Книга Безупречный злодей для госпожи попаданки, страница 114 – Дарина Ромм

- Ты знаешь ответ.  Свою женщину я не отдам никому: ни другому мужчине, ни правосудию.Даже если она перережет половину города.

- Ты фуллов счастливец, Инквизитор...Кристоф Баллард

Весть о том, что на королевство напали, приносит Мэгги. Сегодня она ходила на рынок без меня – третий день я не показываю носа за ворота дома.

Я боюсь. До ужаса, до дрожи боюсь встретить Али. Посмотреть в его ледяные глаза и вспомнить слова Лайсена, что Али влюблен в меня. Озноб по коже идет, стоит подумать об этом.

Когда прозвучали те слова моего друга, я почему-то сразу им поверила. Словно вспышкой в голове промчалось все, что было между мной и Али, когда я жила рабыней в его доме.

Вспомнилось, как он смотрел на мое обнаженное тело – под ледяной коркой в его глазах горело жадное, тщательно скрываемое вожделение. Именно оно смущало меня тогда, заставляя даже полумертвую краснеть и закрываться от его взгляда.

Вспомнилось, как искажалось его лицо, когда я презрительно выплевывала в его сторону: - «Работорговец!». Как в голубых глазах мелькала боль, маскирующаяся под все то же ледяное равнодушие.

Все три дня я бродила по саду вокруг дома Инквизитора и размышляла, как это возможно – любить кого-то и так с ним себя вести? Издеваться, запугивать, угрожать клеймом? Приговорить к смерти, оставив евнухам короля... Это не любовь, это ненависть, то, как Али вел себя со мной.

Или действительно, как утверждают психологи моего мира, ненависть – это оборотная сторона любви?

Говорят, никакое чувство не бывает односторонним. За страхом всегда стоит желание. За отвращением прячется наслаждение. И любовь с ненавистью – это две стороны одной медали…

Тогда, какова же сила любви Али к Федерике, если ненависть приняла такие размеры? Если верить словам работорговца, между ними что-то было. Что-то очень серьезное, что до сих пор сводит Али с ума.

Я не знала ответа.  Мне было ясно лишь, что я никогда не отвечу Али взаимностью. Но что творится в его голове, и на что он пойдет, чтобы заполучить Федерику обратно, не могла даже представить. Поэтому и не хотела выходить за ворота дома, чтобы снова не столкнуться с Али…

Так что о том, что войска Императора Шеллая вступили на землю королевства Аштана я, как и Лайсен, узнала от нашей кухарки.

Лицо Мегги, когда она прибежала с рынка, было серого цвета. В глазах дикий ужас, и даже Лайсену от нее не досталось за то, что слопал почти все испеченные к обеду пирожки.

- Говорят,что все бухты в западной оконечности королевства забиты кораблями Империи, — рассказывает она чуть не плача. – Среди них двадцать или тридцать, на которых привезли лаардов!

- И что из этого? – ворчит Лайсен. Он сидит рядом с Мэгги, и от расстройства она даже не замечает, что его огромные ладони сжимают ее зеленые пальчики.  Успокаивающе поглаживают, нежно пожимают.

- Как что, дубина ты лохматая?! Ты знаешь, что такое лаарды? Я была еще ребенком, когда наш правитель, этот идиот Чухрай решил, что может помериться с Шеллаем силой! Отправил Императору письмо с угрозами, а через день от Чухрая осталось мокрое зелено-красное пятно.

Мэгги вытирает слезы краем передника и продолжает:

- В прямом смысле пятно, размазанная по траве лепешка. Шеллай не стал даже отвечать этому дураку, нашему королю. Просто отправил одного лаарда с погонщиком, и все – от нашего маленького королевства осталась пустыня. Я прекрасно помню это шестиногое чудовище, на своем пути превращающее все живое в неживое!