Книга Моя обитель, страница 48 – Эмили Ли

Несколько долгих минут напряженного молчания, и Бруно бросил на край стола бумагу с печатями, подтверждающую право собственности.

– Пиши расписку о добровольном согласии на передачу лавки. Число укажи недельной давности, – потребовала воительница и для придания резвости несколько раз приложила острие меча об стол.

– Ты понимаешь, что тебе не сойдет это просто так с рук? – ядовито шипел Бруно, быстро строча на чистом листе бумаги.

– Понимаю, – холодно отозвалась она, внимательно наблюдая за тем, что он пишет.

Как только он поставил точку и написал число, Эвелин вырвала бумагу, сложила и спрятала в один из карманов куртки, где уже лежали документы на право собственности.

– Понимаю, – повторила воительница, – и поэтому не могу оставить тебя в живых. Прости.

Она занесла руку с мечом, собираясь забрать с собой не только бумаги, но и жизнь Бруно.

Яркая вспышка, и воздух содрогнулся, разрывая пространство ударной волной, принося следом оглушительный звук от взрыва. Часть стены отлетела, смешиваясь с обломками мебели. Недолгое ощущение полета, а затем пустота.

Боль пришла разом, выдергивая сознание Эвелин из тьмы. Женщина глухо застонала, приоткрывая глаза, пытаясь понять, что произошло и где она. Алые языки пламени обняли уцелевшие остатки дома, желая поглотить остальное. Едкий дым вздымался вверх, закрывая черный небосвод.

Она приподнялась на локтях, пошевелила ногами, стряхивая с них куски камня, что служил когда-то материалом стен. Ей повезло. Ничего не сломала. Значит, есть ещё шанс выбраться. А вот торговец не был так удачлив. В момент взрыва он вжимался в стену, пытаясь уйти от её удара, что и стало его последней ошибкой. Эвелин почувствовала дурноту и отвернулась, не желая больше смотреть на оторванную часть некогда влиятельного человека.

Криков больше не раздавалось. Хотя, возможно, просто не вернулся слух. Эвелин дотянулась до меча и на коленях поползла к двери кабинета. Точнее, к пустующему проему вместо двери. Подняться получилось только у лестницы, там она смогла зацепиться за перила и выровняться. Каким-то чудом уцелевшая лестница сильно накренилась. Эвелин делала шаги крайне осторожно, боясь упасть вниз. Было бы очень печально свернуть себе шею после всего, что сегодня пришлось пережить.

Дверь, через которую она попала в дом, была объята пламенем, и воительница, прихрамывая, поспешила к ближайшему окну. От стекла его избавил взрыв, Эвелин мечом лишь убрала острые осколки по краям. Изящно выбраться не получилось, женщина мешком перевалилась через подоконник и распласталась на земле, с наслаждением вдыхая воздух, что на низу был немного чище.

– Где сила – свет Создателя,

А меч – его обитель,

Там дар твой расцветает,

Неся величие предкам! – прошептала Эвелин и гневно зарычала, заставляя себя подняться и идти.

Каждый новый шаг возвращал ей силы. Нет, боль от травм не прошла, но ясность мысли и решимость вернулись. Эвелин поспешила покинуть пылающий склад, подобрала брошенный ранее плащ, набросила себе на плечи. Воздух сотрясло от новой серии взрывов. Она обернулась. Второй этаж дома окончательно снесло. Накинув капюшон на голову, Эвелин скрылась в лабиринтах узких улочек портового района.

***

Эвелин кулаком громко застучала по двери дома Фаррелов. Хозяин не отреагировал, поэтому женщина проявила настойчивость, которая была вознаграждена посыпавшимися в её адрес проклятиями от соседей, что в предрассветный час любили спать в тишине. Когда за дверью раздались шаги, воительница поспешила скрыться за углом дома, оттуда незаметно наблюдая.