Книга Душа моя, гори!, страница 80 – Виктория Яровая

Скинув руку Грэга, я отвернулась и пошла на свою половину.

– Возьму ткани и вернусь, – бросила я на ходу.

Позади раздался тихий его голос:

– Прости. Я не должен был тебе это говорить.

Остановившись, я повернулась к нему и, уже полностью контролируя эмоции, спросила:

– А кто еще, Грэг, мне о таком скажет?

Мужчина выглядел расстроенным. Он мотнул головой, соглашаясь. Наполненная до краев смятенными чувствами, я пошла дальше. Что мне делать с тем, что я узнала? Расстроиться? Смириться и научиться с этим жить? Я никогда не являлась сентиментальной, но на минимальную эмпатию всегда была способна. А что сейчас? Протяжно выдохнула. Подумаю об этом позже. Нынче у меня проблемы посерьезнее: как не убить своего пациента.

***

К своей огромной радости, я справилась. Ценой бессонной ночи, подсевшего зрения и миллионов сгоревших нервных клеток. Операция длилась до самого утра, но прошла проще, чем первая. Мы оба знали, чего ждать, и были во всеоружии. Перчатки спасли мои пальцы от неминуемых ожогов, чему я безмерно радовалась. Однако придется заказывать новые: трех пар мне едва хватило, и один крохотный ожог напоследок я все же получила.

Грэг с маниакальной настойчивостью требовал, чтобы я показала ему руки, и пилил недовольным взглядом кучу порванных перчаток.

– Надо было больше делать, – сердито бормотал он, рассматривая крошечное пятно на моем указательном пальце.

– Грэг, в отличие от тебя я в порядке. Выпей настойку и ложись спать, – тоном строгого врача проговорила я, вливая в рот пациента горькое лекарство.

Он смешно скривился, но все выпил. Устраиваясь поудобнее на животе, он глянул снизу вверх и сказал:

– Ты молодец. Ложись спать. Дакриш тронется в путь через пару часов. Завтра все уберем.

Мужчина посмотрел на заставленный лекарствами и травами столик, кровавые тряпки и миски с водой, ненадолго задержал взор на углях и быстро отвернулся.

– Опять не скажешь, кто это? – поинтересовалась я, проследив за его взглядом.

Когда горела сегодняшняя часть проклятья, я снова видела мужское лицо в пламени. Никаких сомнений – в прошлый раз мне тоже не показалось.

– Позже, – устало прошептал Грэг и, отвернувшись к стене, ровно задышал.

В лекарстве была хорошая доза сонных трав, так что уснет он быстро и крепко. Я послушалась мужа и отложила уборку. Не буду шуметь – пусть поспит. Сегодня он стонал гораздо меньше, но я знала: боль была адская. Встала и глянула сверху на лежавшего на полу мужчину. Сосредоточилась и попыталась найти внутри себя хоть капельку сострадания для него. Как бы я ни старалась, в душе было пусто.

Ольга

Остаток ночи выдался муторным. Мне снилось бескрайнее море. Я мерно покачивалась на надувном матрасе и лениво опускала руку в теплые воды. Как приятно! Ветерок быстро высушил пальцы, и на них осели пылинки соли. Ладонь начала чесаться, и я проснулась. Душный воздух вернул в реальность. Я в Хирнэлоне.

Кармык покачивался. Мы в пути. С трудом поднялась и открыла узкое окно, закрытое тканью до самого пола. Воздух уже прогрелся и не принес желаемого облегчения. Как же я хочу искупаться! Если не в море, то хотя бы в бассейне. Да чего уж! Я была бы рада просто увидеть грязную лужу на асфальте. Сейчас дома, наверное, идут холодные осенние дожди…

Я встряхнула головой, отгоняя тоску, и отправилась проверять Грэга. Он мирно спал. Отсутствие лихорадки порадовало. Видимо, после первой операции он сильно окреп. Значит, удаление третьего проклятья не вызовет больших проблем. Не зная, чем заняться, я села у открытого окна и стала изучать пейзаж.