Книга Радость, словно нож у сердца , страница 72. Автор книги Стивен Эриксон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Радость, словно нож у сердца »

Cтраница 72

Они обменялись негромкими и потому неслышными репликами, затем солдат намеренно развернулся к единственной камере.

– Это не все, – сказал он по-английски. – Мы обнаружили еще четыре коридора. На данный момент живых семеро. Двое – в критическом состоянии и, быть может, не выживут. Детей среди живых нет. Погибших на данный момент обнаружено сто тридцать шесть человек. – Он помолчал, потом продолжил: – От имени Китайской Народной Республики капитан Шэнь и каждый из нас сделают все возможное, чтобы помочь жертвам этого чудовищного… преступления. Вы можете продолжать смотреть, однако я прошу вас проявить уважение к этому человеку. – Затем он резко скомандовал что-то по-китайски. Камера переместилась, убрав из кадра наготу Тони Ньютона.

Из всего, что уже успел сегодня увидеть Джоуи, именно это небольшое действие заставило слезы хлынуть ручьем из его глаз, и он зашарил рукой у монитора, пытаясь выдернуть провод веб-камеры.

Глава 18

Что делает человека лучше? Верно ли, что вопрос лишь в том, чтобы быть быстрее, сильней, умнее? И умнее – в каком смысле? В плане вычислительной мощности? Кажется, эта идея расширения наших возможностей посредством технологии, в некотором смысле – добавления новых планок памяти, при том, что жесткий диск остается прежним, бьет мимо цели. Поскольку мы можем стать лучше уже сейчас, безо всякой технологии. Расширение возможностей не имеет смысла, если повторять все те же ошибки. Быть эффективней не значит быть лучше, это совершенно разные вещи. Хочешь стать лучше? Займись этим прямо сейчас.

Саманта Август

– Зачем вы это сделали? Хотя нет. Это я как раз понимаю. – Сэм трясущейся рукой зажгла сигарету, встала и принялась расхаживать по комнате. – Я все-таки начала ощущать себя заложницей. Этот корабль – да что там, эта комната – моя камера. А на экранах видно лишь, как внизу все стремительно низвергается в хаос, и повсеместно. – Она помолчала. – И эта треклятая одежда, которую я вынуждена носить неделю за неделей, каждый чертов день без перерыва! И мне наплевать, что вы ее волшебным образом чистите каждую ночь. Скажите, Адам, что мне пора, иначе я могу и не выдержать!

– Осталось уже немного, Саманта Август. Ваше уникальное требование приводится сейчас в исполнение со всей возможной скоростью, насколько это позволяют соображения безопасности. Для этого потребовались весьма непростые технологии, хотя должен признать, что решение столь сложных задач мне в радость.

Ночь тяжких переживаний все длилась, рассвет так и не наступил. Она все глубже впадала в депрессию, при том, что подобное ощущение было ей совсем непривычно. Горе и печаль нуждались в том, чтобы их выплакать, а то, что эту необходимость принято отрицать или подавлять в себе, она сама считала одной из наиболее смехотворных черт несвободного общества. Слез не следует стыдиться. Способность плакать – качество вполне здоровое, и, что в данном случае даже более существенно, необходимое человеку.

И однако депрессия, словно бы окутавшая все вокруг душным одеялом отчаяния, была ей не слишком знакома по прежней жизни. Возможно, впервые за все время она всерьез усомнилась в человечестве, в том, что оно заслуживает хоть какого-то будущего.

Только сейчас она не испытывала ничего, кроме возмущения. Добрый признак?

Скрестив на груди руки, она бросила взгляд на экраны.

– Разве нынешнего уровня всеобщего гнева для вас, Адам, недостаточно? Мы прямо-таки жаждем крови! И вам это известно, так? Все жаждут крови, и при этом даже отвесить пинка телеэкрану и то не способны. Вы сейчас подожгли фитиль у пороховой бочки.

– Я пришел к выводу, что национальная секретность в данном случае лишь повредит.

– И потому взломали китайскую трансляцию. При том, что это тот самый редкий случай, когда ограниченная – по крайней мере, поначалу – аудитория представлялась мудрым выбором.

– Почему?

Она глубоко затянулась и, резко выдохнув дым, махнула рукой в сторону экранов.

– Да чтобы всего этого не было! Чтобы люди не высыпали на улицы, устраивая марши и требуя от своих правительств немедленно раскрыть все, что им известно о Серых – а ведь когда вся правда выйдет наружу, по крайней мере некоторые из них рухнут. Тем самым еще больше усугубляя хаос.

– Как вы полагаете, Саманта Август, сами китайцы опубликовали бы видео?

Она хмыкнула.

– В прежние времена – вряд ли. Теперь – кто знает? Хотя сперва они, вероятно, подвергли бы его редакции…

– Тем самым лишь подняв градус неверия и паранойи вокруг того, что именно было вырезано. За этим последовали бы обвинения, что фальшивкой является все видео от начала и до конца…

Она ткнула пальцем в один из экранов.

– Они так и так уже появились. Утверждается, что все это – павильонные съемки. В определенных вопросах нам присущ крайний скепсис. Разумеется, в некоторых иных отношениях мы доверчивы, словно овечки.

– Я пришел к выводу, что после того, как факт прибытия инопланетян – в моем лице – сделался очевидным, многие сторонники теорий заговора вокруг НЛО обнаружили, что это не просто обелило их репутацию, но и повысило общественный статус. Особенно после того, как правительства оказались вынуждены признать – им было известно, что Серые длительное время похищали и мучили людей, а также разрабатывали лунные ресурсы.

– Но стоило немного разворошить гнездо, и оттуда полезли совсем уже одиозные придурки.

– Тем не менее, Саманта, есть основания думать, что позиции скептиков за последнее время несколько ослабли.

Она горько усмехнулась.

– Адам, вам еще столько всего предстоит узнать о человечестве. Скептик, которому доказали, что он неправ, лишь отступает на шаг, отряхивается и тут же находит другую мишень для непрерывных разоблачений. Можно, конечно, утверждать, что это вполне здоровое и рациональное поведение. Иногда его даже используют для атак на антиинтеллектуальные и антинаучные взгляды, как будто креационизм и подозрения, что правительство что-то скрывает, – синонимы. И, разумеется, среди разоблачителей подобная тактика особенно распространена, а это означает, что их точка зрения значительно менее рациональна, чем они сами полагают. – Она снова принялась расхаживать по комнате – в конце концов, что ей еще оставалось? – Нет, Адам. Все, что вы сделали, – показали человечеству, что как биологический вид оно является жертвой. Нанеся удар по его гордости хищника.

– Ваша индустрия развлечений достаточно активно эксплуатирует образ человеческой расы как жертвы.

– Только в конце концов мы всегда побеждаем, – отрезала она. – Кроме того, образ жертвы в кино и на телевидении чаще всего сводится к охоте одних людей на других. Вы обратили внимание на то, как выросли продажи компьютерных игр-стрелялок? Что сделалось невозможным в реальности, мы будем делать виртуально. Сейчас для всех них появляются модификации с участием Серых – как нельзя вовремя! Вы толкаете нас на тропу войны, Адам.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация