Книга Бегство от страсти, страница 44. Автор книги Барбара Картленд

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Бегство от страсти»

Cтраница 44

В ответ Норман положил руки ей на плечи. Он впервые к ней прикоснулся. Флер замерла.

— Могу, — отвечал он. — Потому что, пока она здесь, в этом доме, я не смею приблизиться к вам. Она создает между нами преграду, которая вам кажется непреодолимой. Когда я хочу чего-то, то борюсь за это, но Синтия использует оружие, против которого не устоять нормальному человеку. Флер, вы мне нужны, я жажду вас.

Такой страстности в его голосе Флер никогда не слышала. Она содрогнулась и опустила глаза, не в силах выдержать его пристального взгляда.

— Я уже говорила вам, что вы просите невозможного, — прошептала она.

Пальцы Нормана сжали ее плечи с такой силой, что ей стало больно.

— Для меня нет ничего невозможного. Никогда не было и, клянусь, не будет. Ничто в мире не помешает вам рано или поздно стать моей женой.

Флер сделала движение, чтобы освободиться, и Норман мгновенно отпустил ее, но ускользнуть от него, бежать от него она не могла.

— Я не знала.

— Не знали, что я люблю вас? Зачем бы я тогда желал на вас жениться?

— Я думала… что вам просто нужна хозяйка… хозяйка для Прайори, — пробормотала Флер, едва сознавая, что говорит.

Норман засмеялся невеселым, мрачным смехом.

— Прайори, всегда Прайори! Да, я предложил его вам как приманку, как некоторые предлагают женщинам бриллианты; но неужели вы думаете, я был настолько глуп, настолько слеп, чтобы не желать вас ради вас самой? Может быть, это еще одна неосуществимая мечта, но все же мне казалось, что я нашел женщину, с которой у меня есть что-то общее, которая могла бы полюбить меня самого, а не мои деньги. Видимо, я ошибся.

Он говорил с горечью, и Флер почувствовала себя виноватой, вспомнив свою реакцию на его предложение — ей хотелось бы быть хозяйкой Прайори, но мысль стать женой Нормана отпугивала ее.

— Я не понимаю вас, — отвечала она как бы во сне.

— Я хотел быть терпеливым, — продолжал Норман, — хотел добиваться своей цели постепенно. Когда я впервые заговорил с вами об этом, то понял, что напугал вас, насторожил против себя, но я верил, что время работает на меня. А вместо этого сюда явилась Синтия и не только все осложнила, но сделала положение просто невыносимым. Флер, вы мне нужны. Станьте моей женой сейчас же, немедленно. Давайте уедем от этих больных женщин. У них есть врачи и сестры, чтобы ухаживать за ними, пусть у них будет все, что они пожелают, кроме вас.

— Пожалуйста, сэр Норман… прошу вас…

Флер выставила перед собой руки, словно желая оттолкнуть его, хотя он и не пытался к ней приблизиться.

Она чувствовала, что он подчиняет ее себе, овладевает ею против ее воли; его решимость была настолько сильна, что она боялась, боялась принуждения, боялась уступить его неумолимой железной воле.

— Это не ответ, — сказал Норман угрюмо. Он стоял, глядя на нее, и Флер почувствовала вдруг, что не может больше вынести такого напряжения. Не видя ничего перед собой, она устремилась к двери.

Как будто предугадав ее движение, Норман преградил ей дорогу.

— Я не позволю вам уйти, пока вы не ответите мне.

— Но я не могу! Как вы не понимаете, что я не могу! — воскликнула Флер. — Я не подозревала, что у вас ко мне такое чувство. Позвольте мне уйти… Дайте мне подумать. Я не могу принять решение за секунду.

— А почему нет?

Хотя он не прикасался к ней, Флер чувствовала, что прикована к нему стальными цепями.

— Это невозможно, как вы не понимаете!

— Я вам на это уже ответил, « — сказал он.

Она взглянула ему в лицо. Ее широко раскрытые глаза были полны мучительной тревоги, губы дрожали. Норман протянул руки и привлек ее к себе.

Флер сделала конвульсивное движение, чтобы освободиться. Но так как он не пытался поцеловать ее, а только прижимал голову к своему плечу, она осталась неподвижной.

— Неужели вы не можете думать обо мне просто как о человеке, которому вы нужны, Флер? — Голос Нормана звучал невероятно нежно, неузнаваемо мягко. — Я всегда был так одинок, но до того, как вы появились здесь, даже не сознавал насколько. Какое мучение каждый раз отпускать вас после ужина, зная, что я должен оставаться здесь, читать или думать, когда вы ходите там, наверху. Я хочу видеть вас, следить за каждым вашим движением, знать ваши мысли, понимать ваши чувства. Наверное, глупо, что я вам все это говорю, вы будете смеяться надо мной с вашими друзьями. Нет, нет, — не дал он ей перебить себя, — не отвечайте. Я знаю, что вы бы так не поступили, вы — другая, но со мной это случалось в прошлом. Дорогая моя, неужели мы не можем забыть свое прошлое?

Еще некоторое время она оставалась в его объятиях. Потом он неожиданно отпустил ее. Флер стояла в нерешительности, вся дрожа. Норман отошел к камину и, повернувшись к ней спиной, уставился на огонь.

— А теперь вам лучше уйти, — сказал он сухо. — У меня такое чувство, что я снова сделал глупость.

Флер страстно желала сказать что-нибудь, утешить его, но только могла смотреть ему в спину, чувствуя, что любые слова были бы сейчас неуместными и ненужными.

Поскольку он больше не шевельнулся и не сказал ни слова, она тихо вышла, беззвучно прикрыв за собой дверь.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

На следующий день Флер испытывала крайнее смущение при мысли о встрече с сэром Норманом.

Часами она мучительно думала, что ему скажет, как сможет снова поднять вопрос об их браке и дать ему раз и навсегда понять, что это невозможно.

Однако события разворачивались так стремительно, что у них не было возможности увидеться наедине. Сначала все внимание Нормана заняли двое неожиданно прибывших чиновников из министерства авиационной промышленности. Потом Синтии стало хуже, то и дело приезжали врачи, в любое время суток приходилось принимать специалистов из Лондона; в накрахмаленных халатах и шапочках, как растревоженные голубки, порхали по дому сестры.

Флер с ног сбилась, тем более что миссис Митчэм, чувствуя себя вне общей суеты, пыталась все время настоять на праве единоличного владения своей компаньонкой.

Как-то раз Флер заметила на столе в вестибюле местную газету. На свадебной фотографии она увидела Джека.

Она замерла на мгновение, каждым мускулом тела ожидая знакомой боли, но затем постепенно расслабилась, убедившись, что каким-то непонятным образом этот человек утратил способность причинять ей огорчение. Он остался в прошлом.

Она уже не могла вспомнить теперь, как давно это было, когда она плакала, тоскуя о нем; сколько недель, а может, и месяцев прошло с тех пор, как она засыпала, шепча его имя, протягивая в пустоту руки.

Она спокойно смотрела, как он, улыбаясь, стоит в церковных дверях под руку с Нэнси.

Подпись под фотографией гласила: «Великое событие местного значения», а в тени дверной арки, сразу за новобрачными, Флер могла различить поджатые губы и тонкие резкие черты миссис Рейнольдс.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация