Книга Плач волка, страница 119 – Патриция Бриггз

Он полностью отключился от ведьмы и принялся минимизировать ущерб, насколько мог.

Бран сжимал связи со своей стаей, пока едва мог их чувствовать. Имей он нормальную стаю, возможно, рискнул бы полностью отпустить поводья, но было слишком много волков, которые не могли долго существовать самостоятельно. Сжатие связи помогло бы скрыть их от магии ведьмы, и ей стало бы тяжело использовать стаю, если бы она попыталась.

Через Асила она заполучила его, но Бран не даст ей доступ ни к кому из его стаи. Если бы Асилу удалось убедить ее, что он Тэг, она бы даже не догадалась, кого получила.

Было несколько старых волков, чей самоконтроль хрупок. Их Бран отдал Сэмюэлю, полностью отрезав от себя.Это станет потрясением для Сэмюэля, но волки знали его сына и не стали бы протестовать.

Сэмюэль мог справиться с ними какое-то время.

Бран понятия не имел, достаточно ли ведьма знала о волках, чтобы распутать то, что он натворил, но постарался сделать все настолько сложным, насколько мог. По крайней мере, он замедлил бы ее.

Но пытался защититься еще и потому, что когда… если он сойдет с ума, то не заберет с собой всю стаю.

У кого-нибудь должно хватить сил его убить. И он надеялся, что Чарльз справится с этим, хотя это мог бы сделать и Асил.

Бран закончил свою работу раньше, чем ведьма свою. Прошли столетия с тех пор, как он был так одинок в своей голове. При других обстоятельствах он, возможно, даже наслаждался бы этим.

Он не сражался с ведьмой, когда она щелкнула пальцами и велела ему подчиняться. Маррок шел с левой стороны от нее, в то время как Асил, в человеческом обличье, сопровождал ее справа.

Почему-то Бран сомневался, что она заметила существо-тень, которое вышагивало рядом с Асилом. Он бы и сам не заметил, если бы не увидел, как на снегу под волчьими лапами слегка прогибается снег, чувствовал ее запах и исходящую от нее магию.

Когда-то таких существ называли стражами. Бран всегда думал, что это харизматичное название для такой мерзости. Он был доволен, когда услышал, что семью ведьм, которая пользовалась этим заклинанием, наконец, уничтожили.

Очевидно, его информация была не совсем точной. Однако даже на пике их могущества он никогда не слышал о том, чтобы ведьмы делали стража из оборотня.

Бран посмотрел на Асила, но не мог сказать, знал ли Мавр, что часть его пары сопровождает их, как будто ее вызывали к жизни так часто, что она почти стала настоящей.

Стражи, как он помнил, уничтожались каждые семь лет, чтобы предотвратить именно такое явление. Волчица Сары существовала двести лет, и Бран задумался, стала ли она самостоятельной.

— Скажи мне, Асил, — приказала ведьма, держа Мавра под локоть, как будто он джентльмен, а она леди, прогуливающаяся по бальному залу, а не по снегу глубиной в два фута, — что ты почувствовал, когда Сара предпочла защитить меня, а не остаться верной тебе?

Ведьма верила, что Сара сделала выбор. Судя по заминке в поступи Асила, он тоже услышал в ее словах самодовольство.

— Она это сделала? —спросил он.

— Она любила меня больше, чем тебя, — сказала ведьма. — Я ее маленькая бабочка, и она заботится обо мне.

Асил мгновение молчал, затем произнес:

— Я сомневаюсь, что ты долгое время была чьей-то Марипосой.

Ведьма остановилась и резко перешла на испанский:

— Лжец. Ты ничего не знаешь. Она любила меня. Меня! Она оставалась со мной, когда ты отправился в свое путешествие. Она отослала меня только из-за тебя.