Книга История пятого мора, страница 17 – Наталья Шнейдер

И только собравшись в лес он сообразил, что все это время его, здорового - по крайней мере, последние несколько дней - мужика, кормили и обихаживали, а он и пальцем не пошевелил, чтобы как-то помочь. Дров хотя бы наколол, что ли... Так стыдно ему не было с тех пор, как одна из сестер застала взрослеющего ученика подглядывающим с дерева за женской купальней. Правильно Морриган рожицу кривила, ой, правильно.

Ставить силки Алистер научился еще в детстве, когда ходил в ночное с конюхами эрла Эамона. Сколько лет прошло, а помнится, как сейчас - и руки не забыли... Он как раз устраивал последнюю петлю, когда в кустах зашуршало. Распрямиться Алистер не успел - в грудь ему ударило что-то тяжелое, уронило навзничь, вышибив дух, и захочешь крикнуть - не выйдет. Что-то мокрое и скользкое заелозило по лицу. Алистер, окончательно ошалев, бестолково рванулся, кое-как сбросив с себя чудовище, потянулся к мечу. Чудовище радостно загавкало.

-- Живой, зараза этакая! - восхитился Алистер. - И нашел ведь! Пойдем, провожу к хозяйке.

Пес слегка осунулся - если можно сказать так про мабари и обзавелся парой свежих шрамов, но в целом выглядел сытым и довольным жизнью. Почему так, Алистер понял уже через несколько минут, когда мабари, не останавливая ровной трусцы, клацнул челюстями, молниеносно нагнувшись к земле, и довольно зачавкал. Алистер хмыкнул, глядя, как в пасти исчезает мышиный хвост:

-- Да, с твоей кормежкой точно забот не будет. А для хозяйки ты охотиться станешь?

Мабари гавкнул, то ли соглашаясь, то ли протестуя, и развивать тему Алистер не стал. Все-таки боевой пес, не охотничий. Сам себя голодом не уморит, и то хорошо.

Элисса сидела на завалинке, подставив солнцу лицо. Алистер подумал, что если и так дальше дело пойдет, благородную леди будет от крестьянки не отличить - черная да худющая. Потом он заметил, что пока его не было, девушка сбрила остатки волос. Многие женщины-Стражи поступали так же - в походе с косами слишком много хлопот, и эта, с прозволения сказать, прическа, разом сделала Элиссу "своей". Додумать Алистер не успел. Пончик рванулся вперед, вертя обрубком хвоста так, словно пытался на нем взлететь, и лая во всю глотку. Спустя миг радостный лай сменился не менее счастливым женским визгом, и пес вместе с хозяйкой покатились по траве хохоча, сопя и гавкая.

-- Где ты его нашел? - спросила Элисса, не торопясь подниматься и выпускать из объятий Пончика.

-- Это он меня нашел.

Девушка подозрительно шмыгнула носом, торопливо отвернулась. Пес вывернулся из девичьих рук и заскакал вокруг, не забывая гавкать.

-- Вы меня с ума сведете, - раздался капризный голос Морриган. - Где ты откопал это слюнявое чудовище?

-- Сама ты чудовище... в перьях, - обиделась Элисса. - Это мой мабари.

-- А. Если ты собираешься оставить его, предупреди: увижу, что он гоняет моих кур, превращу в жабу.

-- Морриган, если ты в самом деле хочешь, чтобы он не трогал твою птицу... и прочую живность, выражайся яснее. А то он решит, что можно гонять кур, пока ты не видишь.

-- Сама воспитывай своего пса. Я предупредила.

-- Понял, Пончик?

Пес гавкнул.

Алистер хмыкнул, и пошел на задний двор, где стояла поленница.

В силки попались несколько зайцев. Алистер отдал их Морриган, взамен попросив, если есть, выделанной кожи. Кожа нашлась, и весь следующий день он провел на завалинке, приводя в более-менее сносное состояние доспехи и латая стеганый поддоспешник. Он почти не удивился, когда Элисса устроилась рядом с иглой и домотканью. Только спросил: