Книга Плач волка, страница 53 – Патриция Бриггз

Анна нахмурилась.

— Мы не занимались любовью, — объяснил он. — И есть официальная церемония при полной луне, которая укрепляет наши узы. Свадьба. Без них Асил все еще может добиваться тебя без возмездия с моей стороны.

Анна о таком никогда раньше не слышала. Будь она на десять лет моложе, то бы топнула ногой.

— Есть книга с инструкциями? — сердито спросила она. — Хоть что-нибудь, во что я могу заглянуть и понять все это?

— Ты могла бы написать ее сама, — предложил он. Если бы внимательно не смотрела на него, то не заметила бы проблеск юмора. Он думал, что она забавная.

— Может быть, я так и сделаю, — мрачно ответила она и развернулась на каблуках. Вот только идти было некуда. В его спальню?

Анна закрылась в ванной и включила душ, чтобы скрыть любые звуки, потому что двери, которую заперла за собой, было недостаточно.

Она уставилась на себя в запотевшее зеркало.

Смотря на размытое отражение, Анна видела незнакомку, которую презирала за трусость и неуверенность, которая ни на что не годилась, кроме как обслуживать столики. Но в этом нет ничего нового, она ненавидела себя с тех пор, как ее превратили в этого… этого монстра.

Но такого жалкого монстра.

Ее глаза выглядели затравленными, щеки бледными. Она вспомнила, как в панике отступила после краткой вспышки гнева Чарльза, как беспомощно извинилась за то, что навязалась с ним на эту охоту. И презирала себя еще больше. Раньше она не была такой.

Чарльз ни в чем не виноват.

Так почему она была так зла на него?

В порыве злости сбросила с себя одежду и встала под горячий душ, почувствовав некоторое облегчение, когда боль от слишком горячей воды прорезала глупый клубок эмоций, в котором она барахталась.

И в этот момент ясности поняла, почему была так расстроена к концу похорон и так зла на Чарльза.

Она не осознавала, как сильно хотела снова стать человеком.

Да, это невозможно, ничто не сможет отменить магию, которую ей навязали. Но это не означало, что она этого не хотела.

Три года она жила с монстрами и была одной из них.

Потом появился Чарльз. Он так отличался от них, дал ей надежду.

Но это несправедливо. Он не виноват в том, что часть ее решила, что она не просто покидает свою стаю, а оставляет монстров позади.

Чарльз никогда не лгал ей. Он сказал, что был силовиком своего отца, и она не сомневалась в этом. Видела, как он сражался и убивал. Несмотря на это, ей удалось убедить себя, что в Монтане все будет по-другому. Что она станет нормальной, человеком, каждый день, за исключением полнолуния. И даже это совсем другое, здесь было место, чтобы побегать, никому не причиняя вреда.

Ей следовало знать, что так не будет.

Чарльз не виноват, что тоже монстр.

Легко списать разгром камеры чикагской стаи на отравление серебром. Но сегодня вечером, столкнувшись с Асилом, Чарльз показал ей, что ничем не отличается от любого другого оборотня: злой и опасный собственник.

Анна позволила себе поверить, что такой была только чикагская стая, которую развратили Лео и его пара.

Она хотела рыцаря в сияющих доспехах. Голос разума в безумии, и Чарльз дал ей это. Знал ли он, что именно это она искала? Сделал ли это намеренно?

Вода стекала по волосам, заливая глаза и щеки, как слезы. И тогда она поняла ответ на свой вопрос: конечно, Чарльз не собирался быть ее рыцарем намеренно, просто он такой, какой есть.