Книга Укушенная, страница 148 – Джордан Стефани Грей

— Эй. — Каликс дотрагивается до моей руки — одно быстрое прикосновение, от которого меня словно ударяет током. Будто я проклята. Я отскакиваю в сторону — чуть не выпрыгиваю из собственной кожи — и его лоб морщится от такой бурной реакции. Он тут же опускает руку. — Тебе нужно идти. Королева Сибилла потребовала аудиенции. Если ты сейчас же не уйдёшь, она пришлёт ещё охрану. Охрану похуже.

Син хмурится, прежде чем схватить меня за руку и сжать мои пальцы, когда они начинают дрожать.

— Всё будет хорошо, Ванесса. — Но это ложь, и мы оба это знаем. Син понятия не имеет, что ждёт меня в комнатах его матери. Понятия не имеет, что у неё может быть в запасе. — Я пойду с тобой…

— Нет, ты не пойдёшь. — Каликс резко качает головой, и его тон не терпит возражений. — Она потребовала аудиенции с Ванессой, а не с тобой. — Затем Каликс вполголоса говорит Сину: — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, кузен. — Пауза. — Или она заплатит за это.

Хотя у меня по спине пробегает холодок, я притворяюсь, что не слышу его. Син тоже.

Испуганная, но не имеющая возможности возразить, я позволяю Каликсу отвести меня в личные покои королевы. Он также не входит со мной, не произносит ни слова ободрения, когда я открываю золотые двери. Он даже не смотрит на меня, когда я вхожу внутрь.

Когда я разговариваю с королевой, это происходит наедине.

Королева Сибилла Севери восседает на золотом троне в самом сердце своих чертогов из чёрного дерева.

Розы заполняют пространство, наполняют воздух. Чёрные, красные, белые — так много, что их лепестки осыпаются на каждый предмет мебели и даже на саму королеву. Она смотрит на меня чёрными, как смоль, глазами Королевы Волков. Титул, который не всегда принадлежал ей, но который она носит так, словно он её плоть и кровь. Что, я полагаю, так оно и было. Так оно и есть.

Я опускаюсь на колени перед троном, сцепив руки за спиной, чтобы унять дрожь. Розы распускаются подо мной, лепестки раскрываются и щекочут мне грудь, когда королева вздыхает.

Она знает. Не может быть, чтобы она не знала.

Я могу умереть. Прежде чем она успеет встать и перерезать мне горло своими украшенными драгоценностями когтями, я могу умереть от ужаса. Я прикусываю губу, опустив голову так низко, что вижу только почерневшие лепестки перед собой и угольную плитку под ними.

— Ты действительно будешь кланяться целый день, если я не отпущу тебя? — протяжно произносит королева Сибилла.

Ненависть скапливается во мне, ещё больше усугубляя узлы, которые были там с тех пор, как я ушла в её комнату. Я вдыхаю через раздутые ноздри, считая до десяти. Двадцать. Будет лучше, если я промолчу, чтобы она не услышала дрожь в моём голосе.

Она вздыхает.

— Да, да. Мы понимаем твоё послушание. Сядь прямо.

Принуждение. Я выпрямляю спину. Мой подбородоквздёргивается вверх так резко, что шея чуть не ломается. Я не отрываю взгляда от подола её платья. Длинные слои вышитого чёрного шёлка были прошиты серебряной нитью. Могущественная, она носит на себе нашу слабость. Победительница смерти.

— Ты знаешь, зачем я позвала тебя сюда, мисс Харт?

Я качаю головой, и королева Сибилла рычит.

— Отвечай мне. Если бы я хотела, чтобы ты молчала, я бы вырвала твой язык из горла.

У меня кровь стынет в жилах.

Правда.

Я видела доказательство этого в темнице. Я… Слова наполняют мой рот, но тут же покидают его. Непрошеные. Неконтролируемые.