Книга Космическая одиссея разведчика. Записки сотрудника госбезопасности, страница 81. Автор книги Анатолий Максимов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Космическая одиссея разведчика. Записки сотрудника госбезопасности»

Cтраница 81

Почему так? Американская сторона сняла блокаду острова еще до полного вывоза всех ракет, что означало возвращение к «нулевому варианту» до кризиса. А советская сторона добилась согласия США не нападать на Кубу и убрать ракеты из Турции. Правда, Хрущев проиграл пропагандистскую кампанию, так как именно советская сторона была «инициатором» кризиса и именно она внешне отступила.

«Блеф Хрущева» многогранен: тайная операция «Анадырь», неведение посла и представителя СССР в ООН о ядерном шантаже, торг из-за ракет в Турции. Но главное — американцев подловили в момент подготовки нового «крестового похода» на Кубу силами полумиллионной армии. Возможно, Хрущев, сам того не ведая, пытался спасти Остров свободы только от этого вторжения. Получилось куда более удачно — США оставили Кубу в покое навсегда. Прочти навсегда, так как больше советского «ядерного зонтика» над ней нет.

Что могло остановить эти планы американского президента, военных, спецслужб? Вторжение было решенным делом. Только неординарное решение советской стороны — «большой блеф», причем военно-стратегического масштаба. Ранее уже говорилось о «системе угроз» в американской концепции отношений с противником. У Советского Союза во время Карибского кризиса получилась своя «система» — вокруг Кубы. И навязала этот «торг» в защиту Кубы советская сторона.

Предвидя реальную расправу Соединенных Штатов с Островом Свободы (их план был в Кремле), советский лидер с помощью «большого блефа» упредил попытку ликвидировать дружественной СССР режим в Западном полушарии.

«Просчет» Хрущева, вынужденного под всемирное улюлюканье недоброжелателей Советского Союза вывести ракеты с Кубы, обернулся перспективным расчетом на длительную и гарантированную защиту Кубы и сохранил тем самым форпост социализма в Западном полушарии. Следствием кризиса стал новый рубеж в отношениях СССР и США — с советской стороной стали разговаривать как с ведущей ракетно-ядерной державой.

Справка. В обширном американском справочнике Норманна Палмера «Энциклопедия шпионажа» (1999) говорится о Кубинском кризисе. Статья начинается со слов: «Кубинский ракетный кризис», как его принято называть в Штатах, в октябре 1962 года продемонстрировал одновременно сильные и слабые стороны американской разведки…».

Так, в 1962 году Разведывательное сообщество США подготовило четыре сводки оценок национальной разведки по Кубе (последняя была датирована 19 сентября) и «во всех четырех утверждалось, что русские не посмеют разместить на острове ядерное оружие».

И еще: «… у Белого дома был один тайны источник информации: офицер советской военной разведки (ГРУ) полковник Олег Пеньковский. В 1961–1962 годах он передал англичанам и американцам немало сведений о советских боевых системах и степени боеготовности советских войск. Полученная от него информация вкупе результатами облетов территории СССР самолетами У-2 вскрыла в целом слабую готовность русских к ядерной войне». Вот такой «приговор» советской стороне…

Но как быть с тем фактом, что «ценный источник» Пеньковский «проморгал» широкомасштабную подготовку к вторжению советских войск на Кубу? И не только сам факт начала такой подготовки, но факт движения к Острову десятков кораблей? Не потому ли Пальмер решительно осуждает:

«Разведывательное сообщество оказалось неспособным выявить характер и масштабы наращивания советского военного присутствия в Западном полушарии и на Кубе на ранних стадиях». Американцы, говорит Пальмер, считали, что «к началу карантина на Кубу успело прибыть только 8 000 человек личного состава. А на самом деле численность советской военной группировки составляла 41 000 человек…».

Выше была сделана попытка ответить на вопрос: какова доля участия разведки в «большом блефе» — этой стратегической победе советской стороны в более широком смысле, чем только разрешение Карибского кризиса. Теперь хотелось бы разобраться, каково участие в этом кризисе сомнительной фигуры, каким стало Пеньковский, агент двух западных спецслужб. Дифирамбы, которые поют американской и английской разведкам и их агенту, в конце концов, были зафиксированы в двухтомном труде «Шпион, который спас мир» американского журналиста и его соавтора перебежчика из КГБ еще времен 50-х годов — Дж. Шектера и П. Дерябина (1993).

Но вот что настораживает: по прошествии десятилетий даже перебежчик и позднее сотрудник ЦРУ, анализируя довольно объективно ситуацию с Пеньковским в целом и вокруг Кубы, в частности, не смог не затронуть вопроса: о честности «Феномена» (так назвали на Западе его предательство)? В книге приводились мнения, причем весьма компетентные, других специалистов и профессионалов разведки и контрразведки по обе стороны Атлантики в пользу гипотезы: Пеньковский был подставой советских органов госбезопасности.

Поэтому знакомство с содержанием книги «Шпион, который спас мир» невольно вызывает вопрос: а с чьей стороны он спасал мир — с американо-английской либо с советской?

Казалось бы, можно приступать к анализу материалов и сведений, говорящих «за» и «против» оценки деяний Пеньковского в качестве «предателя-непредателя». Это можно сделать лишь разобравшись в глубинных процессах разведки, «краеугольными камнями» которой являются разведчики, агенты и операции. То есть все то, что составляет понятие «мастерство разведки»!

Шоновец о фатальной угрозе Штатам
(Что дала операция «Карфаген» советскому государству?)

В начале 60-х годов советская внешняя разведка провела операцию по проникновению в один из наиболее важных объектов американских вооруженных сил в Европе. Агент, сержант американской армии Роберт Джонсон, был внедрен в Региональный центр курьерской связи вооруженных сил США, находившийся под Парижем, в районе аэропорта Орли.

В результате проведенных спецмероприятий (восемь выемок) разведка госбезопасности получила важнейшие материалы политического и военно-стратегического значения. Бывшим заместителем начальника внешней разведки генерал-лейтенантом Павловым эта операция была названа «Карфаген».

Это была уникальна разведывательная акция, как по замыслу и исполнению, так и по результатам, ибо была получена секретнейшая, актуальная и документальная информация.

Космическая одиссея разведчика. Записки сотрудника госбезопасности

ПАВЛОВ

Виталий Григорьевич

1914–2005


В органах ГБ — внешней разведке с 1938 года по 1987 год.

Работал в Канаде, Австрии, Польше, США, Китае, странах Латинской Америки и Западной Европы.

Один из главных организаторов операции «Снег» (1940–1943). Руководитель нелегальной разведки. Начальник КИ КГБ (1971–1973), старший научный консультант начальника разведки (1984–1987).

Автор ряда книг о внешней разведке.


Много позднее участники операции отмечали, что об этой операции было написано и сказано много правды и неправды, как в Союзе, так и за рубежом — о ней рассказывали и бывшие разведчики, и праведные и неправедные журналисты в прессе, мемуарах и исследованиях. Но…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация