Книга Криптия, страница 5. Автор книги Наталья Резанова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Криптия»

Cтраница 5

А теперь у нас прекрасно обустроенные пирсы и новые каменные стены. И дома – не сказать, чтоб прекрасные, в отличие от пирсов, но пригодные для жизни. Мы прокладываем каналы и строим мосты. И если Нимр, говорят, находится под прямым покровительством божественных сил, то мы всего достигли сами.

Хотя помощь высших сил тоже бы не помешала.

– Что у нас еще на сегодня?

Фруэла, прервав бурчание, четко отрапортовал:

– Должна прийти почта из империи.

– Тогда возвращаемся в Серую башню.

Так именовали в Димне резиденцию правителя. Там же проходили заседания городского сената. Раньше, до Великой войны, наместник Димна назначался императором. Теперь сенат из наиболее именитых граждан Димна выбирает правителя, именуемого консулом, император же лишь утверждает это избрание.

И кто, спрашивается, выиграл в результате этой войны?

Союзная империя, разумеется, полагает, что она. Пусть и скукожилась по краям, но главные провинции уцелели, и императоры прочно сидят на троне, а варвары снова ушли в свои степи. Торговля, науки и искусства процветают. Вроде бы.

Ну а варвары, видимо, уверены, что победа за ними. Степняки вытеснили гарнизоны и поселения с земель, которые считали исконно своими, да еще и оттяпали себе изрядный кусок. Три волны нашествия – Бото, Тогона и Данкайро, нанесли имперской армии непоправимый урон, там больше никогда не собрать прежних сил, а те, кто нынче служат под знаменем дракона, не забудут, как одних прежних генералов прогоняли под ярмом, а головы других насаживали на копья, окружавшие вражеские становища. И никакие оборонительные валы не помогли.

И что в итоге?

Шагара, следующий Владыка Степи, заключил союзнический договор с королевством Михаль. А Михаль, в противоположность дряхлеющей Союзной империи – хищник молодой и вполне жизнеспособный. Причем самое смешное – возможно, для того, чтобы уничтожить варваров, им даже не придется воевать. Они приходят на отвоеванные земли на правах союзников, в отличие от надменных имперцев, охотно вступают в смешанные браки, приучают новых родственников не кочевать, а обрабатывать землю, и тем отбивают у них охоту к войне. А еще у Михаля очень дельные миссионеры. Они не отвергают магию, как имперское жречество, но ставят ее себе на службу – и поэтому у религии Канона появляются толпы новых почитателей. И где, спрашивается, лет через сто – двести, мы увидим тех варваров? Нигде. Михаль просто растворит их.

Так что получается, что войну выиграл Димн. Разрушенный и сожженный.

формальномы еще в составе империи. Точнее, по традиционной формулировке – в союзе, потому-то она Союзной и называется. Мы соблюдаем имперские законы – когда это выгодно. А ведь среди указов их величеств на редкость дурацкие – например, запрет упоминать вслух имя Данкайро, дабы после смерти он был предан забвению. Хотя, учитывая привычку граждан Димна поступать наперекор тому, что им навязывают, консул был склонен предположить, скорее димнийцы из чувства противоречия сделают разрушителя города своим героем. Еще и сочинят что-нибудь невыносимо пафосное, вроде:

Гнев, о Расса, воспой Данкайро, Тогонова сына,
Тот, что империи тысячи бедствий содеял…

Впрочем, чтоб там сограждане не напридумывали, это все равно не сравнится с теми фантастическими бреднями, что рассказывают о Данкайро в степях и пустошах. Но это к делу отношения не имеет. Так о чем бишь?

Ах да. Мы еще недостаточно сильны, чтобы отделиться от старой империи. Она еще может нам пригодиться. Может, через сто – двести лет степняки и исчезнут, но пока-то они никуда не делись. Причем наиболее опасны не подданные Владык Степи, из всех племен лучше всего вооруженные и организованные, а те, кто Владыкам не подчиняется. Вроде нынешнего Рисэя Безголового. После учиненных им набегов власти вынуждены были приняться за дело всерьез. И Грау, глава городского ополчения, который месяц пропадает со своими людьми в пустошах. Посему и перемирие с Герне вышло кстати – если б на Димн сейчас напали еще и с моря, город бы не выстоял. А под предлогом войны мы с отправкой налогов в империи повременим. Нет, не откажемся, разумеется. А именно что повременим. Потому что Димн сейчас похож на сочное яблоко, висящее на ветке иссыхающего дерева. Яблоко еще не совсем созрело, и черенок, связывающий его с веткой, не оборвался. А когда оборвется, то упадет и откатится в сторону. И даст начало новому дереву, пусть не такому раскидистому, но юному и жизнеспособному.

Однако это произойдет, когда у нас будет достаточно сил и против империи, и против соперников на море, и против угрозы из степей и пустошей. Неважно, как тогда мы будем называться: консулат, княжество или как-то еще. Главное – сила. А сила Димна, стоит признаться, – не воинская. При всем уважении к Грау и его парням. Мы – народ торговцев, моряков и политиков. И всегда были, да. Шестьдесят лет назад степняков сдерживали не горожане, которые предпочли бы сдаться (Данкайро был известен тем, что уничтожал лишь тех, кто противостоял ему с оружием в руках), а имперский гарнизон. Правда, все равно не сдержали, а степняки, разозленные сопротивлением, сровняли Димн с землей, а землю вытоптали конями. Город теперь возродился, но из прошлого надо извлекать уроки. Хотя на это приходится тратить время и деньги. Будем надеяться, что всё окупится.

Почта действительно пришла, и на одном из свитков консул увидел печать, которая привлекла его особое внимание. Но он не сразу вскрыл ее, а сначала посмотрел в почте то, что могло быть безотлагательным и необходимым: копии последних указов императора Шубарры, все, что касалось налогов и сборов. Обсудил это с Фруэлой и только потом, отпустив секретаря, открыл отложенное письмо.

Фруэла, разумеется, заметил все это, но просолчал. Он человек пожилой, служил еще при прежнем консуле. А опыт научил его, что излишний интерес к делам начальства вреден для здоровья.

Хотя неизвестно еще, будет ли польза от полученных сведений. Над этим еще думать и думать.

Он сидел долго, несколько раз перечитав содержание свитка, и убрал его в стол, когда услышал голоса в приемной.

В кабинет заглянул Фруэла.

– Господин консул, к вам доктор Керавн.

Консул совсем забыл, что сам вызвал того. Но этот визит оказался весьма кстати. Удачное совпадение… впрочем, совпадение ли, если учесть то, что говорят о Керавне?

Монграна махнул рукой:

– Зови.

В прихожей раздалось склочное:

– Стой здесь, безмозглый болван, и не вздумай высовываться! – причем обращались явно не к Фруэле.

Вслед за секретарем в кабинете появился господин почтенного возраста – старше Фруэлы, который, в свою очередь был старше сорокалетнего Монграны лет на пятнадцать, – но не вполне почтенного вида. Его бархатная шапка, прикрывающая редеющие волосы, явно нуждалась в чистке, мантия, когда-то благородного темно-зеленого цвета, была чем-то заляпана и в нескольких местах прожжена. Носителя мантии это не смущало. Его седая бороденка вызывающе торчала, светлые глаза смотрели остро и пронзительно.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация