Книга Спасенная Пришельцем, страница 28 – Аманда Майло

Вы уже догадались, какие ужасные и кошмарные твари пугают меня больше всего?

«Змеи».

И в итоге я оказалась рядом с самым большим, чешуйчатым и страшным из всех.

Если честно, раньше у меня не было такой уж серьезной фобии к змеям…

До них.

Сейчас она появилась.

Дело в том, что я знала — Задеон спас меня. Знала, что он хороший. Он не причинил бы мне вреда… никогда не причинил бы. Я знала это. И, как упоминалось ранее, я была ему благодарна. Полностью доверяла.

Судя по всему, я знала его всю жизнь.

Я «та самая женщина, которую он любил всю свою жизнь? Я? Задеон действительно посещал мои сны… Как…»

Я не могла… просто… я не могла позволить себе размышлять об этом.

Все, в чем я была точно уверена, — что чувствовала себя настоящей задницей, так как не могла скрыть отвращение к его коже.

«Змеи. Почему именно змеи?»

Они все время одолевалимои мысли, когда я смотрела на Задеона.

Он все еще опрыскивал себя спреем, пытаясь сохранить самую спокойную версию самого себя, и даже преуспел, выглядя по большей части собранным.

Этот спрей был изготовлен, чтобы помочь ему сдерживаться от разрушения стен, когда кто-то навещал нас.

Кстати, это было буквально, а не фигурально.

Задеон жал на распылитель флакона так, будто душил кого-то за то, что его мать оскорбили.

Но это работало.

Первоначально он издал этот странный насмехающийся раскатистый звук, когда Дохрэйн принес эликсир в бутылке с распылителем и объяснил, что это — в теории — поможет Задеону избежать взрывоопасной реакции на угрозу и, возможно, спасет нашу комнату.

Уточнение, нашу третью комнату. Потому что Задеон полностью уничтожил вторую и нес ответственность за разгром первой. Я мало что помню из первого раза, но позже он рассказал, что сорвался из-за камер. Когда Задеон понял, что меня побеспокоили наблюдением, на которое я не давала согласия, то воспринял это как угрозу и впал в защитную убийственную ярость.

И это не оксюморон.

Во второй раз я была в здравом уме, впрочем, в этом и состояла проблема. Некоторые из женщин комментировали меня, из-за чего я расстроилась, а значит, расстроился и Задеон.

К сожалению, какой-то биологический каприз сделал так, что мой пришелец действительно не мог покинуть меня. Вернее, ненадолго. Вот поэтому комната подвергалась опасности, ведь Задеон никогда не причинил бы мне вреда, отыграться на других женщинах он тоже не мог… как и уйти от меня, чтобы сжечь немного смертоносной агрессии.

Нельзя уйти, а вся эта сила и энергия бурлили.

Что было после того, как Задеон закончил? Единственное, что осталось стоять в комнате, — кровать. Даже часть потолка исчезла — Задеон просто оторвал кусок, разорвал его и оставил валяться на полу.

Энджи подбежала к двери…

Ну. К дыре, где раньше была дверь. Даже когда Арох схватил Энджи и оттащил в сторону, чтобы она не попалась под горячую руку Задеона… мы все еще могли смотреть друг на друга, благодаря огромной зияющей дыре в стене, которую можно было определить, как новый «дверной проем».

В принципе, дыра действительно напоминала выстоявший дверной проем, поэтому нам не пришлось сильно стараться, чтобы в шоке таращиться друг на друга.

Он. Вырвал. Кусок. Стены.

— Твой мужчина — псих! — произнесла Энджи одними губами.

Но Энджи говорила это не так, будто это было плохо. Просто она все еще злилась… Она тоже слышала, что эти ведьмы громко обсуждали меня.