Книга Отдай свое сердце, страница 21. Автор книги Валерий Роньшин

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Отдай свое сердце»

Cтраница 21

— У них не та квалификация, — сказала Крутая. И, по­молчав, добавила: — В принципе я могу это снадобье сделать. Я ведь тоже колдунья.

— Ты — колдунья?! — изумились ребята.

— Да. Но пока скрытая. Видите эти три переплетен­ные линии? — показала Любка на свою ладонь. — Это магический знак. Он означает, что в шестнадцать лет во мне проявятся способности мага, и я смогу колдовать не хуже бабушки. Я уже сейчас кое-что умею делать...

— Любочка, — взмолился Самокатов, — сделай это снадобье.

— Сделаю, — пообещала Любка. — Но не сегодня.

— А когда? Завтра?!

— Нет, завтра у меня прыжки с парашютом.

— Послезавтра?

— Нет, послезавтра я позирую для обложки «Космополитена»... Давай на следующей неделе.

Генка страдальчески закатил глаза.

— Еще неделю жить с этими кошмарами?! О, нет, я больше не могу...

— Ты же мужчина, Самокатов, — напомнила ему Крутая. — Ты должен быть смелым.

— Да я смелый, — вздохнул Генка. — Вот только как представлю, что ночью опять всякая гадость будет снить­ся — бр-р... — Самокатов скривился.

— Люб, а может, сегодня снадобье приготовишь? — вмешался Горохов.

— Исключено, — отрезала Крутая и, запрыгнув в джип, вставила ключ в замок зажигания.

И тогда Макс достал из кармана свое главное ору­жие. Новую жвачку.

— Люба, — вкрадчиво промолвил он, — смотри, ка­кая у меня жвачечка есть. Она еще даже в продажу не поступила. А вкус у нее — у-у-у... — Горохов зажмурил­ся, словно от удовольствия. — Кайфовый. Другие жвач­ки ей в подметки не годятся. И главное, чем дольше ее жуешь, тем вкуснее она становится.

Крутая покосилась на упаковку.

— И впрямь какая-то новенькая.

— Хочешь пожевать? — предложил Генка.

— Ну, дай попробовать.

Любка вынула изо рта свою жевательную резинку и прилепила ее к ветровому стеклу. А вместо нее сунула в рот розовую полоску Максовой жвачки и стала ее со­средоточенно жевать.

— О-о, конец света, — распробовав, сказала Крутая.

— А я что говорил? — заулыбался Макс.

— Плачу за блок десять баксов, — объявила Любка.

— К сожалению, не продается, — развел руками Го­рохов. — Но если ты сегодня приготовишь снадобье... — Макс сделал многозначительную паузу.

— А ты, оказывается, хитрюга... — Крутая с интере­сом окинула Горохова взглядом. — И руки у тебя ниче­го, — обратила она внимание.

— У меня и ноги ничего, — сказал Макс.

— Ладно, — приняла решение Любка. — Залезайте в тачку. Поехали.

— Куда? — спросил Самокатов.

— Куриные яйца покупать.

— Зачем? — спросил Горохов.

— Скоро узнаете.

Глава XIV. ЧЕРНАЯ РУКА

По дороге мальчишки засыпали Любку вопросами.

— Люб, а как ты думаешь, почему мне все время снится сестра твоей бабушки? — спрашивал Генка.

— Потому что фамилия Курочкина энергетически очень заряжена, — отвечала Крутая, поворачивая с Боровой на Марата.

— Люб, а почему твоя прабабка назвала дочек оди­наковыми именами? — спрашивал Макс.

— Потому что ей нравилось имя Маргарита. Вот она обеих так и назвала. А чтобы не было путаницы, назы­вала мою бабушку — Марго, а ее сестру — Ритой... — Крутая свернула с Марата на Разъезжую.

— А Рита тоже была колдуньей? — интересовался Самокатов.

— Конечно.

— А твоя прабабушка?

— Не-а, она была обыкновенной женщиной. Маги­ческие способности передаются через поколение. Поэтому мы с бабушкой — колдуньи, а моя мама — нет... — Крутая выехала на Загородный проспект.

— А в школе юных ведьм чему учат? — любопытст­вовал Макс.

— Ходить по воде, летать по воздуху... — перечисли­ла Любка.

— Ну уж это ты загнула, — снова заспорил Горо­хов. — По физическим законам человек не может ни хо­дить по воде, ни летать по воздуху...

— По физическим не может, а по магическим может, — ответила Крутая, заворачивая в Кузнечный переулок. — Приехали.

Джип остановился у Кузнечного рынка.

— Вы меня здесь подождите, — сказала Любка. — Я мигом.

И пошла на рынок.

— Свежие? — спросила она у носатого грузина, тор­гующего яйцами.

— Свэжайшие, дарагая, — расплылся тот в улыб­ке. — Толка что из-пад куры.

— Жаль, — вздохнула Крутая. — Мне тухлые нужны.

— Шутыш, красавица.

— Нет, правда.

Грузин сделал приглашающий жест.

— Тагда бэры, оны всэ тухлые.

— Вы ж сказали — свежие.

— Пашутыл, дарагая. Сколко тэбэ?

— Одно.

— Всего одын яиц? Паслушай, пачэму так мало?! Бэры дэсаток.

Любка покачала головой.

— Нет, мне одно.

Грузин протянул ей яйцо.

— С тэбя восэм рублэй, дарагая.

Крутая, не торгуясь, выложила деньги.

— А оно точно тухлое?

— Вай-вай-вай. Обыжаешь, красавица. Тухлээ этых яиц па всэму рынку нэ найты.

Любка направилась к выходу. А грузин закричал за­зывно:

— Каму свэжий яиц! Падхады, бэры! Толка что из-пад куры!

Запрыгнув в джип, Крутая протянула яйцо Максу.

— Держи. Смотри не разбей.

— А это нам зачем? — спросил Горохов.

— Гоголь-моголь будем делать.

— О, я люблю гоголь-моголь, — оживился Самока­тов.

Любка ничего не ответила, лишь усмехнулась зага­дочно. Смысл этой усмешки Генка понял, когда они приехали к нему домой на Лиговку.

Разбив яйцо, Крутая вылила содержимое в тарелку. Мальчишки как по команде сморщили носы.

— Фу-у, оно же тухлое, — сказал Макс.

— К сожалению, не совсем, — ответила Любка, от­деляя желток от белка. — Надо бы еще тухлее. Ну да ладно, сойдет и такое.

— И я должен съесть эту тухлятину? — Самокатов содрогнулся от отвращения.

— Ничего не поделаешь, — сказала Крутая. — От лявр иначе не избавиться.

Она взбила белок в пену, а желток перетерла с саха­ром. Затем все это тщательно перемешала... В общем, приготовила настоящий гоголь-моголь, только тухлый.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация