Книга Простая правда, страница 27. Автор книги Джоди Пиколт

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Простая правда»

Cтраница 27

– Вот именно. Она должна куда-то переходить. И эта остаточная энергия время от времени появляется в виде призрака.

Кэти пришлось опустить глаза, а иначе она призналась бы этому едва знакомому человеку в том, в чем не признавалась еще никому.

– А-а, – мягко произнес Адам. – Теперь вы думаете, что я чокнутый.

– Нет, – немедленно отозвалась Кэти. – Не думаю.

– Но если поразмыслить, все это не лишено смысла, – осторожно произнес он. – Эмоциональная энергия, исходящая от трагического события, оставляет свой след на камне, доме, дереве, будто оставляет воспоминание. На атомном уровне все это имеет активность, поэтому может запасать энергию. И когда живые люди видят привидения, они видят остаток уловленной энергии. – Он пожал плечами. – Таков кратко мой тезис.

Неожиданно появился Джейкоб с ведерком попкорна, которое поставил Кэти на колени.

– Рассказываешь ей о своих псевдонаучных поисках?

– Э-э, – ухмыльнулся Адам. – Твоя сестра верит мне.

– Моя сестра наивна, – поправил Джейкоб.

– Это другая сторона, – проигнорировав его и повернувшись к Кэти, сказал Адам. – Не стоит пытаться убедить скептиков, потому что они никогда не поймут. А если же человек сталкивался в жизни с паранормальными явлениями – ну, тогда он приложит все усилия, чтобы найти кого-то вроде меня, готового выслушать. – Он посмотрел ей в глаза. – У каждого есть нечто, неотступно преследующее его. Просто некоторые из нас видят это лучше других.


Посреди ночи Элли проснулась от тихого стона. Отгоняя от себя сон, она села в кровати и повернулась к Кэти, которая тихо ворочалась под одеялом. Элли подошла к девушке и дотронулась до ее лба.

– Es dut weh, – пробормотала Кэти, вдруг отбросила покрывало, и спереди на ее белой ночной рубашке стали видны два расползающихся круглых пятна. – Мне больно, – закричала она, трогая руками влажные пятна на рубашке и постели. – Со мной что-то не так!

У Элли были подруги, и некоторые из них имели опыт деторождения. Они шутили по поводу того дня, когда приходит молоко, превращая их в персонажей комиксов с огромными грудями.

– В этом нет ничего страшного. После рождения ребенка это совершенно естественно.

– У меня не было ребенка! – взвизгнула Кэти. – Neh! – Она оттолкнула Элли, и та упала на твердый пол. – Ich hab ken Kind kaht… mein hatz ist fol!

– Я тебя не понимаю! – рассердилась Элли.

– Mein hatz ist fol!

Элли было ясно, что Кэти даже до конца не проснулась, просто напугана. Решив, что не станет одна с этим разбираться, Элли вышла из спальни и сразу же натолкнулась на Сару.

Непривычно было видеть мать Кэти в ночном одеянии, с золотистыми волосами, закрывающими бедра.

– Что это? – спросила она, опустившись на колени у постели дочери.

Кэти сжимала ладонями груди. Сара осторожно отвела ее руки и расстегнула ночную рубашку дочери.

Элли вздрогнула. Грудь Кэти раздулась и стала твердой, как камень, покрывшись голубой сеткой сосудов, а из сосков струились крошечные ручейки молока. По настоянию Сары Кэти послушно пошла за матерью в ванную комнату. Элли смотрела, как Сара невозмутимо массирует болезненные груди дочери, сцеживая молоко в раковину.

– Это доказательство, – под конец без выражения сказала Элли. – Кэти, взгляни на свое тело. У тебя действительно был ребенок. Это молоко для ребенка.

– Neh, lus mich gay! – рыдала Кэти, сидя на унитазе.

Стиснув зубы, Элли села на корточки рядом с ней:

– Господи, ты живешь на молочной ферме и знаешь, что с тобой сейчас происходит. Ты… родила… ребенка.

Кэти покачала головой:

– Mein hatz ist fol.

Элли повернулась к Саре:

– Что она говорит?

Старшая женщина погладила дочь по волосам.

– Что молока нет и что не было ребенка, – перевела Сара. – Кэти говорит, все это происходит, потому что у нее переполнено сердце.

Глава 6
Элли

Позвольте мне объяснить – шить я не умею. Дайте мне иголку с ниткой и брюки, которые надо подшить, и вполне вероятно, что я пришью ткань к собственному большому пальцу. Я выбрасываю носки с дырками на пятках. И скорее умру, чем сделаю один шов, и это действительно о чем-то говорит.

Это все предисловие вот к чему: когда Сара пригласила меня в гостиную на мастер-класс по шитью лоскутных одеял, я была не в восторге. После прошедшей ночи между нами возникло напряжение. Утром она без слов вручила Кэти длинную полосу белого муслина, чтобы девушка перетянула себе грудь. Это приглашение на мастер-класс было своего рода уступкой, предложением войти в ее мир, ранее закрытый для меня. Это было также просьбой не придавать большого значения прошедшей ночи.

– Тебе необязательно шить, – увлекая меня за руку в другую комнату, сказала Кэти. – Можешь просто смотреть.

В гостиной сидели четыре женщины и сами Фишеры: мать Леви, Анна Эш, мать Сэмюэла, Марта Стольцфус, и две кузины Сары, Рейчел и Луиза Лэпп. Эти женщины, по возрасту моложе Сары, принесли с собой маленьких детей: одного запеленатого младенца и годовалую девочку, которая, сидя на полу у ног Рейчел, играла с лоскутками ткани.

На столе было расстелено лоскутное одеяло, поверх него лежали шпульки белых ниток. Когда я вошла в комнату, женщины подняли глаза.

– Это Элли Хэтэуэй, – объявила Кэти.

– Sie schelt an shook mit uns wohne [11], – добавила Сара.

Из уважения ко мне Анна спросила по-английски:

– Надолго она здесь останется?

– Пока дело Кэти не будет передано в суд, – ответила я.

Когда я села на стул, малышка Луизы Лэпп поднялась на нетвердых ножках и потянулась к ярким пуговицам на моей блузке. Боясь, что она упадет, я подхватила ее и, усадив к себе на колени, пощекотала по животу, чтобы развеселить, наслаждаясь тяжестью теплого детского тела. Схватив меня за руки липкими пальчиками, малышка откинула назад голову, открывая моему взору белейшую, нежнейшую складочку на шее. Я с опозданием поняла, что излишне дружелюбна с ребенком женщины, которая, скорее всего, не доверила бы мне заботу о дочери. Подняв глаза, я собралась извиниться, но обнаружила, что все женщины теперь смотрят на меня с нескрываемым уважением.

Ну, у меня не было намерения смотреть дареному коню в зубы. Женщины склонились над шитьем, а я продолжала играть с малышкой.

– Хотите пошить? – вежливо спросила Сара, и я рассмеялась.

– Поверьте, лучше будет, если я откажусь.

У Анны засверкали глаза.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация