Книга Русский штык на чужой войне, страница 9. Автор книги Сергей Балмасов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Русский штык на чужой войне»

Cтраница 9

Однако в плане холодного оружия чинам бригады позволялась большая вольность. Так, русские инструкторы свидетельствуют, что «Офицеры и казаки (персидские) украшали свои шашки, кинжалы и газыри серебром и даже золотом (сыновья ханов)» [67].

Бытовые особенности

В числе сложностей службы русские инструкторы отмечали, что «с большими трудностями пришлось разрешить квартирный вопрос из-за мусульманских обычаев обитателей, изолирующих своих женщин.

Дома в Ардебиле с плоскими крышами, обнесены стенами высотой приблизительно в 3 метра, с наглухо закрытыми воротами. Снятая мною квартира была примитивна: она имела стены; в середине комнаты, служившей кухней, была яма объемом в кубический метр, а в потолке отверстие. Яма служила печкой, а отверстие в потолке предназначалось для эвакуации дыма. Яма нагревалась дровами или же кизяком.

В ней персы пекли их «лавай» (лепешки). Тяжело было моей жене, привыкшей к зажиточной кубанской жизни, очутиться в первобытных условиях. Пришлось мне в свободное от занятий время обустраивать квартиру: соорудить из кирпича печку для приготовления пищи и даже голландскую – для отопления» [68].

Отношения между русскими инструкторами

Отношения между самими русскими чинами дивизии не всегда были ровными. Так, немало претензий имелось у них к командующему дивизией. Например, ротмистр С. Булацель пишет, что он достаточно странно и «противоречиво» назначал русских инструкторов на должности.

Так, они получали сначала одни назначения и, зачастую не вступив в должность, вскоре перенаправлялись на другие посты. Причем сам С. Булацель пишет, что его отозвали с такого назначения в Урмийский отряд, который он так и не принял и прождал этого назначения с конца июля по начало октября 1919 г., пока полковник Старосельский не «вспомнил» о своем приказе и не назначил его во главе Тегеранского отряда.

В свою очередь, не были ровными отношения и между самими русскими офицерами, а также между ними и персидскими коллегами, о чем свидетельствует уральский войсковой старшина П.А. Фадеев: «Полковник Хабаров встретил меня довольно сухо. Причиной тому, как я узнал позже, было мое вынужденное появление там в форме Уральского войска, с погонами войскового старшины…

Это было большим промахом с моей стороны и нарушением условий службы. Вместо выцветшей добела малиновой фуражки я имел на голове папаху-кубанку. За спешностью отправления на фронт и отсутствием средств я не мог приобрести в Тегеране требуемую форму. Даже поиски погон капитана не увенчались успехом.

Мое равнодушное отношение к «опасному» местонахождению штаба, наличие при мне двух (настоящих) казаков вызвало также у него некоторую неприязнь» [69].

Боевая служба

Охранительская деятельность

В конце XIX – начале ХХ веков местных казаков и их русских учителей использовали, главным образом, для подавления внутренних беспорядков. По свидетельству капитана Серафима Калугина, «офицеры-инструкторы принимали участие не только в военных, но также и в политических делах; проводили русское влияние в стране и охраняли русские интересы» [70].

По его же словам, «в 1909 году (реально 24 июня 1908 г. – Ред.), во время персидской (Конституционной. – Ред.) революции, бригада, по приказу Магомет Али Шаха, обстреляла меджидие (парламент). (Тем самым казаки под руководством русских офицеров фактически участвовали в антипарламентском перевороте)» [71], заставив следовать в русле шахской и одновременно пророссийской политики.

Казаки тогда сильно выручили местного правителя: они были единственной вооруженной силой, на которую он мог безоговорочно опереться. Не случайно, что казачий конвой, как самая надежная воинская часть, постоянно охранял семью шаха [72].

Персидская казачья бригада также несла и полицейско-охранную службу. Ее нередко привлекали к сопровождению по территории Персии иностранных представителей, в том числе французского и британского консулов [73]. Например, последнего казаки из Гилянского отряда охраняли во время его путешествия из Миана в Тавриз в июне 1920 г. [74]

Персидские казаки во время Первой Мировой войны. Из бригады в дивизию

С началом Первой мировой войны забот у персидских казаков прибавилось в связи с тем, что германские и турецкие спецслужбы пытались «взорвать» Персию и уничтожить здесь британское и российское влияние. Деструктивные элементы подняли голову и усилили борьбу против центральной власти. Казакам пришлось охранять от разбойников дороги, вести борьбу против сепаратистов – по свидетельству русских инструкторов, «полудиких кочевников, не признававших центральной власти и не плативших податей», непокорных племен кочевников и мятежников.

Они выступали по наущению немцев и турок, которые рассчитывали «сбросить шаха Антанты», посадив на его место ориентированного на Германский блок правителя. Территория Персии им была также нужна для связи с прогерманскими и протурецкими группировками в Афганистане, которые они рассчитывали использовать для повстанческой борьбы в английских колониях и в российских владениях в Средней Азии.

В это время персидские казаки защищали и принадлежавшие Российской империи в Иране концессии, торговые предприятия, переселенческие хутора и т. п.

Усиление внутренней нестабильности Персии побудило русское правительство приступить к переговорам с персидскими коллегами об увеличении численного состава бригады и расширении ее до дивизии, поскольку русские военные опасались, что турецкие войска могут напасть на Иран и быстро смять малочисленную казачью бригаду.

И 23 июня 1916 г. шах заключил с русскими и англичанами соглашение, по которому на юге Ирана под контролем Великобритании начали формировать еще одну казачью бригаду. В итоге планировалось создать дивизию расширенного состава из двух бригад на севере и юге общей численностью 24 тысячи штыков и сабель.

По данному договору «охрана порядка в Северной Персии поручалась Персидской казачьей дивизии, начальником коей был назначен генерал барон Майдель (ее тогдашний командир, офицер русской службы), а в Южной Персии, на подобных же условиях, под руководством английского генерала Сайкса, формировалась южная бригада (эспиар)… Россия и Англия соглашались авансировать Персии соответствующие средства. Между зонами русского влияния и английского была проведена нейтральная полоса» [75].

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация