Онлайн книга «Княжна Екатерина Распутина»
|
Тихий скрип двери не смог отвлечь меня от священного процесса. Комнату мгновенно затопил приторный, удушающий аромат — шлейф духов, выдававший Анну с потрохами. Эта женщина, казалось, готова утонуть в океане собственных благовоний. Бесшумно приблизившись к кровати, она позволила слезливой маске окончательно сползти, обнажая презрительную гримасу. Словно почуяв присутствие жены, Дмитрий вновь распахнул глаза и с трудом сфокусировал взгляд на её лице. Меня же в этот миг поразила сила его чувства, словно пелена спала с глаз, и я впервые увидела, как беззаветно он любит эту женщину. — Аннушка… Ты пришла, — прохрипел он, каждое слово отдавалось болью в его изувеченной груди. Он попытался поднять руку, коснуться её, но она холодно отстранилась, и его ладонь бессильно упала на смятую простыню. — Как же ты красива, — продолжал он, словно не замечая ледяного отчуждения в её глазах. — Помню, как увидел тебя на осеннем балу у Вороновых… И влюбился с первого взгляда. Жаль лишь, что Бог не дал нам детей… Осталась бы хоть какая-то память о нас для тебя… — Дети! — взвизгнула Анна, словно раненый зверь, и, сгорбившись, нависла над Дмитрием, шипя, как гадюка, готовая к броску. — Ты думаешь, я позволила бы твоим выродкам появиться на свет? — Она дернулась, усмехнулась, обнажив в подобии оскала зубы, и из нее хлынула исповедь, словно из прорванной плотины. — Ты отравил мне жизнь своей проклятой любовью! Мы с Андреем любили… мечтали, как соткать наше будущее вместе. И откуда ты взялся на этом дьявольском балу? Отец, ослепленный золотом, которое получит за мой брак с тобой, не захотел и слушать о моей любви к другому. Ненавижу! Ненавижу весь ваш род! Уничтожу… всех до единого изведу! — Она захлебывалась в клокочущей ненависти, глаза метали молнии. — В прошлый раз не получилось, но я привезла от родителей новый флакон уриев. Крошечные, едва различимые паразиты, словно живые иголки, выпьют жизнь из твоих родных до дна. Но я не тороплюсь. Хочу упиться местью. Смотреть, как твой надменный отец сойдет с ума от горя. Он будет последней жертвой, которую сожрет этот монстр. — Де-девочки… — прохрипел Дмитрий, словно захлебываясь собственной кровью. — Они… они ни в чем не виноваты. Представляю, как у него разрывалось сердце от ужаса за сестер. — А мне плевать! — выплюнула Анна слова, словно яд. — Все, кто носит проклятую фамилию Соловьевых, захлебнутся в мучениях. Знаешь, как я ликовала, когда сдохла наша паршивая кошка? Мой дед, старый алхимик, заперся в своей вонючей лаборатории, набитой всякой дрянью из проклятых разломов. А кошка проскользнула туда, словно тень, и стащила со стола кусок печени сихты. Откуда старый хрыч ее достал — не знаю, но орал он знатно. А на утро… Кошка сдохла. Никто и глазом не повел, а меня зацепило. Я вытащила ее на задний двор и вспорола ей брюхо. Ты бы видел это зрелище, Дмитрий! Вместо кишок там была черная, гниющая масса. Именно тогда, в смраде разложения, мне и явилось озарение. Месть, сладкая и неизбежная. Знаешь, меня даже не тошнило, когда я доставала смертоносную добычу из этой проклятой печени. И твоя смерть — лишь первая ласточка в веренице смертей, которую ни один целитель не распознает. Прощай, — прошипела она, и в голосе ее звенел лед. — И я, так и быть, пролью пару слезинок радости на твоей могиле. |