Книга Ка: Дарр Дубраули в руинах Имра, страница 72. Автор книги Джон Краули

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Ка: Дарр Дубраули в руинах Имра»

Cтраница 72

Рассветная Земля так называется потому, что великое соленое море раскинулось оттуда до того места, откуда каждое утро поднимается солнце. Люди не могли вообразить большую землю за морем, а за ней – другую, а потом еще море и еще землю, а дальше – то самое место, где они сидят. Дарр Дубраули мог: хотя даже тогда, через много лет после того, как Лисята ему все объяснила, он не до конца в это верил.

– Вот так и вышло, что муж-Ворона потерпел неудачу во всех своих попытках добыть ничего, – сказал Одноухий. – Он наконец бросил эту затею и вернулся домой в одиночестве.

Ворону убивали, жгли, обманывали, грабили, унижали – к тому времени Дарр Дубраули слышал все варианты истории в пересказе Одноухого и всегда возмущался: ведь ничего подобного не было! Но Одноухий всегда говорил, что ему так больше нравится. «По-моему, смешней выходит», – повторял он.

На этот раз в пересказе Одноухого муж-Ворона сидел на берегу реки и печалился своей неудаче, но тут вдруг услышал голос из-под груды камней, что лежала под грудой желтых буковых листьев: голос того, кто попал в беду – ну или, по крайней мере, несчастен. Он решил посмотреть, что это такое, и, когда разбросал листья и оттащил камни в сторону, увидел Скелет – кости все перемешаны, в черепе и грудной клетке полно жучков, и мыши прыснули в разные стороны. Скелет жалобно постукивал косточками, пока муж-Ворона не догадался поставить на место челюсть, и тогда Скелету стало легче говорить, и он спросил, не найдется ли у Вороны табачку.

Найдется, ответил тот.

Набей мне, пожалуйста, трубку, попросил Скелет.

И муж-Ворона взял свою трубку, кисет и кремень, набил трубку и раскурил. Он ее вставил Скелету между челюстями, а тот крепко сжал ее оставшимися зубами и хорошенько затянулся. Муж-Ворона очень удивился, когда увидел, что дым заполняет полую грудь Скелета и клубится между ребрами, а тот только кряхтит от удовольствия. Тем временем все надоедливые жучки и грызуны убежали от дыма; Скелет собрался и сел.

Так-то лучше, проговорил он. Спасибо. Неудобно, знаешь ли, тут лежать год за годом.

Кхм, сказал муж-Ворона. Я-то думал, ты давно ушел в Иные Земли, где все хорошо, а кости оставил здесь.

Ну, может, и так, сказал Скелет, да только я ничего об этом не знаю. Спроси меня, так все, что я есть, – это кости.

Муж-Ворона согласился, сказал, что уж он точно видит только кости, а Скелет ответил, что с костями все же нужно получше обращаться, чем с этими обошлись: нужно их, как положено, закапывать в землю в горшке или шкуре, нужно оплакивать. Только кости и остаются у живых, только их и можно почтить, когда дух ушел.

Муж-Ворона никогда об этом не думал, но сразу понял, что мысль верная. Скелет докурил и вернул ему трубку, а потом сказал, что, если старые кости чем-то могут ему помочь, Скелет это с радостью сделает. Куда это Ворона направляется?

Муж-Ворона рассказал ему о своем сне, о такой вещи, что, если ею завладеть, она тебя навсегда убережет от смерти. А если тебе снится вещь, которую ты хочешь, значит тебе суждено ее получить, вот он и пошел за ней, да ничего не получилось.

Ну, знаешь ли, сказал Скелет, тут не у меня надо помощи просить.

Ладно, вздохнул муж-Ворона. Видать, найти ее невозможно.

Может, и так, проговорил Скелет. Но ты подумай: когда вернешься домой, расскажешь, как ты ее искал, да не нашел, и эту историю будут вспоминать снова и снова. И когда сам ты умрешь, историю станут пересказывать дальше, и в этом пересказе ты будешь снова как живой.

И ты тоже, сказал муж-Ворона.

Наверное, так, кивнул Скелет. И – вот же, ее рассказывают, и мы с тобой в ней беседуем. И не в последний раз, как мне кажется!

Сгодится и так, согласился муж-Ворона.

Скелет вернулся в свою яму, улегся и подтянул ноги.

Прикрой только меня камнями, попросил он, да присыпь листвой. Осторожно.

Муж-Ворона так и сделал, а потом полетел за реку, домой. Теперь уж он был уверен, что, сколько бы ни прожил, обязательно умрет; но, знаете, ведь он вернется. Вороны умирают, но Старая Ворона не умирает. Умрет, только когда истории перестанут рассказывать, и сама Смерть умрет.

– И вот так, – сказал наконец Одноухий, – заканчивается эта история.


В Рассветной Земле Люди разбили свой лагерь в отдалении от линии прилива и улеглись спать. Проснувшись утром, они увидели, как посреди залива выступает из утреннего тумана странная громада, которой не было там еще вчера. Словно высокая скала или небольшой остров забрался в бухту, пока они спали. Все Люди спустились к воде, чтобы посмотреть на нее. Над темным корпусом вздымались толстые столбы, будто стволы деревьев, а с веток свисали веревки и белая ткань.

И на этом острове стояли Люди.

Воины Вороньего клана вооружились, потому что не понимали, кто это и что это значит, но Одноухий сказал, что бояться нечего. С Дарром на плече он вошел в море, словно мог лучше рассмотреть громаду, если подойдет на несколько шагов ближе. Теперь на ней возникли новые существа, которые вышли будто изнутри ее: четвероногие, бурой, черной и серой масти. Их сталкивали в воду и выводили все новых, они падали в море, поднимая белую пену, а когда выныривали, фыркали и плыли к берегу.

Люди побежали прочь, как только первый из этих зверей выбрался на мелководье, а потом на берег. Таких созданий они никогда прежде не видели.

Но Дарр их узнал. Одно из них шло рядом с первыми двумя Людьми, которых он увидел в жизни, – в землях за этим морем две тысячи лет назад. Это были Кони.

Глава вторая

Когда мы расставались, Дебра не могла знать, как трудно мне вскоре станет делать даже самые простые вещи: бороться с сорняками, которые настойчиво пытаются захватить ее могилу; спасать надгробный камень, чтобы его не повалили и не украли. Я приезжаю, когда моя помощница Барбара может меня туда отвезти, привожу цветы, смотрю на землю, под которой лежит Дебра, и оказываюсь в ловушке того человеческого парадокса смерти, который она никогда не признавала, – говорю с ней и прислушиваюсь к ее голосу. Я его не слышу. А плачет Барбара, которая ее знала только в самом конце.

Барбара помогает мне уже два года, а может, три – чувство времени подводит меня все чаще. Наняла ее Дебра, когда мы еще жили в другом доме, в городе, а Дебре быстро становилось хуже. Барбара была тогда удивительно сильной: таскала Дебру на руках вверх и вниз по лестнице, выносила на крыльцо в хорошую погоду. Теперь она приезжает дважды в неделю, убирается в доме, готовит еду, чтобы я ее потом разогревал, делает вещи, с которыми я, наверное, мог бы справиться сам, но, скорее всего, не стал бы, останься я один. Она и сейчас сильная, несмотря на диабет. Дрова я покупаю у местных, а она рубит их, чтобы влезали в печку. Она сама стыдится идти к врачу, но меня возит на своем почти воображаемом пикапе – дверь со стороны водителя держится на ремне, через дыры в полу видна дорога. Я еще помню время, когда автомобили и грузовики должны были проходить государственную проверку, прежде чем на них разрешали ездить.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация