Книга Королева и ведьма. Другая история Ариэль, страница 6. Автор книги Лиз Брасвелл

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Королева и ведьма. Другая история Ариэль»

Cтраница 6

Здесь повсюду, как и на суше, кипела жизнь.

Мелкая рыбёшка собиралась в большие косяки – сельдь, килька и молодая макрель резвились в лучах света, искрясь, словно россыпь бриллиантов. Закручиваясь в водоворот, они проплывали над песчаным ковром, словно один большой невиданный зверь.

Рыбы покрупнее – лиры и морские собачки, бычки и каменные окуни – переливались всеми цветами радуги: красным и жёлтым, синим и голубым, оранжевым, фиолетовым, зелёным и даже несколькими цветами сразу, словно разукрашенные клоуны.

Налим, алоза, голец, мерланг, треска, камбала, кефаль и многие им подобные были достойными представителями среднего класса.

Самым крупным одиноким волкам – груперам и ремень-рыбам, морским собачкам, большим акулам и тунцам – удалось достичь зрелого возраста только лишь потому, что они сообразили, как избегать людских лодок, сетей, лесок и приманок. Черноглазые хищники были прекрасно осведомлены о том, что они составляют верхнее звено пищевой цепи только в морских глубинах. Но где-то по ту сторону водной поверхности живут существа, гораздо более ненасытные и пугающие, чем они.

Завершали популяцию знаменитые обитатели морских глубин, не относящиеся к группе рыб: осьминог, изгибающий и закручивающий концы своих щупальцев; изящные медузы, похожие на сказочных фей; лобстеры и морские звёзды; морские ежи и голожаберные моллюски– забавные создания, своим видом напоминающие стрекозок и бабочек, которые проплывали по дну океана, одетые во всевозможные краски и имеющие самые разнообразные формы.

Все эти существа пробуждались, отходили ко сну, играли, плавали и проводили целую жизнь на дне морском, ничуть не заботясь о том, что происходило наверху, над ними.

Но были в этой стране и другие, необычные животные, которые могли многое рассказать не только про море, но и про сушу. Тюлени и дельфины, черепахи и редкие гости полосатики спускались вниз поохотиться или немного поболтать, чтобы затем исчезнуть, пропившись сквозь странную плёнку, отделявшую океан от другого мира. Само собой, их любили, но доверяли не то чтобы всецело.

Однако самые удивительные обитатели подводного мира жили в городе, построенном ими самими, в царстве, расположенном в пучине морской.

В городе не было крыш, и окружавшая жилища вода беспрепятственно заполняла их: существа, которые вольны перемещаться, куда их душе угодно, не терпят искусственных ограничений. Всё здесь было просторным, словно бескрайнее небо (или, скорее, как безбрежный океан), воплощало причудливые идеи архитекторов и служило для удовольствия обитателей. Изящные изгороди наводили гостей этих краёв на мысли об ином мире. Арочные проходы, а не двери вели в комнаты, некоторые из которых были расположены одна над другой. В лестницах не было необходимости. Колонны, стройные и изящные, словно сталактиты в неисследованной пещере, поддерживали «дорожки», парившие повсюду над залами и украшенные утончёнными спиралями. Каждый уголок сиял белым цветом мрамора или бледно-розовым и оранжевым пламенем кораллов, а иногда мерцал радужными переливами, подобно перламутру, выстилающему внутреннюю часть раковины.

Вся эта красота была воплощением многих тысяч лет искусства, мира и терпения, царивших в этом месте, а также практически полного отсутствия сообщения с остальным светом. Атлантика представала во всём своём фантастическом великолепии лишь тем немногим людям, которые зачарованно смотрели на неё в последние секунды своей жизни, прежде чем навсегда сгинуть в пучине. Скрытая от двуногих обитателей суши, она не менялась веками, чудесным образом сохраняясь в первозданном виде.

Существа, построившие этот подводный мир и повелевавшие им, были долгожителями. Их души пребывали в гармонии, они умели созерцать и почтительно относились ко времени. Правили ими цари и царицы, происходившие из одного древнего рода.

Ну, или так было прежде.

Сейчас Атлантикой повелевала царица, которая видела другой мир и была обманута им. И которой придётся жить с последствиями этого до конца своих дней.

Ариэль

На тронном помосте собралась привычная толпа: русалочий народ с хвостами всех цветов и оттенков, несколько дельфинов, которые время от времени поднимались к поверхности океана, чтобы набрать в лёгкие воздуха, одинокая ремень-рыба, небольшая группа морских ежей. В основном здесь были русалы и русалки, поскольку царица устраивала приём при дворе в честь Ритуала июньского прилива, одного из самых важных и торжественных обрядов Севаринских церемоний.

И ей мучительно хотелось оказаться сейчас в другом месте.

Правители и правительницы должны были произносить речь перед толпой, это являлось частью их работы. С большей частью формальностей вполне можно было справиться, просто сплавав куда-нибудь, чтобы выслушать, что тебе говорят, с царственным видом, серьёзно кивая и не забывая улыбаться детям. Но когда событие требует публичного выступления, а ты между тем не можешь вымолвить ни слова...

На роль жреца, который проведёт Обряд, выбрали Аннио, поэтому он, а не Лайе будет выманивать духов из Бездны подземного мира, – она сообщила это на языке жестов, внимательно передавая имена жрецов с помощью рун алфавита, которому была уже не одна сотня лет.

Себастьян, Флаундер и Трелл, маленький морской конёк, занимающий должность гонца, находясь ближе к толпе, с трёх сторон от тронного помоста, переводили слова девушки народу. Они, а также сёстры Ариэль были единственными, кто дал себе труд изучить древний русалочий язык жестов, однако переводить вызвались только рыба, краб и морской конёк.

Каждому из них в отдельности недоставало громкости (чего в былые времена нельзя было сказать об отце девушки), поэтому, когда её слова озвучивал только один из них, их могли слышать далеко не все.

(Единственная попытка использовать морскую ракушку, чтобы усилить голос Флаундера, оказалась провальной. Он звучал просто нелепо).

Живи Ариэль в идеальном мире, обязанность перевода легла бы на плечи её сестёр. Им, выросшим вместе с ней и обладавшим голосами, похожими на тот, что некогда принадлежал Ариэль, было бы куда легче говорить от её лица, а поскольку они и сами были принцессами, к ним бы прислушались гораздо охотнее.

Но это слишком сильно походило на работу.

А единственным, чего её сестры избегали (и куда старательнее поползновений назойливых поклонников), была работа.

Так что Ариэль облекала свои мысли в жесты, её маленькие помощники переводили, разные части толпы слушали то, что ближайший оратор пытался донести до них от имени своей повелительницы, и в итоге всё внимание было обращено на переводчиков, вопросы адресовали им, и получалась самая настоящая неразбериха.

– О каком Аннио идёт речь? О старшем?

– Рассматривалась ли кандидатура моей дорогой деточки, Ферестии?

– Но в котором часу?

Когда все начинали говорить разом, Ариэль ничего не оставалось, кроме как постукивать пальцами по золотистой ракушке, которую она носила на шее в качестве символа своей высокой должности. Девушка чувствовала себя скорее бестолковым капитаном корабля, чем царицей.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация