Книга Лавандовая спальня, страница 24. Автор книги Натали Доусон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Лавандовая спальня»

Cтраница 24

Миссис Дримлейн предлагала ей ночевать в ее спальне, Бет и Джон пригласили погостить у них в доме, но Кэтрин предпочла остаться в своей спальне, то ли из упрямства, то ли из нежелания причинить им еще большее беспокойство. К полуночи она уже жалела о своем решении.

Погасив свет, Кэти то выглядывала в окно, то подходила к двери и трогала ключ, убеждаясь, что он все так же плотно сидит в замке и никто не пытается вытолкнуть его снаружи другим ключом. Когда же эта долгая ночь закончится и сколько у нее еще впереди таких вот бессонных ночей?

В конце концов усталость одолела ее настолько, что Кэтрин начала спотыкаться на мягком ковре, и девушка прилегла поверх одеяла лицом к двери, не снимая пеньюра и положив рядом с собой тяжелую книгу – свое единственное оружие. Сон милосердно спустился к ней сразу и не принес с собой ни кошмаров, ни неожиданных пробуждений из-за треска старых обоев или шума птичьих крыльев в дымоходе.

Глава 11

Ночь прошла без потрясений для всех, кто провел ее в «Охотниках и свинье», и утром только мистер Лофтли охал и морщился от боли в спине, неминуемо сменяющей сон на неудобном ложе.

Кэтрин, к своему удивлению, проспала до самого утра и, хоть и не чувствовала себя спокойно, все же была в состоянии сидеть за стойкой и беседовать с немногочисленными постояльцами и куда большим количеством любопытствующих жителей Кромберри. Миссис Лофтли загоняла кухарку, приказывая ей готовить все новые и новые порции легких сэндвичей и кувшины оранжада. Жара вернулась, и посетители, которых больше, чем собственные дела, волновали события в гостинице мистера Лофтли, охотно занимали столики в ресторане и во дворе, а в беседку едва можно было протолкнуться.

Глядя на всю эту ярмарку шляпок, летних платьев и пестрых зонтиков от солнца, Кэтрин чувствовала легкую тошноту. В «Охотниках и свинье» жестоко и хладнокровно убили порядочную женщину, ее вдовец безуспешно искал утешение на дне винных бутылок из погреба дядюшки Томаса, напуганные подопечные не покидали своей комнаты, а горожане едва ли не устроили себе праздник. Причем среди них были не только сплетницы из попечительского совета или праздные жители окрестных поместий, но и почтенные торговцы, вечно занятые швеи и старомодно одетые домохозяйки с другого конца города, где по берегам Крома ютились домишки городской бедноты. Бабушка миссис Харт возглавила делегацию стариков из богадельни, тех, кто еще способен был пройти несколько улиц ради того, чтобы порадовать своих более дряхлых и больных товарищей свежими новостями из порочного свинарника. Так вчера вечером в пабе назвал «Охотников и свинью» старый браконьер Подрик Плам, и это унизительное прозвище тотчас облетело весь город. Как водится в таких случаях, мистер и миссис Лофтли узнали об этом ударе по репутации своего заведения последними, и миссис Лофтли долго плакала в своей спальне, стеная и заламывая руки, пока дядюшка Томас грозился обрушить на злоязычных горожан всяческие кары и подсчитывал доход от сэндвичей и оранжада.

Горничная принесла чайный поднос в холл, где на диване расположились дамы из попечительского совета, похоже, не собиравшиеся покидать свои позиции до тех пор, пока в кладовой остается хотя бы полфунта чая.

На обратном пути на кухню Сара обернулась к лестнице и кокетливо наклонила голову, искоса поглядывая наверх. Кэтрин проследила за ее взглядом. На верхних ступенях устроился Дик Харт, чтобы наблюдать оттуда за входной дверью и частью улицы, видимую в окна по обе стороны двери. Кэтрин тихонько хмыкнула.

В прошлом году Сара рассказывала ей историю о смерти мисс Грин, невесты Дика, и не скрывала своего страха и неприязни к обоим братьям Харт. Но теперь, когда выяснилось, что Дик невиновен, Сара совершенно забыла о своем прежнем отношении.

– Что ж, если по окончании всей этой истории они поженятся, мы с Бет сможем сказать, что все наши тревоги были ненапрасными, – сказала себе Кэти и тоже посмотрела на дверь. – Пора бы уже Бетси явиться и дать мне передохнуть хотя бы полчаса. Иначе, клянусь, я заберу у дяди ружье судьи Хоуксли и разгоню этот жужжащий рой! Пусть разбегаются, как курицы, на которых нападает лиса!

Но Бет все не появлялась, а вместо нее в холл вплыла мисс Фриддел, сестра викария ближайшего прихода, оплот попечительского комитета. Кэтрин вежливо кивнула этой даме и склонила голову над конторской книгой, чтобы не видеть грузную, одышливую мисс Фриддел. Эта женщина не вызывала у Кэтрин теплых чувств. Несколько месяцев назад, после убийства в «Охотниках и свинье», именно мисс Фриддел первой перестала приглашать тетушку Мэриан на заседания комитета и заклеймила старую гостиницу прозвищем «притон». После, когда убийца был найден и им оказался джентльмен из одной из самых почтенных семей, шокированные дамы вернули миссис Лофтли в свой круг. Тетушка Мэриан, так долго мечтавшая получить эту привилегию, жестоко страдала, когда ее отлучили от попечительского совета, и была счастлива вернуться в лучшее общество Кромберри, но Кэти не простила этих лицемерных сплетниц, в особенности старую ханжу мисс Фриддел. И сейчас ее удерживал от того, чтобы взять карандаш и изобразить сестру викария в каком-то неприглядном виде, лишь страх, что ее пальцы будут дрожать из-за переживаемого волнения.

Кэтрин забегала ненадолго к миссис Дримлейн, просто чтобы заверить свою старшую подругу, что с ней все в порядке, она не сходила с ума от страха целую ночь и не слышала ничего подозрительного. Тогда же она спросила миссис Дримлейн, почему горожане не обходят «Охотников и свинью» за милю, как приют для прокаженных, когда в гостинице вновь совершено убийство?

– Думаю, они бы не являлись сюда сами, а расспрашивали слуг и посыльных, не будь в эту историю замешано такое старинное семейство, как Тармонты. Если бы миссис Синглтон убил простой грабитель, все эти уважаемые жители Кромберри отвернулись бы от твоих тетушки и дядюшки. Но подозревать Арчибальда Тармонта – значит допустить, что убийца ходит где-то рядом с ними по респектабельным улицам и, возможно, планирует новое злодеяние. Это и страшно, и будоражит кровь. Им просто невозможно усидеть на месте. Послушай моего совета, малиновка: не обращай на них особенного внимания. Пройдет три-четыре дня, и они перестанут являться в «Охотников и свинью».

Наверху лестницы послышались голоса, и вниз медленно спустилась миссис Мидлхем. Сегодня она выглядела еще хуже, чем накануне, лицо ее пожелтело и будто усохло. Одной рукой она опиралась на перила, за другую ее поддерживал Дик Харт. Следом за ними спустилась Полин. Девочка не поднимала глаз, когда проходила через холл, но даже в этом рассеянном свете Кэтрин заметила, что лицо ее заплаканно.

«Должно быть, миссис Мидлхем совсем плохо себя чувствует, но не может позволить себе пригласить врача в «Комнату с овцами». Вот ей и приходится самой посещать доктора. Бет говорила, что видела ее в богадельне, когда миссис Мидлхем приходила к доктору Голдблюму».

Миссис Мидлхем равнодушно кивнула дамам, расположившимся на диванах в холле, и вышла на улицу, опираясь уже на руку дочери. Дик закрыл за ними дверь и вернулся на свою «марсовую площадку».

– Напомните мне, мисс Хаддон, как зовут эту женщину. – Мисс Фриддел бесцеремонно обратилась к Кэтрин, и той пришлось ответить.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация