Книга Ложь во спасение любви, страница 14. Автор книги Барбара Картленд

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Ложь во спасение любви»

Cтраница 14

Кармела, относительно спокойно проведя ночь, немного удивилась, увидев пожилую горничную, которой предстояло сопровождать ее в поместье, В шляпе с бесформенными полями с седыми волосами, в строгой черной накидке и простом платье, она выглядела уж слишком чопорно, и Кармела решила, что в Гэйлстоне не найдется человека, который не будет потрясен их видом по прибытии на место.

Они оживленно беседовали всю поездку, и Кармела узнала много интересного для себя.

Во-первых, граф только два месяца назад вернулся с континента.

Как она поняла, этот факт, несомненно, объяснял его отсутствие на похоронах графини, о кончине которой он ничего не знал и потому не послал даже венка.

Кроме того, горничная называла его «прекрасным, честным и строгим джентльменом, но привыкшим командовать солдатами».

Эти сведения подсказали Кармеле, что Фелисити все-таки права в своих догадках. Этот человек отличается весьма деспотичным нравом, не допускающим и мысли о неподчинении его воле.

Горничная продолжала рассказывать о старых временах, и Кармела догадалась, что слуги взволнованы переменами не на шутку и новыми своими обязанностями, о которых раньше и не подозревали.

Все это немного тревожило Кармелу, и она начала опасаться уже самой мысли о предстоящей встрече с графом и пребывании, пусть даже на короткое время. Под его попечительством.

Если раньше она сомневалась, разумно ли Фелисити скрываться с лордом Солвиком, не будучи за ним замужем, теперь она не могла отделаться от чувства, что подруга сильно рисковала бы своим счастьем, отправившись в Гэйлстон, как ей наказывали сделать.

«Я должна быть крайне осторожна, чтобы меня не разоблачили, пока Фелисити и Джимми не поженятся», — думала Кармела.

Она вознесла молитву всевышнему, чтобы все проблемы разрешились, а Фелисити, которую она искренне любила, нашла свое счастье .

Единственное, что вселяло Кармеле уверенность в своих силах, это ее многочисленные наряды.

Горничные пришли бы в ужас, если бы ей пришлось надеть то же самое платье, что и накануне.

Сейчас они достали из дорожного сундука очень симпатичное платье из белого муслина с вышитыми по подолу лилово-сиреневыми анютиными глазками и расшитое лентами, в тон ее высокому капору.

Поверх платья Кармела надела обтягивающий фигуру изящный шелковый плащ бледно-сиреневого цвета с фиолетовыми кнопками, бархатным воротником и манжетами того же оттенка.

Он был сшит по последней моде, словно его только на днях прислали из Парижа, впрочем, девушки-горничные в этом и не сомневались.

— Жаль, вы не побудете здесь подольше, ваша светлость, — сетовали они, — тогда нам удалось бы увидеть все ваши очаровательные наряды. У нас в доме так давно не бывали по-настоящему элегантные дамы.

— Думаю, граф скоро начнет давать балы, — заметила Кармела, чтобы хоть что-то сказать.

— Как бы хорошо! — воскликнула одна из горничных. — Здесь бывает так тоскливо, когда нет особой работы, и все одинаково, день за днем, месяц за месяцем. Но раз его светлость еще молод, может, он и женится.

Тут они весьма выразительно посмотрели на Кармелу, и она поняла — они уже видят в ней невесту графа.

Она постаралась убедить себя в нелепости их догадок. В конце концов, граф и Фелисити приходятся друг другу двоюродными братом и сестрой, а в большинстве семей такая степень родства считается слишком близкой для брака.

«Если он и нашел мужа Фелисити, — размышляла Кармела, — скорее всего, он выбрал кого-то из Гэйлов, нуждающегося в средствах. Мне нужно быть осторожной и не дать никому надежды, если, конечно, меня не выдадут замуж обманным путем, прежде чем я вообще соображу, в чем дело!»

Эта мысль испугала ее, но она успокоилась, подумав, что не стоит расстраиваться заранее, и лучше не рассуждать на подобные темы.

Насколько Кармела знала, в обществе считалось хорошим тоном устраивать длительные помолвки. Оставалась лишь надежда исчезнуть из жизни Гэйлов через месяц-другой, когда умрет жена Джимми.

Правда, сколько Кармела ни пыталась хладнокровно оценить создавшуюся ситуацию, как бы решительно ни уговаривала себя, что нет никакой необходимости волноваться, все-таки ее сердце неистово заколотилось, когда горничная воскликнула:

— Вот мы и приехали, ваша светлость! Теперь вы сами сможете убедиться, помните ли, как прекрасен дом Гэйлстон.

— В последний раз я была здесь в пятилетнем возрасте, — ответила Кармела, — едва ли я вспомню хоть что-нибудь.

Однако несколько минут спустя, когда огромный дом предстал их взору, она подумала, что хоть раз в жизни увидев подобное великолепие, забыть его уже не смогла бы.

Давным-давно она слышала от графини, будто дом на этом месте первоначально строили для монастыря ордена цистерцианцев, затем его переделали. Каждое последующее поколение Гэйлов изменяло, улучшало и достраивало свое родовое поместье.

Дедушка Фелисити в прошлом столетии пристроил к дому новый фасад с высокими коринфскими колоннами, для этого он специально в Греции покупал статуи и урны для украшения верхней части здания.

В результате всех перестроек дом получился внушительных размеров, просто непомерно большим, и Кармела представила себя рядом с ним маленькой, до крайности ничего не значащей. Ей стало совсем жутко.

Словно почувствовав дом, лошади ускорили ход, и хотя хорошие рессоры не давали пассажирам ощутить неровности дороги, им все-таки пришлось слегка понервничать. Прежде чем лошади как вкопанные остановились перед внушительной парадной дверью, карету все-таки слегка занесло на переезде через каменный мост.

К парадной двери вел лестничный марш, и как только карета остановилась, на ступенях лестницы расстелили красный ковер, по которому Кармеле нужно было подняться наверх.

Чувствуя себя, словно ей предстоит взойти на гильотину, она вылезла из кареты. Вдоль лестницы выстроились лакеи в напудренных париках и праздничных ливреях, и каждый вежливо кланялся, когда она проходила мимо.

Немного смущенно девушка улыбалась в ответ. Наверху, у парадной двери, ее приветствовал пожилой дворецкий, больше напоминавший архиепископа:

— Добро пожаловать домой, ваша светлость! Это счастливый день для тех из нас, кто помнит вашу светлость и рад видеть вас снова.

— Благодарю, — ответила Кармела. — Жаль, со мной нет моей бабушки.

— Мы все скорбим, ваша светлость, а то было бы совсем как в старые добрые времена, — поддержал беседу дворецкий.

Он вел ее через большой мраморный зал, украшенный статуями и фресками отличной работы.

— Его светлость ожидает вас, барышня. Он присоединится к вам в гостиной.

Дворецкий открыл дверь шикарной комнаты, увешанной картинами, с окнами, выходящими в сад, изобилующий весенними цветами, сиренью и чубушником.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация