Книга Безупречный злодей для госпожи попаданки, страница 49 – Дарина Ромм

Я едва успела снять с седла свою сумку, как конь потрусил по улице прочь. Скрылся за поворотом, исчез, словно и не было его никогда со мной рядом.

Тати права, никто меня не ищет, никому я не нужна. Ни Али, у которого и без меня сотни рабынь, ни тем более инквизитору, у которого своих дел полно…

Совершенно успокоившись, открываю глаза и встаю – пора приниматься за дела. Я обещала Тати разобрать угловой стеллаж с книгами, которые никак не желают продаваться. Заодно подумать, как сделать их более привлекательными для покупателей.

Ещё раз с улыбкой выглядываю в окно на солнечный денёк и застываю, перестав дышать.

В глазах темнеет, ноги становятся ватными. Чтобыне упасть, тяжело опираюсь руками о столик, и стою, судорожно втягивая в грудь воздух. Отшатываюсь от окна и прячусь за край стоящего у окна книжного шкафа.

Прижимаюсь к его гладкому темному боку и, стуча от страха зубами, смотрю, как мимо лавки верхом на белой лошади едет работорговец Али.

Рука, в которой я держу стакан с водой, трясётся так, что пока я доношу его до рта, половина выплёскивается, залив мне рукава и платье на груди.

- Ну нет, так дело не пойдёт! – Тати решительно отбирает у меня питьё.

Достаёт из кухонного буфета резной стеклянный флакончик. Добавляет из него в воду несколько пахучих капель, и сама подносит стакан к моим губам.

- Пей маленькими глоточками, — требует, рассматривая моё лицо и хмуря брови.

Я делаю несколько глотков и сижу, испуганно открыв рот. С ужасом смотрю на подругу, пока та выкладывает продукты из корзины на кухонный стол.

Кухня у Тати большая и очень уютная – со светлыми кружевными занавесками на окнах. С мебелью цвета липового мёда и деревянными полами, застеленными пёстрыми домоткаными половичками.

На подоконнике горшки с цветами. На двери висят пучки душистых трав, отгоняющих своим острым, пряным запахом летучих насекомых.

Бо́льшую часть времени, если только не заняты в лавке, мы проводим именно здесь. Пьём чай, болтаем. Читаем книги или сводим записи в учётной книге. Рассказываем друг другу о своём прошлом.

Удивляемся, как странно судьба сдала нам карты в этом мире – в прошлой жизни я была прилично старше Тати, а в этой она называет меня девочкой.

Только о будущем почти не говорим. Мне попросту страшно загадывать наперёд. А Тати по жизни фаталистка и считает, что вера в фатум делает жизнь более гибкой и оставляет большее пространство для манёвров. "Любая проблема — это замаскированная удача" - такой у нее девиз.

Может быть, в этом я не совсем с ней согласна. Но готова признать практичность такой философии: поскольку случиться может что угодно, не стоит ничего планировать заранее...

- Так что произошло, Федерика? Я вышла из дома на каких-то полчаса, а вернувшись застаю тебя бледную, трясущуюся и с безумными глазами.

- Он здесь, Тати. Работорговец Али. Он здесь, в столице. На нашей улице…

Застонав, я сгибаюсь пополам. Ложусь грудью на колени,  и лежу, с силой втягивая воздух в лёгкие.

- Твой хозяин здесь? Ты уверена? Может быть, тебе показалось – мало ли в мире похожих мужчин? – в голосе Тати появляется тревога, ещё больше увеличивая мой страх.

- Это был он, мне не показалось, — я мотаю головой, пытаясь разогнать собравшуюся в ней муть.

Перед глазами снова встаёт картинка, выбитая трафаретом на моей сетчатке: светлая булыжная мостовая, солнце бликует в стёклах домов и лавочек на другой стороне улицы.