Книга Запасной козырь, страница 33. Автор книги Олег Рой

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Запасной козырь»

Cтраница 33

— Да ладно! — хмыкнул Борис. — Обычная хулиганка. Тем более они первые начали. Отец с юристами говорил, все утверждают, что дадут условно. И то в крайнем случае, если вообще до суда дойдет.

— Дойдет, не сомневайся. И условным тут не отделаешься. И твой отец, и его юристы сильно ошибаются. Двое парней, которых ты выключил с двух ударов, были не просто случайно зашедшими в ресторан бездельниками. Это сотрудники спецподразделения. Которые находились на задании — должны были задержать связника опасных боевиков. А вы, ребятки, ты и твой братец, этому помешали. И одного из сотрудников даже ранили. И сейчас ему, между прочим, инвалидность светит.

— Да ладно, — несколько менее уверенно повторил Борис. — Царапнуло по боку, пару швов наложить, а может, и без этого обошлось.

— Медицинские документы показывают совершенно другую картину, — бесстрастно сообщил Полковник. — Проникающее ножевое ранение с повреждением жизненно важных органов. Анатомию помнишь? Что у нас справа? Правильно, печень и верхние отделы кишечника. Так что ты, может, условным сроком и отделаешься — вроде разнимал. К тому же судьи таких жалеют: молодой жених, вступился за честь невесты, за бестолкового брата. А вот Глеб получит по полной программе.

— Ну так я скажу, что это я…

— Ну да, игру в «попробуй различи» вы с братом освоили. Вот только свидетелей там была толпа, а одеты вы были по-разному. И камеры видеонаблюдения, как ты верно подметил, работали. И, как ты только что сам же признал, к собственно схватке ты опоздал на несколько секунд.

С каждой минутой Полковник восхищался парнем все больше и больше. Я ж его головой в помойку окунаю, а он, несмотря на шоковое состояние, ход разговора отлично контролирует. Не только в панику или в ярость не ударяется, а еще и мельчайшие детали подмечает. Хорош, что и говорить! Эмоции отдельно, логика отдельно. Редкие способности у парня. Просто самородок. Эх, годик бы его подучить — цены бы не было! Вот только нам он — вот такой — прямо сейчас нужен. И шансы уцелеть, положа руку на сердце, не так чтоб велики. Хотя способности у него куда больше, чем это изначально выглядело. А значит, и шансы…

— Вы не адвокат! — заявил вдруг «самородок». — Я хочу поговорить со следователем, который ведет наше дело, — он потянулся к телефону.

— Я и не говорил, что адвокат, — усмехнулся Полковник. — Я сказал, если помнишь, «представитель потерпевших». А следователь внизу сидит, в машине. Вот только это уже другой следователь. Вас, уж извини, теперь подозревают в пособничестве боевикам, поэтому дело передано в антитеррористический комитет… — оценив, какое впечатление произвели его слова, Полковник сменил тон на более дружелюбный. — Глупость, конечно, случилась. Это ясно. Подрались бы вы с такими же лопухами, как вы сами, заплатили бы денег служивым людям — и гуляй дальше. Но что случилось, то случилось, фарш назад не провернешь. И машина уже закрутилась. И это уже совсем другая история.

— Кто вы такой? Что вам надо? — Борис, кажется, сам не заметил, как сжал кулаки.

«Надо же, — оценил Полковник, — только сейчас. А то все держался, ни лишнего слова, ни жеста себе не позволял. Пора…»

Он чуть нагнулся, так что глаза их оказались совсем близко.

— Брата хочешь спасти?

— Дурацкий вопрос.

— Тогда единственное, как ты можешь остановить запущенную машину, — это стать ее частью. Если мы задним числом оформим тебя на службу…

— И что это меняет?

— Это меняет угол, под которым рассматривается ситуация. Ты превращаешься в коллегу пострадавших сотрудников. И вместо особо тяжкого уголовного дела все ограничивается служебным расследованием. В результате которого выясняется, что в ходе подготовки к задержанию связника были допущены ошибки — брата приняли за тебя. А он не понял, что происходит, ввязался в драку. Связник ушел, сотрудник ранен. История печальная, но… в общем и целом довольно обыденная.

— Ваши сотрудники на такие операции всегда с ножами ходят? — Борис пытался выиграть время, чувствуя, что дело совсем не в ресторанной драке. Только в чем?

— Оставь это нашим дознавателям — и нож, и камеры наблюдения, и все остальное.

— А если я соглашусь? Ну… превратиться в коллегу. Что дальше?

— Ну как что? Продолжишь дальше служить. Верой и правдой.

Борис прищурился — нехорошо, зло, даже презрительно.

— Это что, вербовка?

— Слушай, парень, тебе шашечки или ехать? Какая разница, как что называется? Я сейчас не из-за собственных шкурных интересов с тобой разговариваю, а из-за государственных. Точнее, из-за тех ни о чем не подозревающих граждан, чьи жизни мы должны защищать, потому что служба такая. И еще не каждому она, такая, по плечу. Ты вполне можешь отказаться. Тогда у меня не будет стимула спасать тебя от ответственности. Тем более брата твоего. Он получит по полной, Строгановка отодвинется в туманную даль, если вообще не исчезнет как вероятность. Ну а ты, дружок, в армию. И — с таким послужным списком — вряд ли в элитное подразделение.

— У меня белый билет, — буркнул Борис, подумав: знает. Все он, этот «представитель», знает. Вон как смотрит. И говорит — точно гвозди забивает. Недаром у отца, когда про «них» рассказывал, даже руки тряслись. Теперь вот и мой черед…

— Твой белый билет, — хмыкнул Полковник, — получен твоим братом. Военкоматских людей вы вокруг пальца обвели, это точно. Пока что они не в курсе ваших шалостей. Пока что. Но ведь могут и узнать. Боюсь, никто не любит, когда его за нос водят. И даже если повезет не попасть под статью о мошенничестве с целью уклонения от призыва, даже в этом случае перспективы невеселые. Брат твой так или иначе отправляется за решетку, а ты — и это в лучшем случае — ближайшие десять лет, пока двадцать восемь не стукнет, прячешься от военкома. Переходишь, иными словами, на нелегальное положение. Десять лет — это немало. Даже встречаясь тайком со своей прекрасной Еленой, будешь прислушиваться к каждому шороху за дверью, от каждого телефонного звонка вздрагивать. Тебе кажется, что я слишком сгущаю краски?

Полковник понимал, что чересчур нажимать не стоит, даже вредно: парень и сам уже понял, какой расклад, и если перестараться, можно сломать. Черт его знает, на что он может тогда пойти. Выдержка выдержкой, но и темперамент у него ого-го. Тем более чувствует, что дело совсем не случайное. М-да. Отработали с близнецами коряво, что есть, то есть. Не то чтоб совсем серьезно накосячили, но некоторые детали… кто ж знал, что парнишка такой глазастый и вдобавок такой догадливый? Впрочем, догадливость — одно, а доказательства — совсем другое. Кому он будет доказывать, что их с братом подставили? Господу богу и соседу по камере? Ну, или по казарме…

— Не сгущаете, — усмехнулся Борис. — Все очень… правдоподобно. И, — он на мгновение нахмурился, не то оценивая варианты, не то выбирая подходящее слово, — безальтернативно. Без вариантов то есть. Для меня, по крайней мере. Если я отказываюсь, плохо будет всем. Всем вокруг меня. А если соглашусь, хуже будет только мне. Остальным полегче… Хороший выбор…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация