Книга Почва и вино. Путешествие по вкусам и ароматам, страница 51. Автор книги Паскалин Лепелтье, Элис Фейринг

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Почва и вино. Путешествие по вкусам и ароматам»

Cтраница 51

РЕКОМЕНДУЕМЫЕ ПРОИЗВОДИТЕЛИ

• Domaine La Tour Vieille; Кольюр (экоустойчивое)

• Domaine du Traginer/Жан-Франсуа Дё; Кольюр (биодинамическое)

• La Petite Baigneuse; Баньюльс (органическое)

• Alain Castex (прежнее название Le Casot des Mailloles); Баньюльс (биодинамическое)

• Bruno Duchêne; Баньюльс (органическое)

Сланцевая зона Галисии

Если выбирать для французской Западной Луары регион-двойник, то им несомненно станет область Галисия, расположенная на крайнем северо-западе Испании. Оба региона выходят к Атлантическому океану, и здесь способны производить вина, отличающиеся невероятной степенью прозрачности, вина, которые никогда не надоедают, сколько их ни пей.

Ближе к морскому побережью почвы и в долине Луары, и в Галисии преимущественно гранитные. И хотя пятна гранита попадаются и дальше, все же по мере продвижения в глубь континента преобладающими становятся сланцы. Но если в долине Луары поиски кристаллических сланцев приводят нас на относительно равнинные земли Анжу, то в Испании в поисках тех же метаморфических пород мы извилистыми путями попадаем в горы Галисии, где скрывается благословенная винодельческая область Рибейра Сакра.

Рибейра Сакра

Рибейра Сакра переводится как «священная река». Имеется в виду место слияния рек Миньо и Силь. Это название возникло в раннехристианские времена, когда на знаменитом паломническом маршруте к могиле св. Якова множились монастыри и всякого рода святые места. Рибейра Сакра – страна виноделов, и виноградников там великое множество на берегах обеих рек. Берега реки Силь круче и каменистее, местами они вообще труднодоступны, тогда как берега Миньо более пологие и зеленые.

Добраться сюда – приключение само по себе. Прилетаем самолетом в Виго, потом делаем остановку в винном баре в Понтеведра, затем пробуем альбариньо в Риас Байшас, после чего продолжаем движение вглубь материка мимо Уренсе. Там дорога становится намного тяжелее, осложняемая горным серпантином. Тошнота гарантирована. Наконец добираемся до места, выходим из машины… и глоток свежего воздуха доставляет несказанное облегчение! Карабкаемся по тропе к обнесенным каменными стенами террасным виноградникам и останавливаемся в благоговении.

Последуйте этому предписанию, и я гарантирую, что вы в полной мере проникнетесь красотой здешних мест. С точки зрения изумительной живописности виноградники Рибейра Сакра – одно из лучших мест в мире. Они расположены на таких крутых склонах, предательски спускающихся к реке, что время уборки урожая ни один год не обходится без жертв. Здесь и красиво, и вино потрясающее, поэтому остается только удивляться тому, что особый статус винодельческого апелласьона (DO) этому району был предоставлен лишь в 1996 году.

В окрестностях Аманди мы посетили местного винодела по имени Роберто Сантана. Он родом с Канарских островов, где сообща с тремя товарищами по университету, с которыми они вместе изучали энологию, создал коллективное винодельческое предприятие, получившее название Envínate. Затем друзья стали искать другие места, где можно делать «атлантические вина», как они называют, то есть вина, отражающие дыхание Атлантического океана. И вот здесь, где множество старых виноградников и богатая история виноделия, они нашли людей, практикующих органическое земледелие или, по крайней мере, готовых к этому.

Для этого своего эксперимента они выбрали три участка земли, на одном из которых почва очень богата шиферным сланцем с добавлением розового кварца и гранита. Выбор был сделан благодаря умеренному климату с меньшим количеством дождей, чем на побережье, и великолепным потенциалом вызревания винограда.

Вино, которое открыл нам Сантана, было как раз с этого виноградника, называющегося Parcela Seoane. Для сбраживания используются цельные гроздья винограда, и это придает вину больше остроты. Мы нашли вино богатым, мясистым, но при этом в самой глубине с некой ноткой ржавчины, которую некоторые называют минеральностью. Счастливая, я цедила вино и созерцала живописную долину реки Силь, в которую ниспадали крутые берега с террасами виноградников.

«Надо быть сумасшедшим, чтобы работать здесь», – сказала я себе, глядя на Сантану и думая о том, какой же страстью надо обладать, чтобы строить и восстанавливать все эти террасы, возвращать жизненную энергию почве и либо жить здесь постоянно, либо по меньшей мере постоянно ездить в эту дикую, уединенную, отрезанную от всего мира – хоть и прекрасную – часть света.

На другом берегу, который круто поднимался от реки, сквозь еще голые весной деревья мы могли видеть призраки прошлого: террасы, построенные столетия назад и давно заброшенные. Я вспоминала легенды о том, что эти леса были населены ведьмами, феями и призраками, и в тот момент почти представляла себя частью этих преданий. Хотя погода не была туманной, все виделось через какую-то дымку, словно картину намазали вазелином.

Земля

Горные склоны, на которых раскинулись виноградники, являются частью Галисийского массива, сформировавшегося при столкновении Иберийской плиты с массивом земной коры под названием Мегума, который был частью древнего континента и который в дальнейшем пересек Атлантику, а в настоящее время выходит на поверхность как южная часть Новой Шотландии. В условиях высокой температуры и сильного давления сланцевая глина трансформировалась в шиферные и кристаллические сланцы. Согласно геологу Алексу Молтману, «шиферный сланец представляет собой агрегат нескольких сложных силикатных минералов, особым образом связанных между собой, так что порода раскалывается на тонкие пластины. И предполагать, что эти твердые частицы, расщепляясь, каким-то образом попадают в вино, – полный абсурд».

Молтман принадлежит к числу тех ученых, которые позволили себе ввязаться в жаркие споры о том, может ли почва каким-то образом проявляться во вкусе вина, и любит говорить о минеральности в вине. Но вот мы в Аманди пьем вино настолько тонкое, свежее, скрипучее, хрустящее, что нет никаких сомнений в том, что виноград «менсия» и сланцы созданы друг для друга. Стоит отметить, что с точки зрения интересов винограда шиферный сланец обладает теми же самыми достоинствами, которые позволяют использовать его в качестве кровельного материала: он слабо впитывает воду, что является полезным качеством во влажном климате, и способен накапливать тепло и согревать землю. Это очень важно для виноградников в горах, где с наступлением ночи температура резко падает. В Приорате это качестве сланцев способствует тому, что вино получается необычайно крепким, зачастую около 16 градусов. Но вина там делают преимущественно из «гренаша», а гренаш особенно хорош именно тогда, когда крепкий.

Шиферный сланец довольно хрупок, поэтому, если земля достаточно возделана (а это всегда важно), корни лоз могут глубоко протискиваться в эту негостеприимную почву. Некоторые авторы утверждают, что шиферный сланец придает красным винам хребет и ароматы черного камня или даже влажного пола погреба. Но это слишком уж романтические описания, чтобы их можно было непосредственным образом проверить. Копаясь в старинных книгах, в одной из них (опубликованной в XIX веке) я обнаружила интересный пассаж: «Основными минералами поташа являются полевой шпат и слюда, и этих минералов больше всего в граните, гнейсе и слюдяных сланцах. Следовательно, почвы, образованные по преимуществу этими минералами, наиболее богаты поташем, а значит, при прочих равных условиях, являются наилучшими для виноградников». Возможно, именно в этом одна из причин, почему шиферный сланец и гранит – два основных компонента здешних почв – дают такой превосходный результат.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация