Книга Укушенная, страница 106 – Джордан Стефани Грей

О Боже.

Улыбка Каликса превосходит всё, что я видела раньше. Руки горят на внутренней стороне моего бедра, так близко к центру моего желания, что Каликс подвязывает левый чулок. Свободной рукой Синклер обнимает меня за талию. Я прислоняюсь к нему в поисках поддержки, и его рука скользит по моему животу, удерживая меня.

О боже, о боже, о боже.

Я… я… Это не то, что я планировала. Это совсем не похоже на то, что я планировала. И я не могу… Я не должна… О боже.

Каликс подвязывает нужный чулок, его пальцы задерживаются у меня между бёдер, но я больше не могу встречаться с ним взглядом. Это так приятно. С ними обоими так хорошо.

— Тебе это нравится? — спрашивает Каликс, хотя это не звучит искренне. Это звучит как победа.

— Не отвечай ему, — говорит Син. — Или я начну ужасно ревновать.

Каликс хмыкает.

— Не волнуйся. Мне не нужен ответ. — Он убирает руки с моей кожи, и от их отсутствия по мне пробегает ледяной холод.

Он стоит, ухмыляясь, а затем наклоняется ближе, убирая локон с моего плеча, его палец едва касается моей ключицы, но всё равно вызывает во мне новый прилив пьянящего желания. Или, может быть, это от Сина, его пальцы так восхитительно прижимаются к моей коже. Я не знаю. Я больше ничего не могу сказать. Я с трудом помню своё собственное имя.

Каликс облизывает губы, и я почти представляю, как они прижимаются к моим губам. Я почти ощущаю их вкус — сладкие, как апельсины, солёные, как море. Он тихо выдыхает.

— Я же просил тебя оставить нас в покое, Ванесса. — Развернувшись на пятках, Каликс выходит из комнаты. — Не опаздывай больше к завтраку.

Я изумлённо наблюдаю за его быстрым уходом, звук моего имени, произнесённого им, всё ещё звучит у меня в ушах, едва ли не громче, чем последующее унижение. Чёртов тупой Каликс.

Син проводит рукой по моему затылку, и теперь я действительно хнычу. Нескромный, смущающий стон. Син смеётся.

— Дорогая, дорогая Ванесса. — Он быстро разворачивает меня, и я падаю в его объятия. —В следующий раз мы будем одни. — Он задирает мои рукава, что слишком сильно ощущается на моей чувствительной коже, а затем целует меня в щеку. Нежный поцелуй. Почти несуществующий. Но у меня поджимаются пальцы на ногах, а дыхание сбивается.

Син.

Он слишком сильно привлекает меня. Для нашего же блага.

— В следующий раз, — обещает он и выводит меня из комнаты. Честность, скрытая в его словах, проникает мне в душу.

24

Я не собираюсь садиться к Сину на Астрономической Астрологии, но это происходит совершенно случайно. Эви устраивается между Нетти и Катериной (которая решила растянуться и нежиться в своём волчьем обличье), её брат располагается позади них, что оставляет мне выбор между Порцией и Сином — или удалиться на дальний край леса с Каликсом. Одной.

Да. Я так не думаю.

Мы покинули замок Севери через специальный чёрный ход, за которым находится единственная доступная нам часть королевства. Но даже этот клочок земли слишком велик, чтобы его можно было понять. Сосны и дубы пронизывают влажную землю волшебного леса. Радужные бабочки порхают между деревьями, а массивные жабы, достаточно крупные, чтобы взгромоздиться на грибы размером с табуретку, квакают бессвязную мелодию. Мокрая трава пропитывает моё бордовое платье — в точности такого же цвета, как глаза Сина, — и его тонкую белую тунику, когда наши пальцы почти соприкасаются, а головы находятся в нескольких дюймах от того места, где мы лежим на земле. В полуночном небе над нами сияют звёзды, переливаясь сапфировыми и лазурными оттенками. И это так… романтично.