Онлайн книга «Маскарад сердец»
|
Медноголовый, которого Леонидас послал проверить, вернулся и встал в дверном проёме. Он просто стоял там, слегка покачиваясь. — Ну? — рявкнул Леонидас. Голова мужчины с глухим стуком свалилась с плеч. Марлоу закричала. Тело без головы рухнуло в проёме. Над ним перешагнула теневая фигура и вышла на свет. На миг Марлоу подумала, что это галлюцинация. Но затем иллюзия заговорила. — Я ищу Леонидаса, — сказал Вейл. Его взгляд упал на Леонидаса. — А, значит, это ты. — Ну-ну-ну, — усмехнулся Леонидас, поднимаясь с пола и перешагивая через Марлоу. — Папочка пришёл спасать свою принцессу? Он не успел даже подать сигнал — два десятка Медноголовых ринулись на Вейла. Тот спокойно отступил на шаг и вытащил из кармана карту гекса. Он прошептал заклинание — слишком тихо, чтобы Марлоу смогла расслышать. Бледно-зелёные глифы вспыхнули на карте, озарив Медноголовых яркой вспышкой. Раздались крики, и когда свет погас, Марлоу увидела: Медноголовые… другого слова не было… таяли. На их коже вздувались яростные волдыри, которые лопались и кровоточили. Плоть стекала на пол тяжёлыми сгустками, сопровождаясь душераздирающими криками боли. — Sventrare! — взревел Леонидас, запуская своё заклинание. — Sciogliere, — спокойно произнёс Вейл. Бледно-зелёные глифы окутали Леонидаса. Марлоу с ужасом наблюдала, как проклятие ударило по нему, сдирая кожу кусками, обнажая кровавое месиво. Она зажмурилась, едва не вырвав от отвращения. Тело отказывалось двигаться. В течение нескольких секунд она могла лишь стоять на коленях, слушая, как Вейл раз за разом накладывает проклятие на других Медноголовых, а те вопят от боли. Двигайся, сказала она себе. Сделай что-нибудь! Ей нужно было найти карту с проклятием, наложенным на неё Леонидасом. Собрав последние силы, она поползла к его останкам. Его тело лежало в изуродованной куче перед троном. Из груди Марлоу вырывались сдавленные рыдания. Прямо перед ней с шипением хлестнул хвост, покрытый чешуёй. Сикоракс, прикованный золотой цепью, рванулся на неё, его челюсти сомкнулись, рвя её куртку — но, к счастью, не задевая плоть. Марлоу снова закричала и изо всех сил вцепилась в его пасть, вспомнив, что однажды рассказывал ей Дерзкий Буканьер: крокодильи челюсти невероятно сильны при закрывании, но слабы при открытии. Сикоракс извивался, пытаясь вырваться, но челюсти оставались сомкнутыми. Марлоу зажмурилась и сосредоточилась на том, чтобы удерживать их закрытыми, пытаясь отгородиться от звуков бойни вокруг. Она дрожала всем телом, но держалась, хватая ртом воздух и стараясь не вырвать. И вдруг борьба прекратилась. Марлоу открыла глаза. Она всё ещё держала крокодилью голову в руках. Остальная часть тела Сикоракса была разорвана в клочья. Она закричала и отпустила. Дрожь была такой сильной, что она не была уверена, сможет ли двигаться, но ей нужно было добраться до карты. Втянув в лёгкие столько воздуха, сколько могла, несмотря на дрожь, она протянула руку к окровавленной массе, что осталось от Леонидаса. Слёзы катились по её щекам, когда она судорожно перебирала клочья плоти и крови в поисках карты. Тошнота накрывала с головой. И как раз в тот момент, когда она подумала, что больше не вынесет… Её пальцы нащупали край карты. Она вытащила карту из окровавленного месива и нащупала в кармане зажигалку. Пальцы скользили в крови, и она попыталась поджечь карту — раз, два, три — безуспешно. Воздух разрывали предсмертные вопли Медноголовых, погибающих от проклятий Вейла. |