Книга В шкафу скелет и крылья, страница 5. Автор книги Оксана Обухова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «В шкафу скелет и крылья»

Cтраница 5

– Меня?.. – икнула Котова.

– Да. Твой платок лежит под трупом. Когда оперативники сравнят съемку с камер наблюдения, они увидят, что ты была в том самом платке, который сейчас лежит под телом. И в первую очередь тебе зададут вопрос: как платок там оказался, если мужа убила не ты?

– А как он там оказался?

– Не понимаю. И думать над этой загадкой пока не хочу – нет времени. Так что давай сосредоточься, расскажи, кто мог желать смерти твоему мужу, кто имеет доступ в квартиру, кто мог тебя подставить?

– Доступ в квартиру, доступ в квартиру… – лихорадочно забормотала Юлия. – Кто мог меня подставить?..

– Не мельтеши. Начни с того, о чем тебя спросят во вторую очередь, – почему ты разводишься с мужем? – поскольку это, Юленька, мотив. – Сыщик положил на кухонный стол сотовый телефон, работающий в режиме диктофона, и кивнул: – Начинай, Юля, рассказывай.


Если убрать из рассказа Юлии нервные всхлипы, короткие заминки и наводящие вопросы Паршина, то история измены мужа выглядит тоже достаточно анекдотично, в стиле «и тут приехала жена». Точнее говоря – «проехала». Мимо цветочного магазина, где припарковалась машина мужа.

Десять дней назад ехала Юлия Владимировна с делового обеда, остановившись на светофоре, увидела знакомую мужнину машину возле цветочного салона и решила, коли уж сюрприз с букетом слегка подпорчен, поглядеть, как обожаемый муж с цветами выглядит. Полюбоваться, так как супруг с букетом всегда вызывал у нее острейший приступ умиления: «Коленька так бережно цветы носит, как мальчик к первому сентября, как юноша на первое свидание…»

Полюбовалась. Юношей, едрить его за ногу.

Муж вышел из магазина, сел за руль. Юлия Владимировна, готовя улыбку, проехала мимо и ручкой даже помахала в окошко…

Хорошо, посигналить не успела. На переднем сиденье, перегибаясь через уже врученные цветы, муж тискал бабу в шубе.

Рассказ об обнаруженной измене обманутая вдовушка закончила весьма нетривиально. Прижимая руки к вздымающейся груди и шмыгая носиком, Юля заявила:

– Котов очень порядочный мужик, Олег! Поверь мне – очень. И как бизнесмен, и как супруг…

– Кто б мог подумать… – донельзя удивленный неадекватностью обманутой жены, чуть слышно буркнул Паршин.

– Да, да, – уловив иронию, закивала вдова. – Когда я… когда мы начали встречаться, Коля уже был женат. Но до тех пор, пока не объяснился с женой, пределов не переходил. Он – ждал. Пока Татьяна все узнает от него, пока он поговорит с детьми… он сам сказал сыновьям, что полюбил другую женщину… Котов очень порядочный человек, он не опускается до пошлых адюльтеров… – Юля продолжала говорить о муже в настоящем времени, цепляясь за иллюзию, строчила словами с пулеметной скоростью: – Татьяна поняла. Мальчики… мальчики, ну, сам понимаешь – дети. Сейчас они все живут в этом же доме, на тридцать первом этаже…

– Они живут здесь? Прошу с этого момента подробнее, – перебивая, уцепился сыщик. – Сколько лет сыновьям, не вышла ли первая жена еще раз замуж, есть ли у них ключи от вашей квартиры? Что с наследством?

– Наследство?.. Татьяна, дети? – подняла вверх брови одноклассница. – Ты имеешь в виду, что они могли…

– Спокойно, Юля. Давай без лирики и паники. Рассказывай о детях и бывшей жене.

– Без лирики не выйдет, – нахмурилась вдова.

Не забывая упирать на порядочность покойного мужа, Юлия поведала, как Котов, уверенный в том, что мальчишкам необходим отцовский пригляд, еще до строительства многоэтажного дома распределил три верхних этажа: тридцать первый для бывшей жены и сыновей, тридцать второй для мамы и папы, последний для себя и Юли. Помимо квартир для непосредственного проживания бизнесмен оставил за семьей две двухкомнатные квартиры «на вырост» – если парни отпочкуются от мамы.

Трехэтажную верхушку дома Котов превратил в «орлиное» семейное гнездо, где все любимые и близкие под боком. Предусмотрел на плане лифтовую шахту, доставляющую наверх только жильцов трех последних этажей, тем самым превратив гнездо практически в неприступную цитадель: вход только для своих.

– Кроме лифта, к вам можно как-то еще подняться? – уточнил сыщик.

– Конечно, – удивилась Юлия. – На в полном смысле пожарный случай предусмотрена лестница. Но попасть через нее к нашим квартирам можно, только открыв двери одним из электронных «семейных» ключей.

– А в случае настоящего пожара? Если эвакуация жильцов с других верхних этажей понадобится?

– Так дверь на общую лестницу и не запирается. Блокированы только проходы на наши площадки.

– Позже схожу гляну. Что ты можешь сказать о первой жене мужа?

– Порядочнейшее существо, милейшая женщина. Истинная мать.

Все твердо, все как и о покойном муже – только в превосходных степенях. Оставался вопрос: и как же от таких женщин мужья к новым женам-то уходят?

Похоже, этот вопрос довольно четко обозначился на сыщицком лице. Юлия закусила нижнюю губу, в глазах мелькнуло замешанное на слезах понимание.

– Когда десять дней назад я увидела, с кем целуется Котов в машине… Мне кажется, только тогда я в полной мере поняла, почему он когда-то ушел от Татьяны ко мне. Десять лет назад он вырос из Татьяны, как из старых брюк. Таня перестала отвечать его возросшим требованиям, теперь им не стала отвечать уже я.

– Жестко.

– Но правдиво.

Теребя пальцами уголок блузки и глядя в сторону мимо сыщика, Юля щедрыми, по всей видимости давно обдуманными мазками нарисовала полотно: студенты, общага, первая влюбленность. Розовощекая хохотушка Танечка из Вологды – хлебосольная, легкая на подъем, компанейская и по большому счету непритязательная.

В первые годы после женитьбы Коля и Таня Котовы любили ходить в походы, где Таня варила уху и плов для всей компании – незаменимая умелая певунья и рыбачка. Ходили на плотах, спускались на байдарках, поднимались в горы: песни под гитару, комары, костры, ночевки на разостланных еловых лапах. Таня – опора и центр любой туристической компании. Даже появление детей не нарушало планы молодой семьи: маленького Валечку сажали в папин рюкзак за спиной, подросший Эдик топал сам…

– Эта их компания и сейчас не распалась. Татьяна перестала быть ее центром, но по-прежнему любима всеми друзьями…

Нечто в тоне Юлии заставило Паршина задать вопрос:

– Тяжело пришлось, тебя не сразу приняли?

Юлия кивнула и усмехнулась:

– А как ты думал? Тата – общая любовь, я… Я и костра-то толком не разожгу.

– Так как же тогда…

– А кончилась студенческая юность, Олежка. Пришел достаток – путевки, туры, «все включено»… Постепенно, Паршин, все налаживается. С друзьями тоже – если не можешь добиться любви, заставь себя уважать.

– Хочешь сказать, тебя не любят?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация