Книга Укушенная, страница 109 – Джордан Стефани Грей

Его пальцы на мгновение переплетаются с моими, подбадривая меня, и я обращаю внимание на остальных учеников, будто от этого зависит моя жизнь. Когда я возвращаюсь в свою комнату в конце ночи, я беру с матраса свой дневник и записываю каждое созвездие, которое перечислила инструктор Нагма.

ОРИОН — Эмпат (часто встречается), Видящий Истину (редко встречается) или Влиятельный человек (крайне редко встречается)

Большая Медведица — Алхимик (часто встречается, с разной степенью мастерства)

Лира — историк (часто встречается, с разной степенью мастерства)

Козерог — Чтец мыслей (редко), или Ткач снов (редко), или Покоритель разума (крайне редко)

Аквила — Солдат (часто), или генерал (редко)

Хамелеон — Модификатор (редко), или Бездыханный (крайне редко)

Весы — Судья (часто, с разной степенью мастерства) или Торговец (крайне редко)

Я записываю их в свой блокнот, добавляя дополнительные пояснения о Модификаторах (тех, кто может менять свою внешность), Судьях (тех, кто обладает способностью видеть, а иногда даже переживать каждое решение человека) и Покорителях разума (тех, кто может манипулировать воспоминаниями человека), прежде чем лечь в постель. Как только я убеждаюсь, что узнала всё, что могу, я засыпаю.

И мне снится Син.

25

Следующие семь недель проходят без особых происшествий.

По ночам я что-то записываю в своём блокноте, а днем прячу его под кроватью. Я учусь превращаться на Сражениях и Завоеваниях и изучаю алхимические зелья, отчаянно пытаясь разобраться в том, что я нашла в комнате Эви. Я не пропускаю ни одного приёма пищи. Я не пропускаю ни одного занятия. Я даже почти каждое утро не ложусь спать до рассвета. Учитывая все обстоятельства, я стараюсь.

Настолько, что в настоящее время, перед сном, я разматываю моток растяжки перед своей дверью. Это, конечно, не модно, но, когда я остаюсь одна или выхожу из своей комнаты, это помогает уберечься от опасности Эви. Угрозы прекратились. Пока что. Затем я подбираю пригоршню гвоздей, которые мне удалось украсть из стены, где оборотни наугад установили мой неисправный телевизор, и располагаю их так, чтобы заострённые концы торчали прямо вверх. К сожалению, гвозди золотые, а не серебряные; они не причинят серьёзного вреда незваному гостю-оборотню. Но они причинят жуткую боль, вызывая такой переполох, что я услышу это и отреагирую.

Если Сражения и Завоевания чему-то меня и научили, так это тому, что оборотни быстрее всего умирают от укола аконита или серебра в сердце, или от того, что у них вырывают сердца или отрывают головы. Я морщусь. Чрезвычайно отвратительно, как и всё в этом дворе.

Луна высоко поднимается за моим окном. Полная, она сияет, как свеча в ночи. Я стараюсь не замечать этого. Пытаюсь забыть ощущение челюстей, сжимающихся на моей талии, и крови, скользкой на моих руках. У меня больше нет права на ошибку, и это означает, что я теряю контроль над собой. Мои пальцы дрожат, но я делаю глубокий вдох, отворачиваясь от яркого света. Как только мины-ловушки установлены,я забираюсь в постель и достаю свой дневник. Однако, хотя мне следовало бы открыть его и зачитать список фактов, которые я набросала сегодня утром по архивам предков высших обществ, я не могу удержаться, чтобы не пролистать дневник до конца, где указаны имена, даты и местоположение.