех. Речь его была обильно пересыпана такими словами, каких Сигмунд хёвдинг никогда не произносил за столом и другим не позволял; Йора краснела от унижения и обиды за себя и свой родной дом. Рамвальд конунг, посещавший Камберг прошлой зимой, вел себя и держался совсем иначе! А это не конунг, это горный тролль какой-то!

Она не смела поднять глаз на Торварда конунга, надеясь, что он ее и не заметит. Но вот она подошла и застыла на том самом месте, где стояла по вечерам каждый день, подавая пиво отцу.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация