Онлайн книга «Маскарад сердец»
|
Может, в Сильване и правда было что-то большее, чем его колючая внешность. Может, он и правда делает Свифта счастливым. А если кто и заслуживал чего-то хорошего и простого — так это Свифт. — Что? — спросил он, и Марлоу осознала, что всё ещё на него смотрит. Она покачала головой: — Ничего. Просто… тебе идёт, когда ты влюблён. Свифт покраснел ещё сильнее и тыльной стороной ладони шлёпнул её по плечу. Вскоре они добрались до Грязнокрыла и залпом выпили по чашке зачарованного чая, чтобы пройти через потайной вход в мастерскую Чёрной Орхидеи. Марлоу застыла, как вкопанная, когда заметила Фишера, склонившегося над рабочим столом с разбросанными повсюду книгами. — Фишер? — позвала она. Он поднял голову: — А вы-то что тут делаете? — Я как раз хотела тебя об этом спросить, — ответила Марлоу. — Я думала, ты сказал, что всё, с этим покончено. Он покачал головой: — Жнецы освободили меня от контракта сегодня утром. Я подумал, это как-то связано с тобой. Марлоу хотела возразить, но замерла. Медноголовые были мертвы. А значит, для Жнецов её часть сделки выполнена. — Это Вейл, — сказала она наконец. — Он… он убил Медноголовых. — Подошло бы слово вырезал. Или устроил бойню. — Мы не можем позволить ему завершить это заклинание. Я видела, на что он способен, и это… — она передёрнулась. — Нельзя позволять ему заполучить такую силу. Она видела цену Каразы Вейла. И это была цена, которую она не была готова платить. Теперь она понимала: не бывает справедливого мира, построенного на реке крови. — У меня вот это есть, — сказала Марлоу, вытаскивая из кармана флакон со слезами Адриуса и ставя его перед Фишером. — Но теперь у Вейла Обсидиановый Клинок. Я видела, как он его забрал. — Я как раз думал, что можно с этим сделать, — отозвался Фишер. — Кажется, у меня есть решение. — Мы не найдём просто так ещё один клинок, которым когда-то убили тирана, — сказал Свифт. — Не совсем так, — сказал Фишер. — Хотя… вообще-то, да. В каком-то смысле. Марлоу и Свифт переглянулись: — Объясни, пожалуйста. — Раньше, — начал Фишер, — до того как появились библиотеки заклинаний и искусство плетения чар стало систематизировано, не существовало двух одинаковых заклинаний. Каждый чародей привносил в них свои мысли, убеждения, впечатления. Два мага могли использовать одни и те же компоненты — и создать совершенно разные эффекты. — Логично, — кивнул Свифт. — А потом появились заклинательные карты, — продолжил Фишер. — И оказалось, что заклинатель и создатель заклинания — это больше не один и тот же человек. В этом и кроется изначальный разрыв между созданием и применением чар. Ведь теперь заклинания приходилось разрабатывать так, чтобы их мог использовать любой и в любой момент. Возможность вплетать личные смыслы в заклинание у создателя почти исчезла — ведь не он его накладывал. Вы со мной? Марлоу кивнула. Она помнила, как Фишер уже говорил об этом, когда она подслушивала одну из его лекций. — Поэтому и ингредиенты для чар изменились: они должны были сохранять смысл независимо от того, кто их использует. Тогда и стало привычным брать кровь, воспоминания или даже эмоции — чтобы искусственно наполнить заклинание смыслом. — И как это связано с Обсидиановым Клинком? — спросила Марлоу. — Подумай, — сказал Фишер. В его голосе прозвучала та особенная нотка восторга, которая появлялась только при разговоре о чародействе. — Мы сами создаём это заклинание и мы же его накладываем. Даже компоненты, которые мы используем — многие из них исходят от нас. Кошмар Свифта, слёзы Адриуса, твоё заветное желание… |