Книга Криптия, страница 124. Автор книги Наталья Резанова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Криптия»

Cтраница 124

– Прикажете препроводить мерзавца? – спросил Грау.

– Да, в каземат под Серой башней. – Габельган и Хлео сдернули секретаря со стула, скрутили ему руки за спиной. Тот был серо-бледен, но молчал – отчетливо представлял, что его ждет. – Допрос начнем с утра, арест оформим задним числом… Ступайте.

Стражники выволакивают Фруэлу из дома. Слуги, замирая от ужаса, подглядывают, но не решаются спросить, что произошло. Даже Афарот не входит в гостиную и ждет распоряжений хозяина.

Три человека остаются сидеть за столом среди оплывающих свечей.

С мелочами покончено, думает Монграна, теперь можно заняться главным.

А Латрона сегодня даже не вспомнили, думает Керавн. А уж ему-то нашлось бы что сказать об этом. И где он теперь?

«Шпион-секретарь – это неправильно, – думает Раи. – Это слишком просто. Но какую историю можно сделать из этого! Какую историю!»

Эпилог. Димн. Семнадцатый год независимости

Он закончил свой гимн и склонил голову. Тишина продлилась недолго. Вначале ее разорвали хлопки одного человека, затем последовали дружные рукоплескания и одобрительные возгласы, гулко отдававшиеся под сводами храма. Храм был посвящен Рассе, богине мудрости. Она, помимо прочего, и богиня войны, но об этом в Димне сейчас предпочитали не помнить. Лучше вспомнить, что Расса покровительствует также изящным искусствам. И, открывая ее новый храм, уместно сделать поэтическое приношение.

Это не значит, что граждане Димна скупы на дары богине, стоит взглянуть на храм – на колонны розового мрамора с красными, как кровь, прожилками, на мозаики по стенам, изображающие деяния Рассы, на золотистую смальту пола, чтоб убедиться в обратном. Граждане Димна могут себе это позволить.

Около двадцати лет назад супруга императора Шубарры задушила его, чтобы возвести на трон своего любовника. Легионы восстали против узурпатора. Возмутило их не убийство – дело, в общем, житейское, – сколько то, что им придется подчиняться бывшему постельничему. С тех пор претенденты сменяли друг друга на троне с завидной быстротой, и в этой чехарде империи было не до Димна. И сейчас в Старой и Новой Столицах сидит по императору, и каждый именует себя единственным настоящим. А Димн, держась в стороне от имперских свар, много выиграл. Борс Монграна не успел, впрочем, порадоваться тому, что мечта сбылась. Он скончался от удара вскоре после провозглашения независимости Димна, и доктор Керавн, сильно одряхлевший, не сумел ему помочь. После него консулом был избран Кайто Сафран, но и он пробыл на этом посту лишь пять лет, а потом ушел в отставку под тем предлогом, что обязанности консула мешают ему управлять торговым домом.

Сейчас консулом был Эвдор Пройн, взятый покойным Монграной на место покойного Фруэлы, а позже долгое время бывший сенатором. Именно он, занимавший почетную скамью в храме, зааплодировал первым.

Остальные продолжали хлопать, с восторгом взирая на человека, стоявшего на возвышении. К своим сорока годам он несколько располнел – впрочем, недостатки фигуры скрывал удачно задрапированный плащ, виски покрыла седина, но черные глаза были по-прежнему красивы, а черты благородны.

Раи Медоуст. Выдающийся поэт и сказитель, гордость Димна. Он с одинаковой легкостью слагал гимны и оды, любовные и хулительные песни. Еще больше горожане любили слушать его захватывающие рассказы о войнах прошлого, о морских сражениях и баталиях в Степи, кои поэт был очевидцем. А больше всего – о великом маге Апелле Сыне Дракона, вместе с которым Раи в юности пережил немало приключений. Эти истории были столь популярны, что Медоуст обещал когда-нибудь собрать их воедино и создать на их основе эпическую поэму.

Но сейчас был храмовый праздник Рассы, и поэт был обязан прежде всего почтить богиню.

Когда Раи Медоуст спустился с подиума, консул поманил его к себе и вручил перстень с опалом – дань таланту. При этом спросил:

– Надеюсь, вы не забыли о моем поручении, господин Сафран?

Он – один из немногих, кто зовет поэта по фамилии. Что поделать, Пройн – должностное лицо.

– Разумеется, господин консул.

– В таком случае жду вас завтра… или нет, послезавтра в час после вечерней стражи.

Поэт отходит, и его тут же окружают поклонники.

– Мэтр Раи! Ну когда же, когда будет поэма?

– Поэму о Сыне Дракона!

– Непременно, непременно, друзья мои. Если только богиня дарует мне вдохновение. А сейчас оставьте меня. Я слишком взволнован после выступления… Я должен пройтись… к морю.

Поклонники, перешептываясь, расступаются, и Раи покидает храм. Едва свернув за угол, чуть не падает в канаву, чудом удержавшись на ногах и поминая Привратника и всех демонов его. Очередная стройка, чтоб их. Димн расширяется и в сторону Мероссы, и по берегам моря. Старый загородный дом Сафранов, который ныне отошел к Раи, теперь оказался в черте города. Везде что-то строят, копают, даже в лагуну тянут насыпи. Богам неведомо, на что этот город станет похож через несколько поколений. Пока сюда текут деньги, их надо заставлять работать. Главным образом за счет рынков и порта. В пустошах снова промышляют Похитители, но теперь они предпочитают торговать с Димном, а не воевать, у некоторых главарей в городе свои официальные конторы. Но наш главный так мелко не плавает…

Раи пытается натянуть перстень, но тот не лезет – Пройн снял его со своей руки, а он человек тощий. Медоуст убирает перстень в кошелек, и раз уж кошелек достал, покупает с уличного лотка пирог с изюмом. Пока жует, решает и в самом деле прогуляться к морю – не в порт, там слишком шумно, а немного далее. Просто побродить по берегу.

По большому счету, ему надо бы домой, поработать над заказом, за который он только что получил задаток. Эвдору Пройну мало быть консулом, он хочет сделать свою власть наследственной, и с каким-нибудь звонким титулом. Не иначе его вдохновляет пример короля Михаля, который не так давно объявил себя императором. От этого императора Пройн и хочет получить титул, а не от очередного самозванца. А как убедить того дать титул бывшему секретаришке? С помощью денег, конечно, но нужно представить соответственную родословную. Вот Пройн и заказал Раи родословие, которое должно ясно доказывать происхождение нынешнего консула от именитого михальского дворянства. То, что Димн может оказаться в зависимости от Михаля, причем в худшей, чем от Союзной империи, Пройна не волнует. Честолюбие – страшная штука.

Но Раи не страшно. Ну, задержит он работу, и что? Что консул сделает – ему, Медоусту, гордости Димна, сотоварищу самого Сына Дракона? Об их дружбе, великой и трогательной, ходят легенды, и все знают, что поэт каждый день ходит на берег моря, надеясь увидеть корабль, на котором чародей возвращается в родной город с Лунных островов или из Нимра. Он непременно вернется – обнять друга, навестить могилу наставника и, конечно же, поклониться чудодейственным останкам Скерри в Серой башне.

Нет, Раи не боится гнева консула. Боится он одного – вдруг Латрон на самом деле вернется? Сапогом по ребрам – это очень больно, знаете ли, двадцать лет прошло, а все не забывается. Но пока что о Латроне ничего не слышно. Возможно, он как Скерри, постоянно меняет имена и внешность. А может, сгинул давно. А может, нашел ту Гору и учится там, позабыв о времени, ведь чародеи живут долго, для них двадцать лет – тьфу… Никто уж в этом городе не помнит, как он выглядел, и это безобразное прозвище – Латрон – давно забылось. «Сын Дракона» звучит гораздо лучше. А он может даже не понять, о ком речь! Короче, Раи надеется, что больше никогда Латрона не увидит.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация