Книга Лавандовая спальня, страница 26. Автор книги Натали Доусон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Лавандовая спальня»

Cтраница 26

Упущение следовало исправить немедленно, и Кэти так решительно вошла в «Зал фей», что миссис Дримлейн, уже сидевшая в своем кресле, сразу поняла – девушке есть что сообщить. Или же новый страх перед грозящей ей опасностью изжил старые страхи, связанные с этой милой зеленой комнатой. Кэти не обманула ожидания старой дамы и поспешно рассказала о злобной реплике Сьюзен, обращенной к кому-то из сестер Тармонт. Она не добавила, что уверена – слова были обращены к Оливии, но миссис Дримлейн и сама догадалась об этом.

– Уже не первый раз вы говорите поразительные вещи, дитя мое! – воскликнула старушка, взволнованная услышанным. – Конечно же, этот выпад был направлен в адрес младшей мисс Тармонт. Хелен не позволила бы горничной так говорить с собой, да и девочка, о которой шла речь, может быть только мисс Мидлхем. Я видела сама и слышала от вас, что Оливия, одинокая и испуганная, хотела бы подружиться со своей ровесницей, даже если их разделяет непреодолимая социальная пропасть.

– Но почему Сьюзен так говорила? Что плохого в том, если две девочки немного поговорят и порисуют вместе? Скоро обе мисс Тармонт уедут в собственный дом, и, возможно, мисс Оливия никогда не увидит мисс Мидлхем…

– Я уже говорила вам, как часто прислуга в богатых домах приобретает налет снобизма, свойственного господам. Возможно, Сьюзен на свой лад старается поддерживать репутацию этого семейства… – Миссис Дримлейн осеклась, сообразив, что ее слова бессмысленны. В самом деле, после всего случившегося дружба одной из мисс Тармонт с девочкой из бедной семьи – последнее, что может нанести урон репутации обоих семейств, Тармонтов и Синглтонов. – Бедный мистер Синглтон, уверена, он уже сотню раз пожалел, что согласился взять на себя заботу об этих девочках. Если б не они, он бы жил преспокойно со своей супругой в собственном поместье, пил свой херес и играл в бильярд… – невпопад закончила старушка, но Кэтрин поняла ее.

– И все же пусть так, но Сьюзен не должна приказывать мисс Тармонт! Почему за Оливию не заступилась ее сестра?

– Возможно, в момент этого разговора мисс Хелен была в туалетной комнате или же она вполне разделяет взгляды своей горничной. Не забывайте, моя дорогая, Сьюзен прислуживала еще матери мисс Тармонт, а после ее смерти она могла начать относиться к девочкам как к своим собственным детям. И делать им выговоры в манере, свойственной ее суровому характеру.

Мисс Хаддон ничего не оставалось, как согласиться с миссис Дримлейн. Другого объяснения бесконечно дерзкому поведению горничной она предложить не могла, как бы сильно ни жалела Оливию.

Вот так и закончился этот день, тягостный для всех обитателей «Охотников и свиньи», кроме, пожалуй, миссис Фишберн. Эта дама отменно пообедала, сходила на прогулку и вернулась с новыми перчатками, приобретенными в лавке миссис Трилл и ее сестры за полцены. Взамен миссис Фишберн поделилась с хозяйками магазина своей версией событий, последовавших за смертью миссис Синглтон. А возможно, и до этого момента, учитывая обширное воображение миссис Фишберн.

Глава 12

– Прошу вас, мистер Теннерсон! Мне бы хотелось сказать, что я рада принимать вас у себя, и это было бы истинной правдой, но в данных обстоятельствах, боюсь, это неуместно, – щебетала взвинченная миссис Лофтли, тщетно стараясь соблюдать тон радушной хозяйки.

– О, я вполне понимаю вас, дорогая миссис Лофтли. – Старший мистер Теннерсон не без труда склонился, чтобы поцеловать ей руку. Эта старомодная галантность еще больше взволновала бедную тетушку Мэриан, и Кэтрин, испытывающая неловкость от того, что наблюдает эту сцену, перевела взгляд на Роджера Теннерсона.

Молодой человек навряд ли был старше своей невесты, его редкие рыжеватые усики и далеко выступающие из манжет кисти рук говорили о том, что он еще не перестал расти. Пожалуй, Хелен и даже Оливия не уступали ему в росте. Каштановые с рыжиной волосы непослушно вились у висков, светло-синие глаза смотрели устало, да и весь вид юноши говорил о том, что он либо тяжело перенес путешествие, либо сильно огорчен причиной, по которой ему и дядюшке пришлось приехать в Кромберри раньше намеченного срока. Черты лица его были тонкими для мужчины, но в будущем обещали стать более мужественными, и Кэтрин подумала, что он куда красивее своей невесты и лучше подошел бы Оливии, будь она хотя бы на три года старше.

Дядюшка Роджера, мистер Джереми Теннерсон, выглядел настоящим патриархом со своими белоснежными волосами и густыми бакенбардами. Спина его была согнута, и при ходьбе он сильно хромал и опирался на толстую деревянную палку с многогранным металлическим набалдашником, искусно сделанным в виде перевернутого ананаса. Костюм пожилого джентльмена выглядел современным, но был сшит из дешевой ткани и, скорее всего, куплен в магазине готового платья. Так же скромно был одет и его племянник. Похоже, это не Хелен Тармонт повезло найти жениха, согласного взять ее в жены со всеми обстоятельствами ее биографии, а Роджеру Теннерсону следовало молиться о здравии своей невесты. Приданого Хелен хватит на то, чтобы Роджер одевался у лучшего портного и приобрел изысканный лоск настоящего джентльмена. Впрочем, черты его лица выдавали благородное происхождение, и он должен был нравиться юным девушкам, так что выгодная женитьба – только вопрос времени.

Старший Теннерсон уточнил у миссис Лофтли, какую комнату занимают «бедные девочки», и пожелал немедленно подняться к ним, даже не освежившись с дороги. Миссис Лофтли решила разместить Теннерсонов в «Комнате с апельсинами», где было две кровати. Обои с ветвями цветущих и одновременно плодоносящих апельсиновых деревьев и чахлое деревце в горшке у окна оправдывали название этой комнаты еще до того, как мистер Лофтли стал владельцем гостиницы. А миссис Лофтли прибавила к отделке номера оранжевые шторы и покрывала, а также расписные кувшины и тазики для умывания, украшенные изображениями персиков. Найти эти предметы с нарисованными на них апельсинами ей пока не удалось, а мастерство художника вполне позволяло миссис Лофтли считать эти плоды тем, чем ей бы хотелось.

При виде лестницы старший мистер Теннерсон заметно поморщился, и лицо миссис Лофтли приняло виноватое выражение. Но достойный джентльмен без всяких жалоб принялся подниматься наверх, тяжело опираясь на перила, но не позволив племяннику поддержать его.

Миссис Лофтли сочла необходимым проводить гостей наверх, но в комнату мисс Тармонт ее не пустили, и раздосадованная хозяйка гостиницы направилась в кабинет мистера Лофтли, чтобы пожаловаться на дурные манеры Сьюзен, закрывшей дверь перед ее носом после того, как в «Комнату с портретом» вошли джентльмены.

Кэтрин поднялась, чтобы размять ноги, пока в холле никого не было. Из ресторана доносились голоса посетителей, явившихся в чуть меньшем количестве, чем накануне, но все же в большем, чем в обычные вечера. Общий гул перекрывал голос миссис Фишберн, опять рассказывавшей что-то о кошмарном субботнем утре.

– Скорей бы она купила этот свой домик и съехала, – пробормотала Кэтрин, стоя у окна и любуясь проходящим по Мэйн-стрит констеблем. – Мистер Роджер Теннерсон со своим слабым голоском может позавидовать басу этой дамы, да и его дядюшка, пожалуй, тоже.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация