Книга Охота на левиафана; На море, страница 9. Автор книги Томас Майн Рид

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Охота на левиафана; На море»

Cтраница 9

У нас теперь была только одна цель – достигнуть кашалота. Мы напрягали все остатки сил, чтобы плыть и грести.

Наконец мы достигли его. Коффен глубоко вонзил копье в тело животного. Мы воспользовались древком и с его помощью вскарабкались на кита. Очутившись в безопасности, мы упали в изнеможении, более похожие на трупы, чем на живых людей.

Придя в себя, мы начали обдумывать наше положение. По правде сказать, мы не могли считать себя спасенными, а только обрели надежду. Немного передохнув и набравшись сил, мы вскарабкались до самой шеи кита, до того места, где стоял наш флаг. Но какая неожиданность! Трое из наших товарищей уже были там! Весь экипаж шлюпки был налицо, не хватало лишь Билла. Наши удивленные возгласы вывели из оцепенения обессиленных матросов, мы искренне приветствовали друг друга.

Их одиссея походила на нашу, они немногим раньше добрались до кашалота. Один из них торжественно произнес:

– Вот мы и все в сборе, нет только Билла. Никто не видел его?

Не мне было отвечать на этот вопрос. Я поднял глаза на Лиджа Коффена. наши взгляды встретились. Его взор красноречиво говорил: храните тайну.

– Я думаю, он утонул, – уклончиво произнес Коффен. – С нами случилось бы то же, если бы не подвернулся обломок лодки, который помог продержаться на воде так долго.

Наши радостные излияния скоро перешли в меланхолию, и мы серьезно задались вопросом, что нас ожидает. Что мы выиграли, взобравшись на кашалота? Немного отдыха, некоторую отсрочку, какую иногда дают осужденным на смерть, без малейшей надежды на помилование. Если судно или лодки не придут нам на помощь, мы безусловно погибнем.

Каковы шансы на помощь? Рассудок заставлял признать, что они очень слабы. Помощь могла прийти только от «Летучего облака», потому что шлюпки, потеряв нас из виду, должны были вернуться к судну. Мы были уверены, что наши товарищи приложат все силы, чтобы отыскать нас. Но к чему приведут эти усилия? Разве мы не затерялись в пустыне Тихого океана, величайшего на всем земном шаре? Остров в двадцать тысяч квадратных миль показался бы простой точкой на его безграничной поверхности. Что же представляло, в таком случае, тело кашалота, к бокам которого прилепилось пять человеческих фигур, словно раковины к борту броненосца? Судно могло пройти в миле от нас и не заметить ничего. Все зависело от состояния погоды и от большей или меньшей прозрачности воздуха.

А в эти минуты все было против нас. Нас мочил ливень, над морем поднимался туман. Вокруг же не было ничего, кроме волнующегося моря, прекрасный голубой цвет которого перешел в печальный и однообразный серый.

Настала рождественская ночь. Какой она была для пяти несчастных, которые считали себя покинутыми Богом и людьми! Разбитые усталостью, умирая от голода и жажды, с душой, полной смертельной тоски, мы уже не вспоминали и не грезили о радостях Рождества и о пиршестве, в котором могли бы принять участие. Мы были слишком заняты настоящим, мрачным и зловещим, и будущим, еще более зловещим и еще более мрачным.

Солнце зашло. Несмотря на мучительный голод, никто не решился оторвать кусок сырого мяса от горы, которая была под нами, и положить его в рот.


5. СПАСЕНИЕ. – ПОЛЯРНЫЙ БАССЕЙН. – ПАРИ ПО ПОВОДУ КИТА

Мы спали. Во всяком случае, я спал глубоким сном. Природа брала свое. Физическая усталость дала нам несколько часов душевного отдыха и полного забвения. Когда я проснулся, мои товарищи уже были на ногах. Коффен взобрался на самую возвышенную точку. Он пристально всматривался в океан.

– Ничего, – сказал он наконец. – Я не вижу ни корабля, ни лодок.

Когда он сошел вниз, его лицо выражало отчаяние. Мы по очереди стали наблюдать за морем. Мы делали это не потому, что питали надежды, а просто потому, что бездействие томило нас и каждый собственными глазами хотел убедиться, что от надежд пора отказаться.

Мы умирали от голода и все-таки не могли решиться попробовать сырого кашалота. Вся душа возмущалась против этого. Если бы мы еще могли развести огонь и сварить его...

Нас начинала жестоко мучить жажда. Уже накануне мы томились ею, а теперь она стала невыносимой. Наше положение усугублялось тем, что утром, в день Рождества, мы выпили двойную порцию рому, а ром, как известно, имеет свойство возбуждать, а не утолять жажду.

Вчера ливень принес некоторую свежесть, ночью ветерок обвевал наши разгоряченные головы, поэтому мы смогли немного поспать. Но в первый день Рождества солнце поднялось над ровным и спокойным морем, на котором едва можно было заметить лишь медленное и слабое колыхание. За час до полудня солнце уже жгло как огонь. Лучи отражались в воде, и море походило на расплавленное стекло.

Эта мертвая тишь и зной мучили наши тела и тревожили душу. Даже если бы на корабле знали, где мы находимся, судно не смогло бы в такой штиль сдвинуться с места.

Некоторые мои товарищи, дошедшие до отчаяния, попробовали подносить куски мяса кашалота к губам. Но это ничуть не помогло им. Мясо кашалота, имеющее в себе массу соли, только усиливало жажду.

– О милосердный Боже, когда же кончатся наши страдания!

Сколько раз раздавались эти вопли отчаяния! Иногда к ним примешивались проклятья морю, солнцу и даже чайкам, чьи белые крылья мы принимали за далекие паруса. Время от времени слышался крик:

– Парус!

Но тот, кто испускал этот вопль, тут же сознавал свою ошибку и посылал проклятья какой-нибудь невинной морской птице, невольно обманувшей его.

Когда этот крик надежды раздался в очередной раз, мы едва обратили на него внимание, до такой степени тяжело было разочаровываться. Но на этот раз магические слова произнес Лидж Коффен. И все-таки мы не сразу поверили своему счастью. Подняв головы, мы заметили, что начинается легкий ветерок. Это обстоятельство победило нашу недоверчивость. Мы все вскарабкались к флагу. Поднявшись на цыпочки, мы смотрели по направлению, указанному Коффеном.

Действительно, там можно было видеть белое пятно, и это пятно ни в коем случае нельзя было принять за крыло чайки. Это был парус, парус, надуваемый ветром. Скоро судно подошло ближе, и мы узнали «Летучее облако».

Тогда из наших уст, вернее, из наших сердец, вырвались горячие восклицания признательности Господу, чья воля спасла нас от смерти. Мы не думали больше о долгих муках, которые перенесли, все было забыто. По установке парусов и направлению хода судна мы убедились, что нас заметили, а если не нас, то, по крайней мере, красный флаг, развевающийся на кашалоте. Было совершенно невероятно, чтобы его не заметили в подзорную трубу.

Скоро мы различили нос корабля, то опускающийся, то поднимающийся, его фок, надуваемый ветром. «Летучее облако» шло прямо на нас.

В одном кабельтове от нас судно остановилось и спустило три самые большие лодки. За нами достаточно было послать всего одну. Но капитан Дринкуотер никогда не забывал дела. Я уверен, даже чрезвычайно обрадованный тем, что нашел своих людей, он не забыл и о том, что мы сидели, по меньшей мере, на сотне тонн великолепного жира.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация