Книга Потанцуй со мною, месяц, страница 22 – Дарина Ромм, Далиша Рэй

Что руки перестанут жить, если не будут гладить, мять и сдавливать всю меня, каким-то непостижимым образом умудряясь быть везде одновременно.

Я уцепилась за край его футболки и потянула вверх, вытаскивая из-под ремня джинсов, чтобы запустить под нее руки, в невыносимом желании прикоснуться к его коже на ребрах и животе.

Зарыться пальцами в темные волосы на груди — я столько раз тайком подглядывала за ним на пляже, гадая, каково это — трогать его вот так? Будто он твой, в безраздельной собственности, и вся эта роскошь мускулистого, идеального мужского тела — тоже твоя.

Марк поднял руки, помогая мне, и с шипением втянул воздух, когда мои пальцы, наконец, добрались до желанного. Начали его гладить, бесстыдно шаря, исследуя, трогая и даже подглядывая, задрав его футболку, чтобы увидеть те самые кубики на прессе, от которых все женщины сходят с ума.

И я тоже сошла, мгновенно и, наверное, навсегда.

— Дашка, что ты творишь? Еще пара таких взглядов, и я возьму тебя прямо здесь, на ковре, — сдавленно пробормотал Марк, пытаясь поймать мои шарящие по нему ладошки.

Я хихикнула и прилипла к нему, обняв за спину и прижимаясь животом к его распирающей джинсы эрекции:

— Почему бы не попробовать? — куснула его сосок сквозь ткань футболки и тут же подула на это место.

— Ну смотри, потом не жалуйся, — выдохнул Марк, поддернул меня повыше и впился в губы.

Уже без всякой нежности, властно, по-хозяйски. Так, будто мой рот — его, в безраздельном владении. Бесстыдно, со стремительно нарастающей страстью, захватывая его весь целиком.

Даже когда касался только нижней губы, или покусывал верхнюю. Когда сплетал свой язык с моим, касался нёба или проводил по зубам, Марк владел сразу всем.

В шальном, качающемся мире его жадный рот посылал по моим венам жар. Будил ощущения, которых я раньше не знала и не думала, что способна такое понять.

— Марк… — не знаю, что я хотела сказать или спросить. Или попросить.

Нетерпеливые руки стягивали с меня платье, как-то по-особому лаская. Гладя, помогая губам, целующим шею и плечи, и щетине, сладко царапающей мою вздрагивающую кожу.

— Марк… — я вдруг вспомнила, что хотела от него. — Свет… Выключи свет.

Раздался смешок:

— Да-ашка, что за аттракцион застенчивости? — мужская рука пробралась под резинку моих трусиков и погладила сначала одну ягодицу, потом другую. Шлепнула и снова погладила. — Так и быть, сегодня даю тебе возможность постесняться в последний раз. Ты красива, моя Даша.

Толкнул к двери спальни, шепча в губы:

— За это утащу тебя на кровать — ковер получишь в следующий раз, маленькая развратница.

Прохладные простыни под обнаженной спиной, душистая полутьма южной ночи, и Марк, ласкающий густым синим взглядом мое обнаженное тело, пока его руки неспешно расстегивают джинсы.

— Раздевайся скорее, так нечестно, — зашипела я, больше не в силах ждать.

Уголки напряженных губ дрогнули, руки отпустили так и не расстегнутый ремень. Марк шагнул ближе к кровати и позвал:

— Тогда помоги мне, Даша. Без тебя никак.

Марк Бахтин

- Марк. – пропищало мое персональное счастье, и завозилось под боком, устраиваясь поудобнее.

- М-м? - промычал я, улыбаясь, – Дашка нашла, наконец, как уложить голову на мое плечо, и теперь принялась гулять по мне ладошкой, подыскивая, куда ее пристроить.