Онлайн книга «Сказки лунных дней. Первая книга»
|
– Да, точно, – кивнул демон. – Кто-то бродит в тенях после захода солнца. Не то демоны, не то звери… Я хотел потолковать с тобой об этом, да забыл. – Потому что всё время торопишься уйти спать, детка, – ехидно прищурилась Дженна. – Между прочим, этот кто-то сказал, что я невкусная. – Значит, он питается теплокровными, – выпучил глаза Дэзерт. – А Морри пошла купаться одна… Даже псину свою не взяла! Не нужно ли проследить за ней, как считаешь? Она такая хрупка, милая, юная и полная соков жизни. – Прекрати, – попросила Дженна. – Можешь следить или не следить, дело твоё. Я считаю, что Морри вполне может за себя постоять. Она большая девочка и наверняка знает, как опасно купаться по ночам… – Или же у неё свидание, – немного обиженно пробасил Дэзерт. Когда демон обижался, он и впрямь становился похожим на детёныша великана. – Что ж, не стану ей мешать. Пожалуй, после работы эсфирских солдат я быстро найду, кого утешить этой ночью… К ночи погода переменилась. Боги окутали облачным покрывалом и землю, и небеса. От реки Кафсии вдоль дубовой рощи расстелилось белое полотно тумана. Мутный глаз луны, зависший над чёрной поверхностью воды, терялся в серо-голубой дымке. Закатные краски ещё подсвечивали грань между небом и землёй – словно кровавое зарево пожара плясало у западного, поросшего густыми лесами горизонта. Дневное светило погрузилось в пущу и Вечные болота. Закат всегда напоминал Морри о смерти… Будто соглашаясь с ней, раздался заунывный вой собак. Оставшиеся без хозяев и дома звери сбивались в стаи и промышляли в селениях. Они хорошо разбирались в повадках людей и, проникнувшись к ним ненавистью, наносили больший урон, чем даже дикие волки. Выйдя к берегу реки, прятавшемуся в зарослях тростников, целительница остановилась, обратив свой взор на восток. Там, где когда-то высились древние дубравы, был виден второй «закат». От истока Кафсии поднимался дым. Денно и нощно в окрестностях Эсфиры не стихали работы и не гасли огни. С наступлением темноты похолодало, но это нисколько не смущало юную деву. Морри любила свежесть ночи и воду, доверяя их очищающим свойствам свои и тело, и душу. Сегодня день выдался непростым, целительница спешила омыть с себя чужие страдания. Девушка сбросила сандалии, развязала ленты, сдерживающие густые волосы, и распустила поясок платья. Чёрные волны кудрей рассыпались по её плечам. Лёгкая ткань упала на песок. Рассеянный свет луны скользнул по нагому телу, очерчивая его мягкие изгибы. Морри ступила в реку и, погрузившись по бёдра, беззвучно упала в объятия воды. Кафсия приняла её и подарила своё тепло, точно была родной матерью. Водоросли и стебли лилий поцеловали маленькие ступни девушки. Вдоволь наплававшись, Морри вышла на сушу и взялась за полотенце. Она уже вытирала волосы, когда в тростниках раздался лёгкий шелест. Поначалу девушка решила, что это Амалфея, несмотря на наказ, оставила свой пост, решив последовать за хозяйкой. – Ами? – окликнула её Морри. Никто не ответил ей. Девушка заметила, что затихли ночные птицы, насекомые и лягушки. Воцарилась какая-то пронзительная тишина. Любая другая женщина, стоя на безлюдном берегу в это время суток в одном полотенце, испугалась бы, но только не Морри. Она быстро накинула платье, завязала поясок и, смущённо улыбнувшись, спросила: |