Книга Фрэнк Синатра. «Я делал все по-своему», страница 84. Автор книги Рэнди Тараборрелли

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Фрэнк Синатра. «Я делал все по-своему»»

Cтраница 84

– Я даже собственным детям ничего не буду говорить, – заявил он. – Даже Нэнси, первой жене! Никто не узнает, что мы с тобой женимся.

Синатра справедливо полагал, что семья не одобрит его матримониальные планы, и опасался вмешательства, которое могло расстроить свадьбу. Не последнюю роль в нежелании Фрэнка сообщать детям о свадьбе сыграл и тот факт, что Нэнси-младшая, Фрэнки и Тина фактически не пустили Миа к нему на юбилей. Синатра не хотел дополнительных проблем. Короче, он решил держать родных в неведении до конца.

Миа его резонов не понимала.

– Почему мы должны молчать, Фрэнк?

– Потому что я так сказал, – был исчерпывающий ответ.

Свадьба состоялась на следующий день в Лас-Вегасе. Миа надела белое шелковое платье с длинными, чуть расширенными книзу рукавами. Платье, которое подошло бы для повторного замужества – но никак не для первого. Волосы были пострижены «под мальчика». На Фрэнке красовался темный костюм с галстуком. Знаменитый комик Ред Скелтон был среди немногих гостей.

– Видишь того парня? – наклонился к Миа Фрэнк. – Его зовут Ред. Он недавно выстрелил в свою жену.

Миа вытаращила глаза. В какой мир она готовится войти? Что это за мир, где муж стреляет в жену – и отправляется на свадьбу к приятелю?

– Не волнуйся, – успокоил Фрэнк невесту. – Инцидент наверняка признают несчастным случаем. Скажут, жена сама в себя выстрелила. Дело житейское, – добавил он, подмигнув.

(Действительно, в это время Джорджия Скелтон находилась в больнице с огнестрельным ранением в грудную клетку. По версии Реда Скелтона, его жена сама в себя выстрелила, когда, протянув руку за пеньюаром, случайно задела заряженный пистолет. Как Фрэнк и предсказывал, ранение признали несчастным случаем.)

Через несколько часов новобрачные были уже в Палм-Спрингз.

А тем временем в Лос-Анджелесе Дин Мартин имел разговор с Тиной.

– Просто хочу, чтоб ты знала, детка – твой папа женится на Миа.

– Что? Когда? – воскликнула Тина.

– В эту самую минуту, – ответил Мартин.

– Вы меня разыгрываете, да?

– Нет. Говорю тебе, они женятся, – заверил Дин, судя по воспоминаниям Тины. – Езжай-ка домой, расскажи маме, пока она из новостей не узнала.

Поблагодарив Мартина, Тина метнулась домой. Но опоздала – Нэнси уже проинформировали. Сделала это Дороти Мэннерс, сменившая Луэллу Парсон на почетном посту скандальной колумнистки. Едва добыв свадебные фотографии, Дороти позвонила Нэнси с целью получить комментарий. Нэнси страшно обиделась на Фрэнка. У нее в голове не укладывалось, как он мог жениться, ни слова не сказав ни ей, ни детям.

Примерно через час после Дороти позвонил сам Фрэнк, однако с ним Нэнси разговаривать не желала. Трубку взяла Тина. Фрэнк начал загадочным голосом: дескать, он хочет предупредить, случилось нечто грандиозное.

– Ты опоздал, – произнесла Тина. – Мы уже в курсе.

Последовало бурное объяснение отца с дочерью.

Недовольство Тины можно понять. Отец доверял ей достаточно, чтобы свести со своей возлюбленной, и Тина, между прочим, ни слова упрека ему не сказала. Она с самого начала была на стороне отца, если, конечно, такое выражение применимо к ситуации. Так почему о женитьбе Тина узнает от посторонних людей? А самое скверное – почему скандальная колумнистка застает Тинину маму врасплох?

– Я думал, ты будешь рада за меня, – сказал Фрэнк.

– Я слишком занята, – бросила Тина. – Я на тебя обижаюсь, на радость нет времени.

– Так нечестно, дочка. Я ведь радуюсь за тебя и Сэмми!

Тина тогда встречалась с Сэмми Хессом, который был на десять лет старше ее. Тине было восемнадцать, Сэмми – двадцать восемь. Хесс подарил своей девушке изумруд – после того как попросил у Фрэнка ее руки.

Синатра этот жест оценил. Он не противился отношениям дочери, даже несмотря на изрядную разницу в возрасте, и рассчитывал на аналогичную поддержку со стороны Тины. Тина обижалась вовсе не из-за разницы в возрасте между отцом и его новой женой; она обижалась из-за того, что отец не сказал ей о свадьбе.

– А тебе понравилось бы, папа, если бы я сбежала с Сэмми и тайно вышла за него? – спросила Тина.

Фрэнк признал: он бы ужасно обиделся. (К слову, замуж за Сэмми Хесса младшая дочь Синатры так и не вышла. Она дважды разрывала помолвку непосредственно перед тем, как идти к алтарю. Много лет спустя Хесс начал ухаживать… за Миа Фэрроу!)

Обе Нэнси злились на Синатру не меньше, чем Тина. Но что было делать? Навсегда порвать с ним отношения, вычеркнуть его из своей жизни?.. Нэнси-младшая скоро сформулировала фразу для любопытных:

– Конечно, свадьба отца не стала для нас сюрпризом. Отец говорил, что собирается жениться на мисс Фэрроу. Вот и женился.

Злой Синатра

Весь шестьдесят шестой и шестьдесят седьмой год Миа старалась быть Фрэнку идеальной женой. Выходило у нее неважно. В доме то и дело появлялись гости – сплошь знаменитости, а Миа, неопытная хозяйка, допускала то одну, то другую оплошность. Гораздо больше, чем торчать в доме в Палм-Спрингз, каковой дом Миа окрестила «кладбищем», подавать коктейли персонажам вдвое, а то и втрое старше ее, Миа нравилось отрываться на «Фабрике» (так называлась одна голливудская дискотека) со своими ровесниками. Ее раздражало распоряжение Фрэнка, рефреном звучавшее на «сходках покойников и полупокойников»:

– Куколка, еще горячительного для всех!

Среди этих «всех» постоянно находились Билл и Эйди Готц (Эйди была старшей дочерью Луиса Майера, светской львицей и обладательницей коллекции произведений искусства стоимостью более пятидесяти миллионов); Джек Энтраттер (президент отеля «Сэндз») со своей женой Коринной; Розалинда Рассел с мужем; кинопродюсер Фредерик Бриссон. Все эти люди годились Миа в бабушки и дедушки.

– Она хотела просто быть миссис Фрэнк Синатра, – вспоминает подруга Миа. – Она очень, очень старалась.

Весной Миа отправилась в Европу на съемки фильма «Денди в желе» (A Dandy in Aspic). Фрэнк, не одобрявший стремления Миа сделать кинокарьеру, считал, что с его молодой жены вполне хватит одного фильма в год – просто чтоб публика не забывала. Сам он в это время давал концерты в Майами, параллельно снимаясь в фильме «Тони Роум» (Tony Rome). Работал он напряженно: днем – кинокамеры, вечером – живое выступление. Супруги общались по телефону – звонили друг другу три-четыре раза в день. Казалось, всё у них благополучно. Миа обещала Фрэнку, что в Лондоне пробудет десять дней, а в Берлине – три дня. Сказала, что вернется «скоро».

Как часто бывает в киноиндустрии, всплыли разного рода обстоятельства, и обещанные две недели отсутствия изрядно растянулись. Одним из таких совсем уж не предвиденных обстоятельств стала смерть одного из двух режиссеров, Энтони Манна. Потрясенная Миа позвонила Фрэнку, заплакала. Манн был хороший человек, джентльмен, и вот умер – а никто, даже его жена, кажется, нисколько не горюет. Все думают только о дальнейших съемках, говорила в телефон Миа. Им главное, чтобы шоу продолжалось! Они вместо патологоанатома вызвали… обслуживание номеров! Заказали закуски в номер и давай обсуждать над бездыханным телом, что делать дальше, как завершить съемки. Миа сказала также, что ей лично одной этой зловещей сцены хватило. Она, наверно, не создана быть актрисой, вот.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация