Книга Большая книга по семейной психологии, страница 7. Автор книги Михаил Литвак

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Большая книга по семейной психологии»

Cтраница 7

В данном случае уж точно не растерялись бы женщины, которых я называю «вампир-колобок». Такие бы быстренько завязали с шефом сексуальные отношения. И он бы за это дал возможность заработать, ввел бы на более высокий уровень… А потом «вампир-колобок» раз – и перепрыгнула бы на десять ступенек – и в материальном, и в социальном плане, и в сексуальном… Сексуальный интерес сам по себе очень сложен: каждый его по-своему использует. В случае с Ольгой было понятно, что она женщина привлекательная, молодая, 26 лет. А начальника в его «полтинник» потянуло на свежачок. А то его на фирме окружали «старые коровы» в возрасте от 35 до 50 лет. И еще как директор он знал Ольгу как хорошего, подающего большие надежды дизайнера. Так что она его интересовала не просто как красивая молодая женщина, но еще и как умный специалист. И я посоветовал Ольге: «Будь вампиром-колобком»! Если бы она им стала, у нее бы не было трагедий. А она начала кокетничать, мол, не хотела казаться доступной. Берегла, видите ли, девичью честь. Я таких случаев уже видел дай бог сколько. Начальники у нас все половые гиганты. И если он начинают оказывать вам знаки внимания – надо или сразу соглашаться, или увольняться с работы. На что мне Ольга так возразила: «Как я могла согласиться на его предложение, если у нас не было личных отношений, и мы были знакомы два месяца? Я его не знала как человека!»

«Какая разница? – ответил я ей. – Надо уметь быстро учиться и быстро реагировать на предложения. И ничего страшного нет в том, что знакомство длилось два месяца. Человека и за год не узнаешь как следует. Я думаю, что ты вообще в людях не разбираешься. И в нем в том числе. Поэтому лучше делать правильное действие – или тут же соглашаться, или увольняться».

Ольга считала, что ее случай уникальный! Я ей объяснил, что такой «уникальный случай» повторяется 10 000 раз каждый день везде в мире. Почему мне ее рассказ был не очень неинтересен? Потому что я и так знаю, чем дело кончится. А ей кажется, что он уникален. Потому что она думала, что после секса ее дела улучшатся, а они должны были ухудшиться. Почему? Ко мне же многие женщины обращаются с подобными вопросами, и я их всегда спрашиваю: а вы сразу согласились или нет? И многие отвечают: «Нет, не сразу, уговаривали». А если ухаживающий мужчина долго уговаривает женщину, значит, вы его оскорбили. И потом он обязательно отомстит. Даже если женится, потом бросит, потому что такую обиду трудно пережить. Они рассуждают практически все так: «Как это мне, такому прекрасному, отказали?! Я самый лучший мужчина в мире, а ты мне отказываешь в таком пустяке, как секс. Конечно, ты мне очень нужна, я буду добиваться, но потом, конечно, отомщу».

Ну что тут уникального? И женщина очень обижается, когда ей мужчина отказывает. Еще больше обижается, чем мужчина. Мужчины все-таки приучены к отказам, а женщина вообще считает, что ей никто отказать не может. Ольга, конечно, хороший дизайнер, в это я верю, но психолог она никудышный. Потому что это на раз-два все решается.

В общем, я хорошенько проработал Ольгу. В следующий раз она пришла ко мне на семинар через полгода. Выяснилось, что сначала она повела себя согласно моим рекомендациям, но потом снова все напортачила.

Они с шефом стали сексуальными партнерами. «Наши отношения длились с апреля, – рассказывала Ольга. – В конце апреля завязались личные отношения, и вот в августе у нас случился конфликт, в процессе которого я не выдержала и послала его. В общем, я его бросила. Но мы остались друзьями. И теперь у меня возник спортивный интерес, несмотря на то что мы расстались, – не уходить с этой фирмы».

Вот ее вторая ошибка – она его бросила, а не он ее. Второй раз его оскорбила. Я знаю, что народ у нас невротичный, а невротик может бросить, а может не бросить, но любовница-подчиненная все равно любить шефа обязана. А она еще взяла и послала его. Если оставаться в фирме после разрыва ради спортивного интереса – можно. Но ради того, чтобы успеха добиться на этой фирме, – тогда не стоит оставаться. Ничего хорошего не получится.

И вскоре мои опасения подтвердились. Ольга позвонила мне через несколько дней и сказала, что шеф вызвал ее на разговор и сказал, что он не видит возможности работать вместе. Это правильно, это нормально. И я ее прогнал бы. Сексуальное партнерство разорвано. Она мне отказала, я интерес к ней потерял. Конечно, лучше выгнать, чтоб глаза мои ее не видели. Я знал, что все этим закончится.

Потом Ольга написала ему письмо. Он ответил: «Если ты считаешь необходимым, ты можешь оставаться и продолжать работать на фирме». И эта реакция понятна. Я не хочу, но если ты считаешь, что должна остаться на фирме, – ради бога, оставайся. «Конечно, он дал тебе согласие, – объяснял я Ольге, – но просто имей в виду, что он над собой не работает. Это если бы он ко мне обратился, я бы тогда сказал, что ты гроша ломаного не стоишь, и он бы тогда потерял к тебе интерес. И тогда бы он тебе не мстил, и ты стала бы одна из немногих.

Я бы ему рассказал, что это была большая ошибка с тобой связаться. Потому что даже в сексе надо общаться с равными тебе людьми. А если один из партнеров стоит выше на служебной лестнице, то ему надо подчиняться беспрекословно не только в офисе, но и в постели. Напомню, люди делятся на тех, кто «дороже», и на тех, кто «дешевле». Тот, кто «дороже», может делать все что угодно, а тот кто «дешевле», должен полностью подчиняться. Другое дело, когда бы он Ольге сказал: «Я больше с тобой не хочу, до свидания, спасибо за ласку, которую ты мне дарила эти месяцы». Это можно. А Ольга взяла и опять ему отказала. То есть повела себя как начальница.

А когда она написала «амортизационное» письмо, то он увидел, что она одумалась. Но это неправда, потому что Ольга вовсе не одумалась: она же письмо написала под мою диктовку. И сама она глубоко убеждена, что это не так. Но я Ольге сказал, что она слабовата, чтобы с ним играть, – он ее переиграет. «Я не хочу играть с ним! – возразила мне Ольга. – Я не хочу сейчас уходить из коллектива, чтобы думали, что я бегу от проблем». Но я ей объяснил, что не имеет смысла беспокоиться, кто что о ней будет думать. Она не может заставить всех, чтобы о ней думали и говорили хорошо. Главное для Ольги в данной ситуации – начать думать о себе. И ей надо уходить из этой фирмы. А не оставаться для того, чтобы кому-то что-то доказать. Так ничего не докажешь. И уходить надо тогда, когда на работе нельзя развиваться. Если же там можно совершенствоваться – развивайся, но не для того, чтобы о тебе думали хорошо. И лишь из пустого упрямства она повторяет: «Я не хочу, чтобы обо мне говорили, чтоб думали, что я пораженец и ухожу от трудностей…». Ей надо думать, как лучше сделать. Кто и что будет о ней говорить – это ерунда. То есть если сплетники говорят о человеке плохо, то они дураки, и тут ничего не поделаешь. Радоваться надо, что они тебя не поняли.

Прошло три месяца, и я увидел Ольгу вновь. Она вняла моим советам, овладела психологическими техниками, и теперь у нее все хорошо. Она осталась на фирме. Начальник на Ольгу зла не держит. И недавно даже предложил ей разработать коллекцию, которая будет выставляться на международной выставке дизайнеров. А о кратковременном романе с шефом и она, и он благополучно забыли. Тем более, что тот уже начал крутить роман с новой молодой сотрудницей.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация