Книга Потусторонние истории, страница 60 – Эдит Уортон

От этих слов в душе Мэри зародился смутный страх. Значит, ему все же известен смысл той незаконченной фразы из письма? Вопрос заметно удивил гостя, только теперь обнаружившего степень ее неосведомленности. Неужели она и вправду так мало знает о деле?

– Я ничего не знаю и… прошу вас рассказать, – смущенно ответила она.

И посетитель пустился в объяснения. Впервые перед Мэри, имеющей самые туманные представления о занятиях мужа, во всей неприглядности предстала история с шахтой «Голубая звезда».

Нед Бойн разбогател за счет ловко провернутой биржевой махинации, «обставив» менее расторопного компаньона – молодого Роберта Элвелла, который в свое время и привлек Бойна к затее с «Голубой звездой».

Мэри вскрикнула, и Парвис наградил ее урезонивающим взглядомповерх равнодушно блеснувших очков.

– Бобу Элвеллу попросту не хватило ума; будь он попроворнее, точно так же обошел бы Бойна. В бизнесе такое происходит сплошь и рядом. Естественный отбор, как говорят ученые, понимаете? – добавил мистер Парвис, очень довольный удачно подобранной аналогией.

Мэри буквально съежилась, собираясь задать следующий вопрос; от слов, готовых слететь с губ, накатывала тошнота.

– Вы намекаете на то, что муж поступил бесчестно?

Мистер Парвис невозмутимо обдумал вопрос.

– Вовсе нет. – Он оглядел длинные ряды книг, будто надеясь найти в них подходящую формулировку. – Я не говорю, что он совершил бесчестный поступок, хотя и честным его тоже не назовешь. Обычный бизнес. – В его представлении такое определение не нуждалось в дальнейших пояснениях.

Мэри в ужасе смотрела на гостя. Он казался ей бездушным посланником зла.

– Однако адвокаты мистера Элвелла, похоже, рассудили иначе, раз посоветовали ему отозвать иск.

– О да, они знали, что никаких законных претензий у него не было, и посоветовали ему отступиться. Тогда-то он и впал в отчаяние. Видите ли, основную часть вложенных в «Голубую звезду» денег он взял взаймы и тем самым попал в безнадежное положение. Он стрелял в себя, лишь поняв, что не имеет шансов выиграть дело.

Мэри захлестнула волна ужаса.

– Стрелял в себя?! Он покончил жизнь самоубийством?

– Не совсем. Строго говоря, умер он лишь два месяца спустя. – Бесстрастный голос Парвиса звучал как граммофон, воспроизводивший запись.

– То есть ему не удалось сразу застрелиться? И он предпринял новую попытку?

– Новой попытки не понадобилось, – угрюмо ответил Парвис.

Они молча сидели друг против друга: посетитель задумчиво вертел на пальце очки, Мэри в оцепенении сжимала руки на коленях.

– Но почему же вы… – начала она вновь едва слышным голосом, – когда я написала вам после исчезновения мужа, почему вы ответили, что не поняли, о чем в письме речь?

Парвис ничуть не смутился.

– Я и не понял, строго говоря. А если бы и понял, не стал бы распространяться. Дело Элвелла было улажено, как только отозвали иск. Я не располагал никакими сведениями, которые могли бы помочь вам найти мужа.

Мэри посмотрела на него в упор.

– Тогда зачем же вы рассказываете это теперь?

И вновь Парвис ответил без промедления:

– Ну, во-первых, я полагал, что вы знали куда больше, –я имею в виду обстоятельства смерти Элвелла. А теперь об инциденте вновь заговорили, и я решил на всякий случай поставить вас в известность.

Она молчала, и он продолжал: