Книга Вендетта, или История всеми забытого, страница 25. Автор книги Мария Корелли

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Вендетта, или История всеми забытого»

Cтраница 25

Не жалейте розог именно для «миледи»! С распущенными в очаровательной беспорядочности густыми волосами и со слезами на глазах она взывает к вам о милосердии – и именно по причине своего богатства и положения заслуживает куда меньшего снисхождения и жалости, чем размалеванная блудница, не знающая, где добыть кусок хлеба. Высокое положение обязывает к высокой ответственности! Однако я говорю дикие вещи. С поркой давно покончено, по крайней мере в отношении женщин, и при мысли о ней мы вполне обоснованно вздрагиваем от отвращения. Но когда мы с таким же отвращением вздрагиваем от чудовищной распущенности нашего общества? Очень редко или никогда. Между тем в случае супружеской неверности мужья и жены могут жить порознь и сравнительно спокойно идти каждый своей дорогой. Да, некоторые могут и поступают именно так – но я не из их числа. Ни один закон в мире не поможет сшить заново разорванное знамя моей чести, поэтому я сам должен сделаться законом – адвокатом, присяжными, судьей, всем сразу, и мой вердикт обжалованию не подлежит! Затем я должен буду взять на себя роль палача, а какая пытка столь же изысканна и уникальна, как та, которую придумал я?

Вот так я размышлял, лежа без сна, с обращенным к небу лицом, глядя, как лунный свет струился на морские воды, словно золотистый дождь, а вода плескалась и билась о борта брига, разлетаясь веселыми белыми хлопьями пены, пока мы неслись вперед.

Глава 10

Весь следующий день дул попутный ветер, и мы прибыли в Палермо за час до заката. Едва мы успели зайти в гавань, как на борт поднялся небольшой отряд полицейских и жандармов, вооруженных пистолетами и карабинами, предъявив документ, разрешавший им осмотреть бриг, чтобы убедиться, что на нем не прячется Кармело Нери. Я немного забеспокоился о безопасности своего друга-капитана, однако он нисколько не встревожился, а заулыбался и приветствовал вооруженных стражей порядка, как самых близких друзей.

– Откровенно говоря, мое мнение таково, – обратился он к ним, откупоривая бутылку кьянти, – что этот злодей Кармело находится где-нибудь рядом с Гаэтой. Врать я вам не стану, зачем мне это? Разве за его голову не объявлена награда, а я не бедняк? Слушайте, я бы сделал все, чтобы вам помочь!

Один из прибывших смерил его подозрительным взглядом.

– Мы получили данные, – начал он, деловито чеканя слова, – что Нери вот уже два месяца как исчез с Гаэты при помощи и содействии некоего Андреа Луциани, владельца каботажного брига «Лаура», курсирующего по торговым делам между Неаполем и Палермо. Вы – Андреа Луциани, а это бриг «Лаура». Все верно, не так ли?

– Как будто бы вы когда-нибудь ошибались, дорогой мой! – воскликнул капитан с прежней веселостью, хлопнув того по плечу. – Нет, если бы святой Петр в дурном расположении духа закрыл бы вам вход на небеса, у вас бы хватило хитрости отыскать лазейку! Ах, Боже мой, истинно так! Да, вы правы насчет моего имени и названия брига, но в остальном… – Тут он потряс пальцами, выражая свое несогласие. – Вы ошибаетесь, и ошибаетесь очень глубоко! – Он разразился веселым смехом. – Да, ошибаетесь – но не станем из-за этого ссориться! Выпейте еще кьянти! От поиска разбойников очень хочется пить. Полнее стаканы, друзья мои, и не глядите на бутылку – под трапом таких еще штук двадцать!

Полицейские невольно заулыбались, выпив предложенное вино, и самый молодой на вид, проворный симпатичный парень, тоже развеселился вслед за капитаном, хотя явно полагал, что сможет заманить его в ловушку и ненароком вытянуть признание при помощи своей беспечности и дружелюбия.

– Браво, Андреа! – весело воскликнул он. – Так останемся же добрыми друзьями! К тому же что плохого в том, чтобы взять на борт разбойника? Он ведь, несомненно, заплатил гораздо больше, чем любой торговец!

Однако Андреа не купился на эту уловку. Наоборот, он всплеснул руками и возвел глаза к небу с притворным выражением тревоги и испуга.

– Да простит вас Мадонна и все святые! – благоговейно воскликнул он. – Простит за мысли о том, что я, честный моряк, возьму хоть грош у проклятого разбойника! Ведь потом несчастья станут преследовать меня до скончания дней! Нет-нет, тут какая-то ошибка, мне ничего не известно о Кармело Нери, и надеюсь, что все святые помогут мне никогда с ним не встречаться!

Он говорил с такой неподражаемой искренностью, что стражи закона пришли в явное замешательство, хотя сам факт этого не помешал им тщательно осмотреть бриг. Разочаровавшись в своих ожиданиях, они допросили всех находившихся на борту, включая меня, однако не смогли, разумеется, получить сколько-нибудь удовлетворительных ответов. К счастью, они приняли мой наряд за принадлежность к моему ремеслу и, хотя с любопытством разглядывали мои белые волосы, похоже, не нашли во мне ничего подозрительного. После нескольких высказанных капитаном любезностей и подобающих случаю льстивых выражений они удалились, совершенно сбитые с толку и полностью уверенные в том, что полученные ими данные отчего-то оказались неверными. Как только они скрылись из виду, весельчак Андреа, словно ребенок, запрыгал по палубе и громко защелкал пальцами.

– Клянусь Бахусом! – в восторге воскликнул он. – Они скорее заставят священника выдать тайну исповеди, нежели принудят меня, честного Андреа Луциани, предать человека, подарившего мне прекрасные сигары! Пусть бегут обратно в Гаэту и обыщут там все уголки и закутки! Кармело может спокойно отдыхать в Монтемаджоре, жандармы его не потревожат! Ах, синьор! – обратился он ко мне, поскольку я подошел попрощаться. – Мне действительно очень жаль с вами расставаться! Надеюсь, вы не осуждаете меня за то, что я помог бедному разбойнику, который мне доверился?

– Только не я! – искренне ответил я. – Наоборот, мне хотелось бы, чтобы было побольше людей вроде вас. – Я протянул ему оговоренную ранее плату за проезд. – Прощайте и примите мою благодарность. Я не забуду вашу доброту, и, если вам понадобится помощь друга, пошлите за мной.

– Однако, – произнес он с наивной смесью любопытства и застенчивости, – как мне это сделать, если синьор не назвал мне своего имени?

Я обдумал это минувшей ночью. Я знал, что нужно взять себе другое имя, и решил присвоить себе фамилию одноклассника, к которому был сильно привязан в детстве и который утонул у меня на глазах во время купания у одного из венецианских островов. Поэтому я с легкостью ответил на вопрос Андреа.

– Спросите графа Чезаре Оливу, – сказал я. – Я вскоре вернусь в Неаполь, и если вы станете меня искать, то непременно найдете.

Сицилиец приподнял шляпу и почтительно мне поклонился.

– Я верно догадался, – с улыбкой заметил он, – что у синьора графа руки не ныряльщика за кораллами. О да! Я сразу распознаю благородного человека, как только его вижу, хотя мы, сицилийцы, говорим о себе, что все мы – благородные люди. Неплохая похвальба, но увы! Она не всегда верна! До свидания, синьор! Располагайте мной, когда вам угодно, я к вашим услугам!

Пожав ему руку, я легко спрыгнул с борта брига на причал.

– До свидания! – крикнул я ему. – И тысячу раз спасибо!

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация