Книга Бесстрашная, страница 171 – Лорен Робертс

Сталь вонзается в его плоть.

— НЕТ! — я сопротивляюсь ему, пытаясь вырвать кинжал из того места, где он начал скользить в его грудь с отвратительным звуком. — Нет, пожалуйста! — Я борюсь с этой медленной смертью изо всех сил. Но это бесполезно.

Клинок входит глубже, вырывая яркую кровь из углубляющейся раны. Мои слезы капают в багровую лужу, рыдания обжигают горло.

Последний раз он шепчет:

— Все в порядке. Это был хороший бой.

И затем лезвие вонзается по самую рукоять.

Я кричу.

Это звук моего разбивающегося вдребезги сердца. Я чувствую, как осколки дрейфуют в груди, пронзая легкие, которые больше не могут дышать. Я захлебываюсь в неверии, цепляюсь за ускользающие нить жизни, которую я хотела с ним.

Кульминация этого момента настолько страшна, что заставляет замолчать тысячи голосов вокруг.

— Нет, нет, нет… — мои дрожащие руки прижимаются к ране, кровь окрашивает ладони и щиплет в носу.

Глаза Кая устремлены в небо, взгляд становится отстраненным.

— Вытащи его для меня? — его прерывистый вздох сопровождается струйкой крови в уголке рта. — Я хочу, чтобы он был у тебя.

Я сползаю с него, все тело трясет, когда я перемещаюсь по песку. Осторожно укладываю его голову себе на колени.

— Нет, ты… ты должен исцелить себя, — умоляю я, и голос срывается. — Кай, ты должен исцелить себя ради меня.

Он умудряется едва заметно покачать головой.

— Я не очень хорош в исцелении, — его ухмылка едва заметна. — Недостаточно… практики. — От хриплого кашля кровь брызжет из его рта. — К тому же… нет способа вылечить эту… боль.

— Нет. — Это слово звучит так беспомощно, срываясь с дрожащих губ. — Помогите! — Я поднимаю свой безумный взгляд на молчаливую толпу. — Кто-нибудь, помогите мне! Мн… мне нужен Целитель! — Мои крики эхом разносятся по арене, бесполезные перед лицами, не желающими помочь. — Вы же Элитные! — надломленный крик тонет в тишине. — Черт, сделайте что-нибудь!

Я сдерживаю крик разочарования. Разочарования в Чуме. В Элите. В своем бессилии.

Смотрю вниз, прижимаю ладонь к щеке Кая.

— С тобой все будет в порядке, хорошо?

Та же самая ложь, которую я сказала Адине в этой самой Яме.

— Ты мой самоуверенный засранец, — я силюсь улыбнуться сквозь дрожь, — ты не можешь позволить мне победить.

Его серые глаза затуманено моргают.

— Только… только на этот раз.

Он переплетает липкие пальцы с моими, его хватка слабеет. Я качаю головой, грудь судорожно вздымается.

— Но ты мне нужен. — Рыдание сотрясает мое тело. — Ты все, что у меня осталось. Ты знаешь, что я нуждаюсь в тебе!

Будто Адину убивают снова. Я повторяю те же обрывочные фразы на том самом песке, который когда-то был запятнан ее кровью. Та же толпа снова склонилась, наблюдая за зрелищем — за тем, как мое сердце рвется на части. Разрыв, который Адине больше не суждено зашить.

Вот я, лицом к лицу с дежавю и самой Смертью. История повторяется в центре этой Ямы, пока любовь медленно умирает у меня на руках. Кровь Кая окрашивает мои ладони, как тогда, когда жизнь Адины утекала сквозь мои немощные руки. У Силовика рана на груди, как и у швеи до него.

И если бы я уже не стояла на коленях, то упала бы, умоляя его остаться со мной. Я прижимаюсь своим лбом к его, проглатывая рыдание.

— Я не могу потерять и тебя. Пожалуйста… пожалуйста, не покидай меня.

Тело Кая содрогается подо мной, будто он стряхивает холодную руку Смерти, чтобы подержать мою еще чуть-чуть.