Книга Найти свою звезду, страница 26. Автор книги Барбара Картленд

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Найти свою звезду»

Cтраница 26

— Не может быть! — воскликнула Тарина.

— Провалиться мне на этом месте! — убежденно сказал Хант. — Причем из них тридцать два сына.

Незаметно подошло время ленча. Спустившись к себе в каюту, Тарина обнаружила, что поднос с едой уже поджидает ее.

На этот раз кок приготовил один из своих шедевров, который в холодном виде был ничуть не хуже, чем в горячем.

Правда, было слишком жарко, и девушка поела совсем немного. Когда она снова вышла на палубу, Ханта там не было. «Должно быть, он еще завтракает», — решила Тарина.

В ожидании камердинера она решила обменять книги.

На опустевшей яхте было тихо. Войдя в апартаменты маркиза, Тарина направилась в кабинет. Бот она, эта сокровищница, хранящая столько замечательных произведений, которые скрасили девушке долгое путешествие и многому научили!

Тарина чувствовала, что благодаря прочитанному она стала совершенно другим человеком, совсем не таким, каким была в Англии.

Войдя в кабинет, она издала восхищенный возглас — ее взору предстали три картины, две из которых помещались на стульях, а одна — на письменном столе.

Тарине хватило одного взгляда, чтобы понять, что это такое. Из книг, посвященных Сиаму, она знала, как выглядят великолепные росписи, украшавшие стены буддийских храмов и носившие название «джатака».

Часто эти росписи служили иллюстрациями к древним преданиям и легендам, уходящим корнями в те времена, когда в Индии еще не существовало буддизма.

Когда Тарина читала об этой живописи, ей и в голову не могло прийти, что она сама сможет когда-нибудь увидеть джатаки, — ведь они находились в основном не в Бангкоке, а в храмах, расположенных в отдаленных провинциях страны.

И вот перед ней тщательно выполненные репродукции древнейших росписей!

Сделанные в изящной манере, в какой обычно пишутся миниатюры, они в то же время были достаточно велики, чтобы дать представление о том, как выглядят оригиналы на стенах буддийского храма.

Как правило, эти росписи изображали мифические существа и различные божества и должны были не только развлекать зрителя, но и учить его.

Репродукции, представшие взору Тарины, без сомнения, прославляли мужество, любовь, доброту, мудрость, терпение и истину.

В них содержалось некое мистическое начало, к которому невольно влекло сердце и душу девушки.

Всматриваясь в эти удивительные картины, она пыталась понять, что хотел сказать их безымянный автор, чему он учил и продолжает учить всех буддистов на протяжении столетий.

Дверь в кабинет открылась. «Это, должно быть, Хант», — подумала Тарина, немного раздосадованная тем, что он прервал то состояние молитвенного восторга, в которое она была погружена.

— Как они прекрасны! — воскликнула она.

— Я знал, что они вам понравятся, — услышала девушка у себя за спиной.

Тарина вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял маркиз.

Застигнутая врасплох, она смотрела на маркиза во все глаза, забыв в эту минуту ту роль, которую играла до сих пор.

Солнечные лучи, пробивавшиеся через иллюминатор, зажгли золотым сиянием ее чудесные волосы. В этот момент девушка выглядела так, словно сама сошла с восточной миниатюры.

Из-за жары на Тарине было не привычное черное платье, которое, по ее мнению, приличествовало горничной, а одно из бледно-лиловых, подаренных ей Бетти. Кузина считала, что в них Тарине будет удобно в жаркую погоду.

Превосходно сшитое платье выгодно подчеркивало тонкую талию девушки, облегало стройные бедра и спадало к ногам каскадом шелка и тончайшего шифона.

Видя, что маркиз с некоторым изумлением оглядывает ее, Тарина попыталась овладеть собой и с усилием пролепетала:

— Извините, пожалуйста…

Маркиз вошел в кабинет и закрыл за собой дверь.

— Я полагаю, вы пожаловали сюда, чтобы поменять книги, — произнес он ровным тоном. — Вы ведь всегда это делали в мое отсутствие.

— Как вы догадались?

— На леди Лорейн это не похоже. Да и вряд ли, прочтя за короткое время такое множество книг, она осталась бы в совершеннейшем неведении относительно их содержания.

Тарина перевела дыхание:

— Прошу простить… Наверное, с моей стороны было неслыханной дерзостью брать книг без спросу… Но я боялась, что, если спрошу разрешения, вы откажете мне.

Давая эти неуклюжие объяснения, Тарина понимала, что любому слуге и впрямь было совершенно непозволительно так вести себя. В попытке спасти положение она добавила:

— Только я очень прошу вас — не гневайтесь на вашего слугу! Во всем виновата только я одна. Конечно, с моей стороны было очень нехорошо брать книги тайком, но они так много значат для меня…

— Вам они на самом деле понравились? — поинтересовался маркиз.

Глаза Тарины засветились восторгом, придав девушке еще большее очарование.

— Я как раз недавно размышляла над тем, что благодаря книгам, прочитанным на яхте вашей светлости, я… очень изменилась.

— Изменились? Что вы имеете в виду?

— Из ваших книг я многое узнала. Как говорил мой отец, передо мной открылись новые горизонты.

Наступило молчание, которое нарушил маркиз:

— А сейчас вы пришли в восторг от моих картин, не так ли?

Тарина перевела взгляд на миниатюры и ответила:

— О да! Они прекрасны. Я читала о джатаках, но никогда не думала, что мне доведется когда-нибудь увидеть их.

— А теперь, когда вы их видите, что вы о них думаете? — снова спросил маркиз.

Тарина помолчала, стараясь собраться с мыслями, а потом медленно сказала:

— Я знаю, что на протяжении столетий эти картины учили людей. Но то, чему именно они учат, очень трудно определить словами.

Маркиз подошел поближе к девушке, и они вдвоем стали рассматривать джатаку «Темия». Эта картина была выполнена в превосходной цветовой гамме и изображала множество людей в самых разных положениях.

Каждая человеческая фигурка была как бы отдельной миниатюрой, но в то же время их объединяло некое общее начало. Чем больше Тарина всматривалась в джатаку, тем яснее становился для нее ответ на поставленный маркизом вопрос.

— Мне кажется, — задумчиво начала она, — что эти изображения нужно постигать не глазами, а чувствами или, вернее сказать, душой…

Маркиз молча слушал, а потом тихо сказал:

— Вы очень точно выразили то, что я сам тщетно пытался определить.

— Так вы понимаете, что я хочу сказать? — вдохновенно вопросила Тарина. — Эти старинные картины говорят с нами на своем особом языке, и нам нужно научиться постигать его.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация