Книга Слепой в шаге от смерти, страница 30. Автор книги Андрей Воронин

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Слепой в шаге от смерти»

Cтраница 30

– Ты еще не успел пожалеть, что уехал?

– Кажется, начинаю, – честно признался Глеб.

– Я не в обиде.

– Рад слышать – Знаю, тебе сложно жить с людьми. Ты привык быть один, привык все решать сам.

– Это один из моих малочисленных недостатков. Я действительно привык все свои проблемы решать сам, а тебе иногда хочется мне помочь.

– Я просто не успеваю этого сделать. Извини, но, кажется, малыш проснулся.

– Надеюсь, не я его разбудил звонком?

– Нет, что ты, я так отрегулировала телефон, что звонка почти не слышно, положила трубку на диван и смотрела на нее. Знала, что ты позвонишь. Лишь только лампочка замигала, сразу же и ответила.

– Мне никто не звонил?

– К счастью, нет. А то опять исчезнешь недели на две.

– – Не волнуйся, я уже морально готов послать любого, кто обратится ко мне по делу.

– Даже Потапчука?

Глеб задержался с ответом.

– Нет.

– Я же знаю, ты сорвешься по первому его звонку.

– Тебя это огорчает?

– Это твоя жизнь, по-другому ты не умеешь, Все, извини, малыш… – в трубке раздались короткие гудки.

Сиверов подошел к окну. Улица была довольно узкой, старой, и между высокими домами виднелась лишь неширокая полоска неба. Тучи ползли так низко, что казалось, будто они касаются коньков крыш и вот-вот проглотят печные трубы.

" Глеб провел рукой по волосам, они уже почти высохли.

«Самая погода ехать на кладбище, особенно, если учесть, что больше мне ехать некуда».

Он не стал сдавать ключ, просто отцепил увесистый брелок, чтобы не таскать лишнюю тяжесть, захлопнул дверь и вышел на улицу. Почувствовав, как ветер холодит руку. Сиверов вспомнил о порезе на куртке.

«Куплю новую!» – решил он.

Ветер словно выдул из города всех пешеходов, во всяком случае, улица, по которой шел Глеб, была пуста. Где-то высоко над головой хлопнула форточка, подхваченная сквозняком, жалобно зазвенело разбитое стекло.

Сиверов остановил такси, сел рядом с шофером.

– На Волковское, – коротко сказал он.

– На кладбище, что ли?

– Не знаю, может, и есть улица с таким названием, но мне на кладбище.

– Достопримечательности осматриваете? Так давайте я вас по городу провезу, все по порядку покажу? – предложил шофер и тут же понял свою ошибку. Погода стояла такая, что даже самый заядлый турист не выбрался бы для осмотра достопримечательностей – Нет, мне только могилу проведать.

– Вы, наверное, москвич?

– С чего вы взяли?

– Я не первый год таксистом работаю, научился людей по говору различать. Питерские так не разговаривают, только московские.

«Вот те на! – подумал Сиверов. – И ведь он прав, у меня действительно за эти годы изменилась манера разговаривать».

– Почти угадали, – неопределенно ответил Глеб.

Кладбище было недалеко, такси остановилось у самых ворот.

– Подождать?

– Нет, мне спешить некуда.

Свирепый ветер чуть не выломал дверцу такси, Сиверов захлопнул ее и, взглянув на ворота кладбища, почувствовал, как у него защемило сердце.

Пробираясь среди могил, Глеб обнаружил, что многие фамилии он помнит еще по прошлым посещениям кладбища, но некоторые видел словно впервые. Все здесь было, как прежде, именно таким помнил Сиверов Волковское кладбище. Но когда он свернул в боковую аллею, его неприятно поразило, что на повороте, где раньше находилась небольшая площадка, теперь были свежие могилы. Даже временные надгробия поражали своей основательностью, по всему чувствовалось, что здесь похоронены люди, оставившие на Земле большие деньги.

Еще дважды свернув, Глеб вышел к могиле отца.

За выкрашенной черной краской оградой возвышался памятник.

«Сиверов», – прочел Глеб. В углублениях выбитых в камне букв скопилась пыль. Ни воинского звания, ни профессии, естественно, на памятнике не было – лишь имя, отчество, фамилия и годы жизни.

В задумчивости Глеб выкурил сигарету и, оглядевшись, заметил, что неподалеку, через пять могил, тоже появились новые захоронения; венки, почерневшие от мороза, цветы в плетеных корзинках.

Три могилы, с одинаковыми временными надгробиями и фотографиями покойных. Все трое – еще молодые мужчины, не более пятидесяти.

«Да, бизнес – опасное занятие, – подумал Сиверов и усмехнулся. – Рамки с фотографиями на могилах современных нуворишей напоминают стеклопакеты в окнах их квартир».

У самого края дорожки желтела свежевыкопанная яма с аккуратно зачищенными краями. Рядом, на сварной подставке для гробов сидели двое рабочих в зеленых робах и молча курили, зажав лопаты между ног.

Глеб отбросил засов на ограде могилы отца и, нагнувшись, зачерпнул ладонью слежавшийся, похожий на крупную поваренную соль снег. Пальцы почти не чувствовали холода. Глеб протер снегом памятник, и тот сразу заблестел. Но снег забил углубления букв, и Сиверов сухой веточкой прочистил их. На мраморной плите у подножия памятника лежало несколько цветков, давно увядших.

Пока Глеб наводил порядок на могиле отца, к кладбищу подъехали три больших автобуса, катафалк и черный «кадиллак» с зеркальными стеклами. Когда Сиверов спохватился, было уже поздно: по единственной ведущей к выходу аллее двигалась похоронная процессия.

Дорогой гроб, который покачивался на плечах шестерых мужчин, поблескивал лаком и латунными накладками. Все шли без шапок. Гроб несли закрытым, это Глеб отметил сразу. Как правило, гробы к могилам несут открытыми, чтобы родственники и близкие могли проститься с покойником. Правило нарушается лишь в тех случаях, когда тело изуродовано. Впереди несли большую фотографию в добротной дубовой рамке с черной лентой на углу. Венков и цветов было много, все венки из живых цветов, ни одного искусственного.

Глеб медлил. Пробираться сквозь толпу ему не хотелось, не та ситуация, похороны все-таки. Портрет мужчины медленно проплыл рядом, и Сиверов успел хорошо рассмотреть его. Довольно молодой мужчина, лет сорока, может, чуть больше, властный, уверенный в себе. Примерно такие лица у новых хозяев жизни – судя по нарядам участников похоронной процессии, именно к этому кругу принадлежал покойный. На цветной фотографии на лацкане пиджака виднелся депутатский значок. Госдумы или областной? Этого Глеб не успел рассмотреть, стекло блеснуло, и флажок растворился в блике.

– Извините… – услышал он голос и медленно повернул голову.

Рядом с ним стояла молодая симпатичная женщина в дорогой длинной шубе и в легких туфлях на высоких каблуках.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация