Книга Волшебный сон, страница 21. Автор книги Барбара Картленд

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Волшебный сон»

Cтраница 21

— Это не вы… а я… попала в неловкое положение! — возразила Клодия. — Он… так испугал меня!

— Ну конечно, он испугал вас, если вы и впрямь не имели понятия о его намерениях.

— Неужели… неужели вы действительно думаете, будто, если б я хотя бы подозревала, что он будет… вести себя так отвратительно… я бы пошла с ним одна? — ужаснулась Клодия. — Мы говорили о картинах, и он предложил показать мне картинную галерею, раз уж принцесса не успела этого сделать. Как могла бы я… отказаться?

Маркиз присел на край кровати.

Он долго смотрел на нее, потом совсем неожиданно улыбнулся ей.

— Это моя ошибка, Клодия, — сказал он. — Я должен был предупредить вас, но мне и в голову не приходило встретить такую невинность и неосведомленность в дочери Уолтера Уилтона.

— Я же… предупреждала вас… я буду совершать ошибки, — произнесла Клодия несчастным голосом.

— Вы не сделали ни одной до сих пор, — успокоил ее маркиз, — и я полагаю, принц поверил, будто я остался в неведении относительно инцидента между вами. Я разговаривал с ним совершенно обычным тоном, обсуждал его коллекцию картин, пока мы наконец не покинули галерею.

— Н-наверное, мне надо уехать… — уныло промямлила Клодия.

— Мы уедем послезавтра, — объяснил ей маркиз, — но до этого вы будете в полной безопасности, так как принц везет меня завтра в поместье, смотреть его скаковых лошадей. Мы пробудем там целый день, и я приму все меры, чтобы мы уехали на следующее утро.

— А… вы возьмете… меня с собой в… Англию? — жалобно спросила Клодия.

В ее голосе, так же как в ее глазах, была мольба.

Маркиз долго смотрел на девушку.

— Безусловно, я возьму вас с собой. Я не думал обсуждать ваше будущее, пока мы не доберемся до Англии, но теперь, учитывая, что вы сильно расстроены, я хотел бы, чтоб вы меня выслушали.

— Я… я слушаю вас.

— Вы столь молоды, наивны и невинны, — медленно сказал маркиз, — поэтому нечто подобное случившемуся сегодня вечером может происходить с вами снова и снова, куда бы вы ни отправились.

— О нет!.. Нет! — закричала Клодия. — Мне этого не вынести!

— Боюсь, это расплата за вашу несказанную красоту. Вы слишком прекрасны, Клодия, вы самая красивая женщина, какую я когда-либо в жизни видел.

Никогда и никто еще не говорил ей таких слов.

Клодия была в растерянности и не могла отвести от него взгляд.

— Я намерен просить вас, — продолжал он, — хоть и не собирался затрагивать эту тему до возвращения в Англию, — позволить мне защищать вас и заботиться о вас постоянно.

Клодия широко распахнула глаза.

— Вы хотите сказать… что… — она замолчала на минуту, — что… вы любите меня?

— Я полюбил вас с той минуты, как увидел в гостиничном ресторане, — признался маркиз. — А вчера вечером, когда я пришел сюда, чтобы прилечь на эту кровать, мне стоило немалых усилий сдержать свое обещание не пугать вас, и я с трудом покинул эту комнату.

Он прерывисто вздохнул.

— Я не нарушу обещания и сегодня вечером, поскольку не хочу ни обидеть, ни испугать вас. своим напором, не желаю хоть чем-то расстроить вас. Но когда мы вернемся в Англию, я должен буду защищать вас от других мужчин.

— Я… ничего не понимаю, — прошептала Клодия.

— Постараюсь все объяснить, — терпеливо сказал маркиз. — Я предоставлю вам дом в Сент-Джонском лесу или в любом ином месте, где вы только пожелаете, и стану навещать вас так часто, как только это возможно. По крайней мере два или три раза в году мы сможем уезжать за границу на моей яхте.

Он старался говорить как можно ласковее, но Клодия все еще не понимала его, и он это почувствовал.

Сжав ее руки в своих ладонях, маркиз Датфорд продолжал:

— Вы ни в чем не будете нуждаться. У вас будут лошади, драгоценности, слуги, все, чего бы вы ни пожелали, моя прелесть, но я не могу предложить вам свою руку. Попытайтесь, пожалуйста, понять: мне, как главе знатного, аристократического рода, совершенно невозможно жениться на вас.

— Вы… имеете в виду, — произнесла Клодия едва слышно, так что он с трудом различал слова, — это потому, что… я… дочь… Уолтера Уилтона?

Маркиз не ответил, и, подождав немного, она сказала:

— А когда вы говорите, будто любите меня… для вас это имеет значение?

Она почувствовала, как рука маркиза напряглась, прежде чем он ответил:

— Вы нужны мне! Только одному Богу ведомо, как вы нужны мне, но я связан кровью, традициями, памятью поколений, которые жили до меня и будут жить после меня. Я знаю, как вам трудно меня понять, но я не в силах попрать имя, которое являлось частью истории Англии на протяжении столетий.

Он очень тщательно подбирал слова.

— Останься вы жить сами по себе, одна, — произнес он уже иным тоном, — мне страшно даже подумать, что может случиться с вами.

Объявятся мужчины, дюжины мужчин, жаждущих вас, преследующих вас, досаждающих вам, причем все они станут вести себя подобно тому, как вел себя с вами принц сегодня вечером.

Клодия в ужасе что-то пробормотала, а маркиз между тем убеждал ее:

— Вы должны сделать выбор, моя любимая, оставаться вам одной и бороться в одиночку, или позволить мне оберегать и защищать вас. Я буду любить вас так, как вы этого заслуживаете.

Он умолк в ожидании ответа, но его не последовало.

Тогда он сказал, как бы подводя итог:

— Я не стану пытаться сейчас убедить вас. мне не хотелось бы вас пугать. Я оставлю вас, и вы сами примете решение, а ваш ответ я надеюсь услышать послезавтра, когда мы отправимся домой.

Маркиз встал с кровати.

Но он все еще держал ее руки в своих и в каком-то безотчетном порыве поднес их к своим губам, прикоснувшись нежно, словно к ребенку.

Потом внезапно уткнулся в ее ладони и стал целовать их неистово и страстно.

Клодия не ожидала такого поворота.

Странная дрожь пробежала по всему телу.

А когда маркиз поднял голову и взглянул на нее, ей почудился тот самый жар в его глазах, какой всего несколько часов назад она видела в испанских очах принца.

Но сейчас она ощутила, будто некая часть ее существа откликнулась на него.

Всего одно мгновение маркиз не сводил с нее глаз.

Потом, не в силах больше сдерживаться, нагнулся и поцеловал ее.

Губы его были ласковы и в то же время требовательны.

Сделав над собой усилие, маркиз оторвался от нее.

— Доброй ночи, несравненная моя! — сказал он. — Может быть, я появлюсь в твоих снах, ведь я буду мечтать только о тебе.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация