Онлайн книга «Потусторонние истории»
|
«Хотя зимой ей будет тоскливо одной на холме», – добавляли они, когда дни стали короче и между вязами, росшими в четыре ряда вокруг городской площади, легли первые сугробы. Теперь, когда я дала вам достаточное представление об Уайтгейтсе и его владельцах – полностью соответствовавших дому в том, что касается порядка и достоинства, – самое время перейти к изложению событий – не со слов кузины (так как ее сведения были слишком отрывочными и путаными), а в моем пересказе, который худо-бедно удалось составить по ее сбивчивым полунамекам и нервным недомолвкам. Если это произошло на самом деле – о чем я всецело предоставляю судить вам, – то, думаю, все должно было случиться именно так… I Утро выдалось промозглым, шел мокрый снег – хотя был всего лишь последний день октября, – но после обеда сквозь нависшие тучи выглянуло размытое солнце, и Саре Клейберн захотелось пройтись. Она любила ходить пешком и в это время года обыкновенно шагала мили три-четыре по дороге в долину и возвращалась обратно через Шейкерский лес. Она совершила свой обычный маршрут и уже подходила к дому, когда нагнала просто одетую женщину, идущую в том же направлении. Не будь вокруг так безлюдно (поздней осенью на дороге к Уайтгейтсу редко кого встретишь), миссис Клейберн, наверное, и не обратила бы на прохожую внимания. В той не было ничего примечательного; мою кузину удивило лишь то, что женщина ей незнакома, ведь она гордилась тем, что знает, хотя бы с виду, большинство окрестных жителей. Уже почти стемнело, и хозяйка Уайтгейтса толком не разглядела лица, но сказала мне потом, что запомнила ту как женщину средних лет, невзрачную и бледную. Миссис Клейберн поздоровалась и спросила: – Вы направляетесь к дому? – Да, мэм, – ответила незнакомка с легким акцентом, который в былые времена в долине Коннектикута назвали бы «иностранным», а нынешние ее обитатели, привыкшие к многообразию языков,едва бы заметили. «Не берусь сказать, откуда она была, – говорила потом Сара. – Тогда меня поразило исключительно то, что я ее не знаю». Она вежливо поинтересовалась у женщины, что ей нужно, и та ответила: – Навестить одну знакомую. Ответ не вызвал у миссис Клейберн никаких подозрений, поэтому, кивнув на прощание, она свернула с дороги в сад и больше ту женщину не видела. А получасом позже случилось нечто, отчего встреча с незнакомкой и вовсе вылетела у нее из головы. Обычно крепко стоящая на ногах миссис Клейберн у самого дома поскользнулась на замерзшей луже, подвернула лодыжку и беспомощно распласталась на земле. * * * Разумеется, дворецкий Прайс и горничная Агнес, старая шотландка, которую Сара унаследовала от свекрови, быстро сообразили, что надо делать. Пострадавшую уложили на диван и позвонили доктору Селгроуву из Норрингтона. Прибыв на место, тот осмотрел миссис Клейберн, сделал перевязку, прописал ей строгий постельный режим и неодобрительно покачал головой над ее лодыжкой, которая, как он опасался, была сломана. Тем не менее он согласился не накладывать ей гипс, если она поклянется не вставать с постели и вообще не шевелить ногой. Миссис Клейберн с готовностью обещала, особенно после слов доктора о том, что любое резкое движение грозит продлением постельного режима. Для активной, хозяйственной натуры испытание было не из легких, и она проклинала собственную неуклюжесть. Однако делать было нечего, к тому же миссис Клейберн подумала, что теперь появится время просмотреть счета и накопившуюся корреспонденцию. И покорно устроилась на постели. |