Книга Потусторонние истории, страница 58 – Эдит Уортон

«Чертовски трудно потеряться!» – говаривал Нед. Теперь же, когда страну прочесывали с фонарями от побережья до побережья, а официальный розыск перекинулся даже через проливы, теперь, когда имя Бойна красовалось на стенах городов и деревень, а портреты его – какое мучение! – разошлись по всей стране, будто он был опасным преступником, теперь этот компактный, густо заселенный и так тщательно охраняемый, учтенный и упорядоченный остров показал себя сфинксом,который скрывает ужасные тайны и глядит в страдальческие глаза несчастной жены, злорадствуя, что знает нечто, о чем другим неведомо!

Со дня исчезновения Бойна прошли две недели, а о нем по-прежнему не было ни слуху ни духу. Не поступало даже обычных ложных сообщений, которые неизменно пробуждают в истерзанных душах надежду. Никто, кроме судомойки, не видел, как хозяин покинул дом, никто не видел сопровождавшего его «джентльмена». Расспросы в окрестностях Линга тоже ничего не дали: никто не припомнил чужака. И никто не встречал Эдварда Бойна – ни одного, ни в компании – в близлежащих деревнях, на дорогах и железнодорожных станциях. Солнечный английский полдень, словно непроглядная киммерийская ночь, поглотил его без следа.

Пока официальные инстанции вели напряженное расследование, Мэри перебрала все бумаги мужа в поисках каких-либо намеков на предшествующие затруднения или неисполненные обязательства, которые могли бы пролить свет на его внезапное исчезновение. Увы! Если у Бойна и имелись какие-то секреты, они канули в никуда подобно клочку бумаги с именем посетителя. У нее не осталось никаких путеводных нитей, за исключением – если это действительно было исключением – письма мужа, за которым, видимо, и застал его загадочный визитер. Однако того письма, многократно перечитанного и в конце концов отданного полиции, было недостаточно, чтобы строить какие-то предположения.

«Я только что получил ваше сообщение о смерти Элвелла, и хотя, похоже, опасность миновала, думаю, будет осмотрительнее…» И все. «Опасность» легко объяснялась газетной вырезкой, из которой Мэри узнала об иске против ее мужа, поданном одним из акционеров «Голубой звезды». Письмо проливало свет лишь на тот факт, что, несмотря на заверения мужа об отзыве иска и подтверждение смерти истца, он все еще опасался последствий разбирательства. Несколько дней Мэри по телеграфу разыскивала Парвиса, которому было адресовано письмо, но даже после выяснения, что адресат – адвокат из Уокеши, никаких новых сведений по иску Элвелла обнаружить не удалось. Парвис не принимал непосредственного участия в деле и был в курсе событий лишь как знакомый и как потенциальный посредник. Более того, он заверил, что понятия не имеет, какого рода помощь могла понадобиться Бойну.

Последующие долгие недели ничего не добавили к этомубезуспешному результату. Хотя расследование продолжалось, Мэри не чувствовала в поисках былого рвения, и даже ход времени, казалось, замедлился. Как будто первые дни в ужасе бросились наутек от того кошмарного полудня, но по мере удаления от него постепенно успокаивались, пока наконец не потекли в обычном темпе. Нечто подобное происходило и с людьми: о деле не забыли, но с каждым днем, с каждым часом оно занимало умы все меньше, ему отводили все меньше места и неизбежно переключали внимание на новые проблемы, непрерывно всплывающие в бурлящем котле человеческих переживаний.