Книга Потусторонние истории, страница 55 – Эдит Уортон

Пока она увлеченно забавлялась с цифрами, на пороге возникла служанка с вопросом, не пора ли накрывать на стол. Они с мужем любили шутить, что Тримл звала к обеду так, словно разглашала государственную тайну. Погруженная в записи, Мэри рассеянно кивнула в ответ.

Служанка потопталась на месте, словно обиженная таким безучастным согласием, но вскоре ее шаги затихли в коридоре, и Мэри, отодвинув бумаги, наконец встала, пересекла холл и направилась в библиотеку. Дверь была закрыта, поэтому она чуть замешкалась, решая, что лучше: побеспокоить мужа или не дать ему перетрудиться. Когда же в холл вернулась Тримл и объявила, что обед подан, Мэри отбросила прочь сомнения и открыла дверь.

Неда за столом не оказалось. Она поискала глазами, ожидая увидеть его у книжных полок. До ее сознания не сразу дошло, что в библиотеке никого нет.

– Мистер Бойн, вероятно, наверху, – обратилась она к прислуге. – Будьте добры, сообщите ему, что обед готов.

Тримл застыла в нерешительности, колеблясь между обязанностью подчиниться и явной несуразностью поручения. В конце концов она отважилась:

– Прошу простить, мэм, номистер Бойн не наверху.

– Разве он не у себя? Вы уверены?

– Совершенно уверена, мэм.

Мэри взглянула на часы.

– А где же он?

– Он вышел, – сообщила горничная с удовлетворенным видом человека, почтительно дождавшегося вопроса, который логичнее следовало бы задать с самого начала.

Значит, ее догадка была верна и Нед пошел ей навстречу. Поскольку они разминулись, он, скорее всего, выбрал кратчайший путь через южный выход, а не в обход через двор. Мэри направилась через холл к застекленной двери, ведущей в тисовый сад, но служанка, после очередного мимолетного колебания, остановила госпожу:

– Прошу прощения, мэм, мистер Бойн в сад не выходил.

Мэри повернулась к ней.

– Куда же он пошел? И когда?!

– Он вышел через парадную дверь на аллею, мэм.

Тримл принципиально не отвечала больше чем на один вопрос за раз.

– На аллею? В такое время?

Мэри подошла к двери и выглянула во двор – туннель из голых лип был так же пуст, как и прежде.

– И мистер Бойн ничего не просил передать?

Тримл, видимо, сдалась и перестала сопротивляться воцарившемуся хаосу.

– Нет, мэм, просто ушел с тем джентльменом.

– С каким джентльменом? – Мэри резко обернулась.

– С тем, что к нему приходил, – терпеливо объяснила служанка.

– К нему приходил джентльмен? Когда? Объясните же толком, Тримл!

Не будь Мэри так голодна и не гори таким желанием срочно посоветоваться с мужем по поводу теплиц, она ни за что не выказала бы подобного раздражения прислуге; и даже сейчас она владела собой настолько, что сразу заметила в глазах Тримл оскорбленное выражение послушной подчиненной, с которой обошлись несправедливо.

– Не могу сказать точно, в котором часу, мэм, потому как я его не впускала, – ответила та, деликатно оставляя без внимания непоследовательность госпожи.

– Не впускали?

– Нет, мэм. Я одевалась, когда прозвенел колокольчик, поэтому Агнес…

– Так узнайте у Агнес!

Служанка сохраняла вид терпеливого достоинства.

– Агнес спрашивать бесполезно, мэм, поскольку она обожглась, когда подрезала фитиль у новой лампы, доставленной из города… – Мэри знала, что Тримл не одобряла новых ламп. – Так что миссис Докетт послала судомойку.

Мэри еще раз сверилась с часами.