Книга Не буди лихо, страница 31 – Виктория Рогозина

Тем временем Виктор, как и его коллеги, продолжал выполнять свои обязанности, наблюдая за процессом. Хотя сомнения и тревога витали в воздухе, никто не мог остановить уже начатую цепочку событий. Технические неполадки, которые ранее казались мелкими и незначительными, теперь принимали пугающий масштаб.

К 00:05 ночи мощность реактора уже находилась на отметке 720 мегаватт, что было почти в рамках запланированных показателей. Но вскоре, без явной причины, мощность резко снизилась до 500 мегаватт. Это вызвало серьезное беспокойство среди персонала, который уже начал догадываться о нестабильности реактора. Тем не менее, работа продолжалась.

В полночь на смену заступили молодые инженеры-операторы, представители ночной команды. Большинство из них имели лишь поверхностный опыт работы на реакторе в критических условиях, однако их квалификация считалась достаточной для проведения таких экспериментов. Инструктаж и руководство экспериментом находились в руках старших сотрудников, а именно Анатолия Дятлова, который строго контролировал ход испытаний.

Некоторые из молодых специалистов, осознавая нестабильность реактора и резкое снижение мощности, пытались донести свои опасения до начальства. Они просили Дятлова пересмотреть решение о продолжении эксперимента, ссылаясь на рискованную ситуацию. Молодые инженеры говорили, что реактор непредсказуемо ведет себя на таких низких мощностях, и в таком состоянии продолжать испытания опасно.

Однако Дятлов, известный своим жестким стилем руководства, пресекал любые попытки обсуждений. Он грубо отчитывал сотрудников за их "непрофессионализм" и "недисциплинированность", угрожая увольнением тем, кто осмеливался усомниться в его приказах. Под давлением начальства молодые операторы, испуганные и не знающие, к кому еще можно обратиться за поддержкой, были вынуждены продолжить выполнение заданий, следуя указаниям старших инженеров.

В этой атмосфере нарастающего напряжения молодые специалисты лишь молча наблюдали за тем, как развертывается цепочка событий, чувствуя, что что-то идет не так.

В 00:28 начинается критический переход с локального на общее регулирование мощности реактора. По необъяснимой причине, которая позже была интерпретирована как системная ошибка, мощность резко падает до опасно низких 30 мегаватт. Анатолий Дятлов, находившийся в оперативном зале, воспринял это падение как сбой системы управления, не придав значения серьезности ситуации.

Операторы, растерянные и подавленные жестким давлением со стороны начальства, начали искать способы немедленно поднять мощность. Следуя приказам, один из инженеров принял решение произвести подъем всех контрольных графитовых стержней реактора. Эта манипуляция требовала ручного управления и была крайне рискованной в таких условиях. Однако операторы вынуждены были действовать, понимая, что остановка эксперимента невозможна.

Через несколько минут усилий мощность удалось стабилизировать на уровне 160-200 мегаватт, но это не решало главной проблемы – реактор продолжал «отравляться». Оперативный запас реактивности продолжал неуклонно падать, что говорило о накоплении в реакторе продуктов распада, которые препятствовали нормальной работе. Ситуация становилась всё более нестабильной.

Тем не менее, в надежде на восстановление контроля, операторы приняли решение продолжить извлечение стержней ручного регулирования, чтобы повысить мощность и предотвратить полную потерю управления реактором. Каждое действие в этой ситуации становилось шагом в неизвестность.