Книга Безупречный злодей для госпожи попаданки, страница 76 – Дарина Ромм

- Галлюцинации у тебя, Федерика! – говорю себе, и через несколько секунд понимаю, что впервые обратилась к себе так, словно я Федерика.

Будто Вера Панова в этот миг исчезла, уплыла вдаль, а моя душа, наконец, сроднилась с этим телом, данным мне какими-то великими силами.

На душе становится легко и свободно. Я снова трогаю листик, но теперь не чувствую особого тепла, да и звон исчез. Ну ладно, показалось и показалось.

Поправляю на талии пояс с монетами. Проверяю, чтобы он крепко держался: кто его знает, не придется ли мне через час-другой во все лопатки удирать из этого дома. Без денег далеко не убегу.

- «Я и с деньгами далеко не убегу» - приходит в голову. – Надо близко искать место, где можно надежно спрятаться».

Словно услышав мои мысли, с улицы  раздается негромкий свист. Через несколько секунд свист повторяется и я слышу негромкий голос:

- Госпожа Фрея, вы не спите? Это я, Констанель.

- Констанель! - в проулке между домами стоит племянник противной кондитерши и подняв голову, смотрит на мое окно.

Заметив меня, свесившуюся из оконной рамы, парень радостно машет рукой:

- Госпожа Фрея, простите, если разбудил. Я хотел вас увидеть.

- Констанель, заходи в лавку – я сейчас спущусь, — рукой показываю, чтобы он выходил из проулка и шел к главному входу.

- Нет, Фрея, не пойду, — парень тоже переходит на "ты". Начинает хмуриться и отрицательно качает головой. – Я попытался зайти и спросить о тебе у твоей тетки. Но она накричала на меня и велела убираться. Потребовала, чтобы я не смел к тебе приближаться – сказала, что ты скоро выходишь замуж.

- Это правда? – спрашивает упавшим голосом.

- Если только за тебя, Констанель. А так нет, не выхожу, — шучу я, а внутри звенит еще один колокольчик, бьющий тревогу. – Жди здесь, я сейчас спущусь.

Я бросаюсь к двери и, стараясь не шуметь, отодвигаю от нее комод. Осторожно открываю и прислушиваюсь. Вроде бы в доме тихо, но на всякий случай снимаю туфли и держа их в руках, осторожно спускаюсь по лестнице.

Крадучись прохожу мимо приоткрытой двери в пустую спальню Тати и дохожу до кухни. Замираю у порога, прислушиваюсь, но внутри тихо. Значит Тати в лавке, что странно. До открытия магазина еще два часа, и обычно в это время Тати или спит, или готовит завтрак.

На последнем повороте лестницы я начинаю буквально красться, стараясь не издать ни звука. Спустившись, сворачиваю направо, в узкий коридорчик. В самом его конце спрятался черный ход, через который я собираюсь выйти на улицу к племяннику кондитерши.

Пробираюсь к двери, и… Она заколочена!

Две толстые доски надежно прибиты к косяку гвоздями с широкими шляпками, лишая меня возможности ускользнуть из дома незаметно для Тати.

Несколько секунд я в панике таращусь на ставший недоступным выход. Затем, ступая чуть не по воздуху, иду к проходу из жилой части в лавку и выглядываю.

Тати спокойно ходит по торговому залу. Что-то тихонько напевает, протирая полки в шкафах и поправляя книги. Выходит в маленькую комнатку, где мы обычно варим кофе, и где есть раковина. Через минуту возвращается с изящной лейкой в руках и принимается поливать горшки с цветами, расставленные на подоконнике.

Мирная картинка,родом из той жизни, что была всего два дня назад, а теперь безвозвратно исчезла.

- Заходи, Федерика, - произносит внезапно Тати, не отрываясь от полива цветов. – Я вижу тебя. Ты сегодня рано встала.