Книга Записки опера,или Оборотни из военной разведки, страница 18. Автор книги Анатолий Терещенко

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Записки опера,или Оборотни из военной разведки»

Cтраница 18

Даже у оперативника, обслуживавшего подразделение, в котором трудился будущий шпион, были на него разрозненные данные, но он не смог свести их в единый психологический портрет.

Объективно же этот портрет сложился только в ходе следствия. В нем есть такие черты: человек умный, обладает организаторскими способностями, одновременно тщеславен и честолюбив, обожал, когда его замечали, постоянно искал высокопоставленных покровителей и через них всякий раз пробивал карьеру. Даже женитьбу на дочери известного генерала использовал как путь к успеху по службе. Крепкой семьи не создал и действовал, сообразуясь с собственной логикой авантюриста. Была у него еще одна характерная черта — постоянно подчеркивал свою близость к высокопоставленному начальству.

— А как и когда вышли на него? — поинтересовался кто-то из офицеров.

— Первые подозрительные признаки косвенного характера появились у оперативника тогда, когда стали поступать данные о проявлении им повышенного интереса к секретам, выходящим за пределы его должностных обязанностей. Таких сигналов было несколько — тогда их посчитали чисто субъективными данными. Но когда поступило сообщение, что при работе с секретными документами он закрывает на замок дверь кабинета, чекисты стали пристальнее присматриваться к полковнику.

* * *

30 декабря 1961 года сотрудники наружного наблюдения засекли подозрительную встречу жены английского дипломата Анны Чизхолм с неизвестным мужчиной в подъезде дома 4 по Арбатскому переулку. При выяснении личности им оказался советский гражданин, офицер ГРУ Генштаба ВС СССР Олег Пеньковский. С этого времени и началась активная работа по сбору улик на предателя. Было установлено, что Пеньковский вне службы вел разгульный образ жизни, а для этого требовались деньги, и деньги немалые. О его времяпрепровождении ходили легенды. Он любил расслабиться в ресторанах и кафе с нужными ему людьми то ли для «ошкуривания» объекта беседы в плане получения от захмелевшего болтуна секретных сведений, то ли для рыцарского ухарства в щебетании с дамой сердца. Однажды он так «назюзюкался», что, сидя за столиком в ресторане с очередной жрицей любви, в знак подчеркнутого уважения к даме, снял с ее ножки туфлю, налил в нее шампанского и, подняв тост за здоровье присутствующей, выпил из этого «бокала».

— Браво, браво! — кричала публика, редко видевшая такое проявление чувства кавалера не первой свежести к молодой особе.

При таком прожигательстве жизни полковничьей зарплаты, естественно, не хватало, поэтому еще в конце 1960 года он пытался установить преступную связь с иностранной разведкой. Для этой цели он подготовил письмо с предложением своих услуг. Легальных контактов для встречи с иностранцами у него было достаточно, так как по линии ГРУ он работал в Госкомитете по координации научно-исследовательских работ. Это письмо он передал одному иностранцу в американском клубе в Москве. Однако янки отнеслись настороженно к намерениям советского офицера.

Надо заметить, что в то время начальник контрразведки ЦРУ США Д. Энглтон не очень доверял инициативникам из социалистического лагеря, предлагавшим добровольно свои услуги американской разведке, боясь подстав со стороны «коварного и всесильного» КГБ.

Тогда Пеньковский решил пойти другим путем — связать свою судьбу с англичанами. И скоро такой удобный случай представился. В декабре 1960 года в Москву вместе с делегацией английских специалистов прибыл под личиной бизнесмена разведчик Грэвилл Винн. Из разговора с ним полковник понял, что это тот тип, перед которым можно открыться и попытаться выйти на разведчиков Великобритании. Они быстро подружились.

Когда в апреле 1961 года, в последний день пребывания Винна в Москве, друзья прогуливались по Красной площади, Пеньковский неожиданно заявил, что он располагает рядом сведений, которые любой ценой должны быть переправлены на Запад.

А находясь на представительском ужине в ресторане гостиницы «Националь», Пеньковский более подробно рассказал Винну о себе, о службе в ГРУ Генштаба и своем желании сотрудничать с английской разведкой. Там же он передал тщательно запечатанный конверт, содержавший полный отчет обо всей своей предыдущей деятельности и ряд секретных документов, для того, чтобы убедить СИС в искренности своих намерений.

20 апреля того же года Пеньковский в составе советской торговой делегации отправлялся на 16 суток в Лондон. Теперь он вез во внутреннем кармане пиджака 16 страниц убористо написанного текста с тактико-техническими данными трех новейших ракет.

Вместе со специалистами начальник ГРУ отправил в страну «детей Альбиона» и свой родственный довесок. В аэропорту Шереметьево генерал Серов, одетый в модный по тем временам светло-серый габардиновый плащ и такого же цвета шляпу, подозвал руководителя делегации Пеньковского и предупредил:

— С вашей «командой» в Англию едут моя жена и дочь Светлана. Хотелось бы, что бы их присутствие в делегации прошло «под сурдинку» не только для англичан, но и для ваших командированных. Олег Владимирович, будь добр, присмотри за женщинами. Заграница — не дома, чего не бывает, сам понимаешь. И ты поспокойнее, суетиться не надо, и побольше достоинства.

Потом он подозвал стоявших в стороне дам и отрекомендовал им благодетеля:

— А это Олег Владимирович — познакомьтесь, будет вашим начальником. Слушайтесь его во всем! Он вам все покажет в Лондоне и вокруг. И купить все поможет, сами понимаете.

И действительно, в Лондоне ему удалось «уговорить» жену генерала взять у него деньги на траты. Мадам согласилась, пообещав:

— Мой муж неукоснительно вернет вам все, что вы решитесь на нас потратить.

У Пеньковского голова шла кругом от дел: служебных, туристических, магазинных и шпионских.

Это было время «хрущевского балагана». Как писал в документальном романе «Они умирают в начищенных ботинках» англичанин Эндрю Мортон, знаток Пеньковского с позиций Лондона, это был период пышного расцвета подношений. В центральных аппаратах министерств и ведомств, в том числе и ГРУ, ожили старинные манеры начинать любое дело «по-восточному» — с одаривания начальства.

«Машинистке секретного отдела причитался английский шоколадный набор, секретарше босса — «Шанель № 5», охране — нож «Золинген», зажигалка «Ронсон», темные очки «Пайлот», столоначальникам — авторучка «Паркер», галстук с имперскими «Лонжин» единорогом или коронами, теннисный инвентарь «Макинтайр» или словари «Вебстер». Командному составу полагалось (уже без ограничений в цене) немецкие ружья, фотоаппараты или сервиз «Цвибельмустер», швейцарские часы «Лонжин», японские транзисторы или шведский хрусталь.

Детям и внукам лидеров привозились автомобильные аксессуары, пластинки, книги Бердяева, Сергея Булгакова и Розанова. Все категории одариваемых интересовались порнографией…»

Кроме того, партчиновники и военные проявляли живой интерес к «тлетворному искусству» — пластинкам с песнями Лещенко, Вертинского, Реброва и других. Для этого были нужны деньги, и бо-о-ольшие деньги! Где их брал Пеньковский, остается нам только догадываться. Явно, свои не тратил!

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация