Книга Булочка для сыскаря, страница 15 – Александра Гусарова

– Ты настолько жирная, что я не чувствую лица? – первая половина его слов ввела меня в панику, но вторая позволила спокойно выдохнуть.

– Простите, но это не лицо! – скромно потупилась я.

– А что тогда? – удивился он. Я же не стала расписывать, куда он сослепу угодил. А молча взяла его ладони и положилаего на щеки.

Он несколько секунд скользил по моей коже кончиками пальцев, а затем неожиданно спросил:

– Ты такая высокая?

– Да, – ответила я без обиняков. Судя по тому, как выглядел он, сидя на своем кресле, сэр Фэлкон был выше меня на целую голову.

– И совсем не худышка! – сделал он очередной вывод. Я же предпочла промолчать об истинных размерах своего тела. Иногда молчание действительно золото. Возможно, пронесет, и диплом мне все же светит.

– Я теперь тебя узнаю везде и всегда, если даже кругом будет вечная темень бездны! – с этими словами он закончил осмотр. Вернее, ощупывание. И этот самый шельмец, как бы невзначай все же скользнул ниже, еще раз пройдясь по моему бюсту. Я было открыла рот, чтобы возмутиться. Но он уже убрал руки. Поэтому предмет моего недовольства исчез.

Что странно, его прикосновения мне не были неприятными. И равнодушными меня тоже не оставили, как бывает на приеме у врача. Даже породили в глубинах тела какое-то странное волнение, словно табун мурашек побежал сверху вниз, а затем вернулся обратно. Леня Крупин пару раз пытался ущипнуть меня за сосок, который пробивался через не очень удачный лифчик, но кроме омерзения действия помощника прокурора у меня не вызывали ничего иного. Однако порядок есть порядок. Поэтому я и собиралась возмутиться. Только ощущения были кардинально иными.

Сэр Фэлкон, скорее всего, услышал, как сбилось мое дыхание. Спасибо, комментировать не стал, а лишь плотоядно улыбнулся.

Интересно, он давно ослеп? Судя по моему направлению и его поведению, на слепого с рождения он не походил. Такие люди обычно давно смирились со своей проблемой. Они другой жизни просто не знали. А этот тип периодически рвал и метал, словно ему необходимо было выплеснуть все недовольство наружу.

– А теперь я посмотрю на тебя без повязки, – буквально припечатал он.

И тут я совсем некстати вспомнила, что в магических мирах водятся василиски. И все живые существа, на которых они смотрят, превращаются в каменные статуи. И такими статуями украшают дворцовые галереи. Хотя в коридоре я видела много мусора, но ряда скульптур там всё же не стояло.

– Простите, а вы, случайно, не василиск? – все же рискнула уточнить я.

– Не-ет, – рассмеялся он, задрав голову вверх, словно хотел закатить глаза в потолок. – Начитаются детскихсказок, а потом в них верят!

Он досадливо покачал головой. Теперь уже безошибочно взял мое лицо в ладони и нащупал большими пальцами глазные впадины. При этом все же снизошел до объяснения:

– Я утратил обычное зрение. Но магическое осталось при мне. И я вполне смогу просканировать твои мозг на предмет лжи.

От этих слов я сжалась в комок. Мне было чего скрывать! Как в этом мире относятся к попаданкам? А не отправляют ли их на костер, как иномирную заразу?

Он почувствовал перемены в моем теле и уточнил:

– Боишься, есть что скрывать?

– Нет, – твердо ответила я и постаралась расслабиться. – Страшновато проходить непонятную процедуру.

Он кивнул, соглашаясь. Затем молча поднял руки и снял повязку с глаз. Его веки были закрыты. А длинные ресницы отбрасывали тень на щеки. Все же он был очень красивым мужчиной… когда-то.